"Фантастика 2025-53". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 892

Проснувшись окончательно, разобрала шум воды.

Шесть утра.

Эрихард был в душе.

Жарко стало так, будто меня перенесло в тропики. Я даже одеяло откинула.

Возвращение в комнату, где я еще живо помнила и вряд ли вообще когда-то забуду растекшуюся по полу кровь, пугало меньше, чем… Воду выключили. Несколько секунд спустя открылась дверь, впуская в комнату облачко пара и «жениха», одетого всего лишь в одно полотенце, обернутое вокруг бедер.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Как раз собирался тебя будить, – кивнул мне он и не отказал себе в удовольствии произнести мое имя: – Ллана.

Я провела языком по пересохшим губам.

Сделала открытие, что слежу за капельками воды на мускулистой груди.

Заставила себя отвернуться.

– Общения с моей семьей тебе пока достаточно, – непререкаемо заявил Эрихард. – Сегодня весь день мы проведем в городе.

Возражать не стала. Лучше уж он один, чем целый дом людей.

Шорох ткани заставил меня ощутимо вздрогнуть. Нисколько не стесняясь, Эрихард, судя по звукам, отбросил полотенце и начал одеваться. Жар распространился со щек на шею. Ведет себя так… будто я правда его невеста!

Осталось потерпеть одиннадцать дней.

Я медленно выдохнула.

Затем соскользнула с кровати и сбежала в ванную.

Там было душно, все еще стоял пар… и в корзине в числе прочих вещей валялась рубашка Эрихарда, в которой он был вчера. Я на долгих несколько минут прилипла к ней взглядом. Отмерла, только когда в комнату кто-то вошел. Эрихард отдавал какие-то распоряжения.

Чувствуя себя так, будто меня не только «жених» видит, но и вся Тенерра за компанию, я отвела взгляд. Да что ж такое… Не проснусь никак.

Когда выглянула в спальню полчаса спустя, на заправленной кровати меня дожидалось постылое платье.

Одиннадцать дней.

Эрихард сидел, уткнувшись в планшет, и на мое появление даже ухом не повел. Я взяла одежду и вновь скрылась в ванной. Если он решил впечатлить меня тем, что под полотенцем, это не значит, что я должна поступать так же. И вообще, я не смотрела.

Готова.

– Не против, если мы позавтракаем в слоттерсе? – обратил на меня внимание «жених».

Я пожала плечами. Без разницы.

Для нас уже подготовили по большому стакану кофе, горячие булочки в бумажном пакете и контейнер с порезанной дыней. Мы сгребли все это, плюс Эрихард взял планшет, я – камеру, и направились вниз. Несъеденный пока завтрак чудесным образом добавил настроения. Спускалась я почти вприпрыжку.

Прав он, мне жизненно необходимо вырваться из ледяного замка.

Нам обоим, я думаю.

Увлеченная спуском, я едва не налетела на тьеру Ильмару. Блин. Она так посмотрела, что, кажется, мороз в воздухе затрещал.

– Далеко собрались? – Мама Эрихарда смерила взглядом наш завтрак, будто он был чем-то противозаконным.

Бургером с газировкой, к примеру.

– В Редстаун, – нехотя отчитался сын. – У меня свободный день.

– У тебя, но не у нее. – Опять переключилось внимание на меня. Я сильнее вцепилась в пакет и стакан. Не то чтобы боялась, что на них посягнут, но кто этих ледышек знает. А ела я в последний раз вчера днем. – Ллана нужна мне.

Посягали не на еду, а сразу на всю меня.

Что там придумала эта ледяная мегера?

Еще традиции?!

– Но мне она нужна больше. – Эрихард демонстративно притянул меня к себе и поцеловал куда-то в висок.

Дыхание выбило.

Его место на секунду занял раскаленный ком.

Но в этот раз я не собиралась протестовать. Ради вылазки на свободу потерплю, пожалуй. Эрихард взял меня за руку и мимо шокированной матери вывел из дома. На площадке нас уже ждал слоттерс.

– Сегодня мы одни, – бросил будущий арлорд Нэйлу.

Тот передал ему карт-ключ, но в восторг не пришел.

– Уверен, что в нынешних обстоятельствах стоит так рисковать?

– Я знаю, что и зачем делаю. – Мне показалось, что к этому парню «жених» относится лучше, чем ко всей семье, вместе взятой. – Сосредоточься на том, о чем мы говорили утром.

Видимо, у него было какое-то утро до моего пробуждения.

Взлетели.

Эрихард почти сразу включил автопилот и зашуршал пакетами.

– План такой, – сообщил, протягивая мне булочку, от которой еще шел пар. – Сначала везем твою игрушку в мастерскую, я хочу знать, что ты там наснимала. Потом покупаем тебе удобную одежду, она сегодня понадобится. И идем развлекаться.

Что угодно, только без традиций.

Хотя…

– Камеру починить не получится. Во всяком случае, до моего возвращения в Грейстрауд.

– Почему? – «Жених» едва взглянул на меня и уж точно не горел желанием принимать мое мнение в расчет.

– Это очень старая модель, пленочная, с постоянным зарядом очень редкой технической магии. Вряд ли у вас здесь есть подходящий мастер.

О том, что их на все измерения осталось всего три, и я не переживу, если с моей что-то случится, не стала упоминать. Все равно он не поймет.

Вон как странно смотрит…

– Я – пленочный фотограф довольно высокого класса, – пояснила для непонятливых.

Эрихард, конечно, хотел все сделать по-своему, и пока он искал в сети местного мастера, я мысленно готовилась руганью и ногтями защищать свое. Но, кажется, не придется. В том смысле, что он никого не нашел. Даже звонил куда-то и остался крайне недоволен.

Как себе хочет.

Я отправила в рот кусочек дыни, сощурилась, наслаждаясь вкусом, и откинулась на сиденье.

– У тебя потрясающие работы, – вновь заговорил ледяной через некоторое время. На экране его планшета как раз были мои фото. – Арнеар, джунгли, полет на воздушном шаре в долине Амру, заброшенные храмы Гергейтса. Ты правда была во всех этих местах?

– Как еще можно их снять? – Я пожала плечами.

Опять эта дымка, как над вулканами.

Но взгляд какой-то другой…

– Ты очень интересная девушка, Ллана, – медленно выговорил Эрихард.

– Мне тоже кажется чем-то невероятным, что ты учился магии и эти ваши традиции… – Откровенность за откровенность.

– В Стали учат не только магии, это даже не основное. Куда важнее военное дело, экономика, политика.

Вторая часть мне показалась скучной, но я промолчала. Моего мнения никто не спрашивал, да и высказывания о том, что в университетах, помимо важного, учат кучу всякой фигни, никогда не пользовались популярностью. Особенно в исполнении тех, кто сам там не учился.

Видя, что мне это нравится, Эрихард пролетел над огромным озером. Оно странно замерзло, на поверхности будто ледяные волны топорщились. Потом среди вулканов. У меня дух захватывало, когда мы летали в лилово-сиреневой дымке. И показалось, что из самого жерла слышался крик не то животного, не то птицы. Ну а когда добрались до Редстауна, Эрихард показал мне Сталь. Подлетел так близко, что на нас защитный купол среагировал.

Кажется, за это полагался штраф.

Но прямо сейчас нам было весело.

Забывшись, я даже смеялась.

– И давно ты этим занимаешься? – Эрихард все не мог оставить в покое мои снимки. – Где научилась?

– Пять лет. – На самом деле, биография Лланы Дарне доступна в сети, в том числе на моем сайте. Он или не нашел, или же хотел услышать от первого лица. Что ж, ладно. Эта часть моей жизни, пожалуй, единственное, о чем я готова свободно говорить. – После школы я пошла на курсы, а через пару месяцев родители оплатили мне два дорогущих воркшопа у маститых фотографов. Один из них взял меня на выездную съемку ассистентом. Потом порекомендовал в модный журнал. Все как-то завертелось, а через полгода я перешла на съемки из путешествий.

– Нужно много упорства, чтобы совмещать фотографию с учебой.

Восхищение в глазах «жениха» было приятно, но не настолько, чтобы приукрашивать.

– Больше я нигде не училась.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– То есть ты…

– Не только не родовитая и не с Тенерры, но еще и необразованная.

Говорить ничего Эрихард не стал, вместо этого все же открыл мою биографию.

В ней не упоминалось, что, когда мои бывшие одноклассники поступали в университеты, я теряла голову при необходимости выйти из дома. Только курсы фотографии немного помогали. Снятая на пленку реальность мне нравилась. Она была очищена от грязи, наполнена красками и омыта флером нежности. Уже тогда преподаватель отмечал, что я по-своему вижу мир, а похожих на мои снимков он в жизни не видел. Родители к тому времени уже поставили на мне крест. Нет, они участвовали в моей жизни финансово еще примерно год, но никто от меня ничего уже не ждал. Они сильно удивились, когда у меня начало получаться. И вздохнули с облегчением, когда я от них съехала.