"Фантастика 2025-53". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 963

Зацепившись за обрывок стороннего разговора, я задала прямой вопрос бабушке Гринерд. На него и получила подробный ответ о том, что магия в Пустошах другая. Не только ледяная. В дополнение к ледяной каждый владеет еще чем-то, иначе здесь не выжить.

Про магию крови спросить не рискнула. Слишком явно.

Такая вообще бывает?

Как же преступно мало я знаю о местной жизни!

Впору было, не сходя с места, звонить Джейн и Одитту и записываться на дополнительные занятия, но я решила воздержаться от радикальных мер и просто наблюдала за Ньятой, раз уж из двух участниц разговора было произнесено только ее имя. Внимательно. Осторожно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Нормальные люди были бы сильно удивлены, узнав, сколько любопытного можно выяснить, если просто смотреть и видеть.

Ладно, не просто.

Для полноты получаемой картинки мне пришлось подключить воображение и представить, что я смотрю на зал через объектив своей камеры, выбираю лучший ракурс.

Так-так, кто у нас главный герой?..

Результат… поражал.

Ну, для начала, искомым героем оказалась не одна Ньята. События в замке напоминали скрытый от посторонних глаз спектакль.

Удивительно, что мне удалось засечь его начало. Спасибо воображаемой камере и вновь обострившейся восприимчивости. В первый раз вовремя. Так вот, если верить моим ощущениям, самое интересное началось с того, что старшая дочь местного арлорда раздавила бокал, передавая его одному из гостей, да так неуклюже, что порезала ему руку. Что почему-то не вызвало интереса ни у кого, кроме меня. Ну-ну.

Она извинилась, как того требуют ледяные приличия, даже одолжила пострадавшему платок, пока кто-то из обслуживающего персонала нес салфетку. Мужчина в темно-сером парадном костюме, похожем на фрак, досадливо скривился, но извинения для видимости принял. А когда на них уже никто не смотрел – никто, кроме меня! – подался к «обидчице» и тихо-тихо ей что-то сказал. Что-то такое, от чего у нее уголок рта задергался. Жаль, мой слух ничего не уловил.

Зато какое-то время спустя я заметила, как старшая дочь Гринерда прячет в крошечную вечернюю сумочку окровавленный платок. Яду в ее улыбке и тьера Ильмара бы обзавидовалась.

Чувствует сердце, вот и ответ на вопрос, существует ли магия крови.

Блеск.

Следовало все же сказать Эрихарду.

Но сейчас было уже поздно. На то, чтобы выцарапать его из окружения ледяных аристократов с их разговорами и все объяснить, уйдет несколько минут, а события развиваются.

Особа, по праву считающаяся главной героиней моей воображаемой съемки, никем не замеченная покинула зал.

Следом за ней в течение короткого времени ушли Ньята, еще одна их сестра и одна из воспитанниц Гринерда. Плюс я заметила, что средняя из его тетушек отвлекает внимание, прикрывая отсутствие девушек. Похоже, то, что происходит сейчас, затевалось не спонтанно.

И нет бы мне оставить все как есть и вернуться к приему, но… словно мерцающая красная нить вела в ту сторону, куда одна за другой ушли девушки. Этому невозможно было сопротивляться. Больше того, я поняла, что поддалась, только когда уже покинула зал и частично пересекла холл.

Чтоб их с их ледяными интригами огненные котики заласкали!

Ладно. Делаем отстраненный вид и просто идем.

Как раз мое отсутствие лишних вопросов не вызовет. Я предупреждала Эрихарда, что плохо себя чувствую.

Шумные коридоры, ведущие на кухню, сменились другими – темными и пустынными. Я слышала лишь свое дыхание и шуршание платья, а видела только горящую в темноте алую нить. Она извивалась, петляла поворотами и переходами, завела меня в подвал, потом в винный погреб… Он сменился большим помещением, заваленным старой мебелью, ставшими ненужными игрушками, сломанными манекенами и пыльной старомодной одеждой. Историк моды здесь бы зашелся в экстазе, но я просто шла вперед. К маленькой дверке, чтобы пройти в которую, пришлось сложиться едва ли не пополам. Темный коридор в четыре шага, в котором кто-то прямо на каменном полу оставил горящий светильник. Его свет выхватывал из темноты тяжелую обитую металлом дверь. Именно в нее врезалась моя нить и пропала.

Приступ эмпатии схлынул.

Но поворачивать назад было поздно, тем более что обратной дороги я не знала…

Ненавижу все эти тенерские штучки!

Перед глазами будто сменился кадр – и только что плотно закрытая дверь уже оказалась немного приоткрыта.

Серьезно? Это что, я сделала?

А ведь до того, как попала в Тенерру, я точно ничего такого не могла. Получается, она со своей высокой концентрацией магии как-то усиливает и мои способности, хоть они для этих мест и инородны…

Здравые размышления прервали шепчущие голоса:

– Уверена, что стоит это делать?

– Не шипи под руку!

– Но…

– Я четыре года к этому шла! Не хотите помогать – убирайтесь. Главное, мешать не надо.

Чуть менее разборчивый шепот заверил зачинщицу, что помощницы никуда от нее не денутся. Не знаю, с чего я решила, что девушки затеяли что-то незаконное, но сомнений в этом не было.

Выбора у меня, как понимаю, тоже не имелось.

С этим ощущением приоткрыла дверь чуть шире, чтобы получить удобный обзор действа.

В этот самый момент мой переводчик с тихим треском вышел из строя.

Ну совсем блеск!

Каменный зал выглядел так, будто изначально был предназначен для проведения ритуалов. Воображаемый объектив помог мне разглядеть у дальней стены алтарь, укрытый белым полотном. Льдинки его не использовали, устроились прямо на полу. Начертили круг, добавили несколько заковыристых символов – и все это дело вспыхнуло серебром в темноте. При этом они не прекращали тихо переговариваться и… кому-то надо было лучше учить тенерский!

Из перешептываний я не понимала ни слова.

Мать их ледяную бабушку!

В центре круга была установлена небольшая чаша из состаренного серебра. В нее старшая из сестричек опустила испачканный кровью платок. Затем резанула свою ладонь ритуальным ножом и позволила ручейку стечь в чашу. Магия, похоже, уже действовала, потому что ее кровь не алыми, а серебряными каплями падала на платок.

Она что, хочет приворожить того арлорда?

Пропустим глупейший вопрос – а так можно?

В Тенерре меня уже ничто не удивит. Как и в моей наполнившейся всяческими странностями жизни.

Однако любви или чего-то похожего на корысть я не чувствовала. Скорее… жгучую ненависть и жажду мести.

Угораздило так угораздило.

Старшая обмотала ладонь куском чистой ткани и отодвинулась, место у чаши заняли три ее помощницы. Тоже поранили руки, но от них потребовалось меньше крови. И все что-то проговаривали… предположу, что на какой-нибудь древней вариации тенерского языка.

Царапающее ощущение магии усилилось, а привкус крови на языке сделался тошнотворным. Эта повышенная чувствительность меня и сгубила. Точнее, заставила забыть о том, что я подглядываю тайно и заметить меня не должны.

В чаше вспыхнуло пламя – привычное, оранжевое, почти как в костре, но с алыми магическими проблесками. А вот горелым и кровью пахло вполне натурально.

Ага! Теперь действо точно стало противозаконным, потому что живой огонь в Тенерре под строжайшим запретом.

Под впечатлением от открытия я неловко толкнула дверь – и та с громким скри-и-ипом открылась шире.

Девушки прервались на полуслове и все вместе уставились на меня.

Удивленно, потрясенно, испуганно… яростно.

Блин.

А у меня даже переводчик не работает, чтобы я могла что-то сказать.

Страх. Четыре страха, граничащих с безумием.

Жгучая ярость.

Досада от того, что бережно вынашиваемый план провалился.

И… жажда мщения.

Очень. Много. Чужих. Эмоций. Они с такой силой ударили по голове, что я на секунду потеряла равновесие и больно стукнулась плечом о каменную стену.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Кронс-тьера… – Эти слова я разобрала, потому что сама изначально произносила их на тенерском.

– … – старшая сказала что-то короткое, так и оставшееся для меня непереводимым.