"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин . - Страница 1031

- Тонакоатли!

Жрец перекатился на спину, зажигая на пальцах золотой огонь, но очередной взрыв сдул его с крыши и протащил по мостовой, сдирая кожу с локтей. От боли у Алсека потемнело в глазах.

- Хсссссс! - прошипели над головой. Кто-то подхватил его и бросил в тёмную нору.

- Тик"ба... - выплюнул Хифинхелф, высовываясь из укрытия и протягивая лапу к небу, но с досадливым шипением нырнул обратно. Раскалённый ветер ворвался в пещеру, чуть поодаль от входа вскипел, пузырясь, песчаник мостовой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Внизу уже ревели раковины, трещали взлетающие молнии, но взрывы гремели всё чаще, и Алсек чувствовал, как содрогается холм. Ощупав ушибленный локоть - кость, хвала богам, не треснула - он осторожно выглянул наружу.

- Ни-шэу! - прошептал он, направляя нож на стремительную чёрную точку в небе. Тонакоатль шарахнулся, вильнул в воздухе и стрелой помчался к земле. Хифинхелф закрыл Алсека собой.

- Тик"ба чиу!..

Холм содрогнулся, и что-то задребезжало внутри, а потом раздался оглушительный рёв и скрежет. Гигантская тень скользнула над укрытием изыскателей, и Алсек, забыв об осторожности, высунулся на улицу. Над городом, стремительно набирая высоту, разворачивался громадный тёмно-синий дракон; ещё мгновение - и смерч огненным колесом свился в вышине, смахивая с небосклона чёрные точки. От гневного рёва дрогнула вся гора, и охра посыпалась со стен.

- Элмад, - прошептал Хифинхелф, глядя на пепел, сыплющийся с неба. - Владыка Элмад принял бой!

Больше ничего не грохотало снаружи, и Алсек вышел, с ужасом глядя на дымящиеся воронки на склонах. Тёмно-синий дракон парил над Мекьо, разглядывая опустевшее небо. Снизу слышалось сердитое шипение - часть лучей поразила укрепления у подножия холма, и кого-то придавило обломками.

- Как эти твари ссюда прорвалиссь?! - Хифинхелф махнул хвостом, глядя на восток. Пылевая стена как будто почернела и стала выше, она медленно двигалась, приближаясь к Мекьо.

- Войско Джаскара уже на пороге, - прошептал жрец, прижимая кулак к груди. - Да пошлют боги вашим стенам - прочность, а вашим воинам - удачу...

Трещина прошла по крыше - узкая, едва заметная, но Алсек поспешил замазать её и до сих пор недоверчиво косился на потолок. Луч ударил в террасу над храмом, вспорол мостовую, само строение пострадало лишь от сотрясения - но местные мазанки и строились не на века...

Сегодня налётов не было, и неудивительно - с рассвета в небе кружили трое драконов. Чёрные точки скользили по небу, но в отдалении. У восточных и южных стен уже гремели взрывы, оглушительно трещали ветвистые молнии, огненные шары разбивались о выросшие из земли шипы. Склоны Одиночек, опоясанные земляными барьерамы, были тихи и пустынны, пусто было и в Храме Солнца, только трое сегонов сидели у порога, и пятнистый йиннэн разлёгся на крыше.

"Хорошо, что сюда никакая дрянь не долетает!" - Алсек с благодарностью посмотрел на драконов в небе. С тех пор, как они взлетели над городом, золотые корабли Джаскара даже не рисковали высовываться из-под дымовых завес. Воины Чакоти держались в отдалении от стен, и ни камни, ни стрелы, ни сгустки огня не долетали до верхних ярусов - всё принимали на себя городские укрепления, на каждый удар отвечая снопами белых молний и облаками чего-то мелкого, стремительного, и - как уверен был Алсек - смертоносного.

- Говорят, герои древности сражались верхом на драконах, - вздохнул Алсек, глядя на небо. - Западный воин был у меня в гостях тем летом, он говорил, что такие люди есть в их краях и сейчас. Хотел бы я взлететь на драконе и поразить врага с небес...

Сегоны переглянулись, заинтересованно шевеля ушами. Жрец покачал головой и поднял дверную завесу, выпуская кошек на улицу.

- До вечера тут будет тихо, - сказал он, снимая с себя нитки глиняных бус и складывая их в нишу. - Тихо и пусто. Я пойду в гости к Хифу.

Сегоны взлетели на крышу и принялись расталкивать задремавшего кота, но Алсек уже не смотрел на них - он торопливо шёл по террасе, стараясь не выходить на солнце.

В переплетённых норах Мекьо немудрено было заблудиться после прямых, как копья, улиц Эхекатлана, - Алсек бывал в подземных мастерских уже не раз, но снова едва не пропустил нужный поворот и ворота, больше похожие на затенённую нишу. Под землёй на освещение не тратились - через каждые двадцать шагов к потолку лепили маленький, едва мерцающий церит и находили дорогу ощупью, по извивам стен и движению воздуха. И Алсек свернул, едва учуял резкую вонь рыбьего клея.

Сюда, под землю, грохот взрывов не докатывался - тут громыхали и лязгали огромные каменные молоты, визжали пилы, булькало варево в гигантских котлах. Камень приглушал звуки, но ненамного.

- Хаэ-э-эй! - закричал изыскатель, останавливаясь на пороге обширной пещеры, разделённой на клети. Эхо подхватило его крик и долго перекатывало его от стены к стене.

- Хэссссс? - из-за соломенного заслона выглянул красный Алдер. В руках он держал глиняный шар с торчащими из него травяными "крыльями" и трубками.

- Да помогут вам Зген, даритель жизни, и Чарек, оберегающий твердь, превратить камень в огонь, - Алсек развёл руками, как бы разгоняя благовонный дым по комнате. Но его курильница была пуста.

- Фссссс! - меж рогов Алдера сверкнула длинная белая искра. - Иди отсссюда, окуриватель! Найди уже сссебе полезное дело!

Глаза красного ящера мерцали недобро, но Алсек не отступил.

- Я пришёл, чтобы благословить вашу работу от имени великих богов Ти-Нау. Отчего ты злишься, воин Мекьо? - мирно спросил он.

- Благосссловить? Посссмотри на сссвои города, Ти-Нау! - ящер оскалился. Из-за перегородок на шум выглянули ещё четверо, и вид у них был очень недовольный.

- Шшшто осссталосссь от них посссле вашшших благосссловений?! - Алдер хлестнул хвостом по стене. - Иди отсссюда, вессстник несссчассстий!

Невдалеке захрустел тростниковый барьер. Из-за перегородки, громко шипя, высунулся Хифинхелф и сверкнул глазами на Алдера.

- Мэшшшу!

- Хшшшши-и? - оскалился во всю пасть тот.

Хифинхелф зашипел громче и слегка пригнулся, широко расставляя лапы. Алдер передёрнул плечами. Ветвистая искра сверкнула на его рогах и угасла.

- Хэшшшш...

Он смерил Алсека угрюмым взглядом и опустился за перегородку.

- Мэшшшу! - добавил Хифинхелф, недобро скалясь, и огляделся. Никого из ящеров уже не было видно, и он, подавив облегчённый вздох, положил Алсеку руку на плечо и оттеснил его за ворота.

- Просссти, Алсссек. Они сссегодня осссобенно не в духе, - вздохнул он.

- Кто бы на их месте радовался?! - покачал головой жрец. - Если я здесь и вправду мешаю, скажи, Хиф, и я не буду сюда ходить. Мне казалось, благословение укрепит ваш дух...

- Хэсссс... - махнул рукой ящер. - Хорошшшо, шшшто ты пришшшёл. Посссле бессседы ссс тобой мне ссстановитссся легче, не так сссдавливает грудь... Шшшто ссслышшшно наверху? Поссследние дни мне некогда выходить...

Алсек хмуро покачал головой.

- Нет радостных вестей для нас, Хифинхелф. Ни одной.

- Но ссстены ещё ссстоят, и драконы пока шшшто в небе? - спросил, помрачнев, иприлор. Жрец кивнул.

- Говорят, видели большое войско, уходящее в пустыню. Видно, Джаскару надоело биться лбом о стены Мекьо - он ищет обходной путь. Ещё говорят, что река почти пересохла.

- Пусссть ищет, - оскалился Хифинхелф. - В Вайдене его доссстойно вссстретят.

- Как думаешь, Хиф, сможет он высушить Симту до капли? - понизив голос, спросил Алсек. - Вы, иприлоры, лучше нас знаете, как ходит под землёй вода. Могут ключи Симту иссякнуть вовсе?

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

- Запроссссто, - тяжело вздохнул ящер. - Проще не бывает, Алсссек. Едва Джассскар дойдёт до Тенны и вссстанет над сссвященным иссстоком, от реки оссстанетссся только чёрная грязь. Вода бежит от него, Алсссек, и она убежит сссовсссем.

- Вот проклятие богов, - нахмурился изыскатель. - Хиф, а что...

Договорить он не успел - земля ушла из-под ног, и он растянулся плашмя. Хифинхелфа отбросило в сторону, к стене, и он зашипел, хватаясь за ушибленное плечо. Оглушительный грохот прокатился по туннелям.