"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин . - Страница 884

— Мррф, — кивнул Алсаг и потёрся щекой о его бок. Нецис пожал плечами.

Кроны деревьев Джити сомкнулись окончательно, и Фрисс достал светильник. В пятне ровного света из темноты выступили извилистые корни, пучки моховых волокон и засохших водорослей, свисающие отовсюду, и поблескивающая на тёмной земле вода. Что-то тихо хрустнуло под лапами Двухвостки, она недоумённо фыркнула, понюхала соседний корень и сделала ещё шаг, утягивая в пасть пучок лиан. Земля с громким треском просела, и Фрисс покатился по мокрым листьям, обронив светильник. А потом длинные когти впились ему в плечо, раздирая кожаный доспех и скрежеща по металлу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он успел вывернуться до того, как его подняло над землёй и поволокло к ветвям, и ударил наотмашь — туда, где тускло блестели огромные глаза. Плечо и кулак пронзила острая боль, громко хлопнули крылья, Речник сжался, уворачиваясь от промелькнувшей мимо ветки, и ударил ещё раз.

— Ич-вакати!

Земля в пятнах мерцающей воды полетела навстречу. Он шмякнулся на листья, выдирая из плеча застрявшие когти. Огромное высохшее тело крылатого демона упало следом, хлестнув перепончатым крылом по макушке. Когти застряли в доспехе, зацепившись за кованую пластину, Фрисс с трудом вырвал их из толстой кожи, выхватил меч, полыхнувший во мраке золотом, и огляделся.

Сверху кто-то взвыл от боли, вой перешёл в хрип, и ещё одна крылатая тень рухнула вниз, распластавшись в луже. Из-под неё, вздрагивая и шипя от боли, выполз Нецис. Он прижимал руку к горлу и болезненно жмурился. Мёртвый Квэнгин за его спиной с тихим бульканьем превращался в зловонную лужу.

Шум крыльев и сдавленный рёв донеслись из темноты, Речник вскинул меч и шагнул вперёд, чёрная тень бросилась навстречу, но шарахнулась от пылающего клинка. Там, где недавно стояла Двухвостка, теперь зияла чёрная яма, со дна которой доносилось невнятное хрюканье.

Что-то колыхнулось во мраке, Фрисс ударил наугад, тёмная кровь брызнула на руки, крылатая тень метнулась прочь с пронзительным визгом. Чуть ниже краёв ямы лежала, вцепившись зубами в лианы, Двухвостка и мерно помахивала хвостами, пытаясь подтянуться на челюстях. Жёлтый свет меча выхватил из мрака ряды кольев, поднимающихся со дна ямы и упирающихся в брюхо Флоны.

— Бездна! — Фрисс развернулся, очертив в воздухе огненный круг, и Квэнгины на ветвях взвыли от досады. Речник видел жёлтые глаза в ветвях, видел тени, парящие чуть ниже. Демоны медлили — что-то мешало им напасть.

Громкий отчаянный вой донёсся с ветвей, что-то белое мелькнуло среди чёрных листьев, и вниз камнем полетел огромный песчаный кот. Чёрная тень подхватила его на лету, всадив когти в спину, и он снова взвыл, изворачиваясь и пытаясь достать врага лапами. Наперехват кинулся ещё один демон, вой сменился истошным визгом — Алсаг вцепился в кого-то зубами. Белого кота уже не было видно из-за широких крыльев, только хвост свисал наружу и судорожно дёргался, сгибаясь под странным углом.

Молния сорвалась с ладони Речника, на миг осветила лес и угасла. Чёрно-белый клубок, оглушённый и ослеплённый, развалился на части. Белое в чёрных потёках камнем упало в болото, в последний миг, извернувшись, подставило лапы и с плеском погрузилось в воду. Фрисс, утопая по щиколотку, бросился к упавшему, два меча, неярко сверкнув, вонзились в шипящую темноту. Речник успел шарахнуться назад — острый коготь рассёк лоб, скользнул на волосок от века, а второй раз ударить Квэнгин уже не смог — наполовину перерубленная лапа повисла на перепонке крыла. Алсаг с утробным воем вырвался из болота и прыгнул вперёд, всеми лапами вцепляясь в брюхо и грудь демона. Фрисс отступил, уворачиваясь от бьющих по земле крыльев, ткнул мечом в тёмное и дёргающееся — Квэнгин полупридушенно взвыл, рванулся и обмяк. Алсаг лежал на нём, впившись зубами в горло, спина и бока кота почернели от крови.

— Бездна… — выдохнул Речник, наклоняясь над Алсагом. — Проклятая Бездна…

Даже в неярком свете мечей видно было, что спина хесского кота разодрана в клочья. Ошмётки шкуры висели и на боках. Хвост, переломленный пополам, судорожно вздрагивал. Медленно подняв голову, Алсаг коротко пискнул и попытался встать, но лапы его не держали.

— Держись, — прошептал Речник, подхватывая его под брюхо. — Нецис, помоги!

— Та-а, илкор ан Сарк, — пробормотали в темноте. Некромант вышел, пошатываясь, и едва не упал Речнику под ноги. Его била крупная дрожь.

— Вспышка, — прохрипел он, прислоняясь к дереву. — Вспышка, Фрисс… не сейчас… переждать бы…

Визгливый вой донёсся с ветвей. Жёлтые глаза Квэнгинов снова загорелись в темноте. Демоны сползались к поляне и смотрели на путников выжидающе. Фрисс погрозил им мечом и побрёл к яме. Алсаг лежал на его спине, цепляясь за плечевые пластины и заливая броню кровью.

— Флона! — окликнул Речник. Двухвостка выглянула из ямы и вопросительно фыркнула. Она так и лежала на кольях, не выпуская из пасти пучок лиан. Фрисс тихо помянул тёмных богов и растерянно огляделся.

— Ничего, Алсаг. Они не нападут больше. Я тебе сейчас помогу, — пробормотал он, опуская кота на листья. Что-то зашевелилось на ветвях — Речник, не глядя, швырнул туда молнию и снова склонился над раненым. Кровь останавливалась неохотно, Алсаг дёргался от каждого прикосновения, прижимал уши к голове и шипел на шорохи в ветвях.

Что-то зашелестело у ямы, повеяло холодом и гнилой древесиной, Фрисс насторожился, поднял меч и увидел в темноте мерцающие искры Квайи, осыпавшие чёрные корни.

— Ксатот, кси а-гвейя, ксатот ну венгори, — прошептал Нецис, опираясь на полусгнившую ветку. Зелёный свет стал ярче, запах гнили — сильнее, земля под ногами Речника слабо дрогнула.

— Аркот иту, аркот кэ ксатот ину, — глаза Нециса вспыхнули зеленью, он шагнул в сторону от ямы, жестом подзывая кого-то. Фрисс прижал к себе Алсага и отступил — что-то выползало из-под его ног, и он чувствовал, что лучше дать ему дорогу.

Края ямы зашевелились, и Двухвостка тревожно зафыркала. Из земли высунулись мерцающие щупальца, замерли на миг и устремились к Флоне, переплетаясь под её брюхом. Дерево над ямой качнулось, петли воздушных корней поползли вниз, уходя в землю — и тут же в окружении зелёных искр вылезли из стен ямы. Медленно, со скрипом они приподнялись, увлекая за собой ревущую Двухвостку, выгнулись — и смахнули с себя панцирное существо. Выпустив изо рта лиану, Флона прокатилась по мокрым листьям, едва не расплющив Речника — тот упал на спину и уронил Алсага — и остановилась, ударившись панцирем о прочный корень.

Ледяная зелёная вспышка сверкнула под ветвями, летучие тени шарахнулись от неё с испуганным визгом. Холодная рука схватила Речника за плечо и рывком поставила на ноги.

— Ха" сату! — крикнул Нецис, указывая на Двухвостку, и подхватил на руки Алсага. Кот зажмурился и только тихо шипел от боли, пока Некромант укладывал его на тюк с сеном. Речник провёл мечом над землёй — что-то блеснуло из лужи. Нагнувшись, он выловил перепачканный светильник.

— Хо" от! — Нецис, привстав на панцире, жестом подзывал Речника. Тот прыгнул вперёд и ухватился за шипы Двухвостки. Флона взревела и затопала всеми лапами. Коготь пролетающего мимо Квэнгина чиркнул по оплечью Фрисса, мимоходом располосовав затылок, Речник бросил вверх молнию и крепче вцепился в шипы. Флона неслась по болоту, не разбирая дороги, сзади выли и визжали раздосадованные Квэнгины, крылья хлопали над головой — но летуны, не настигнув Двухвостку, резко сворачивали и мчались обратно. Дрожащий зелёный свет хвостом тянулся за ней.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Мя… — Алсаг приоткрыл один глаз и тут же снова зажмурился. Фрисс нехотя выпустил его лапы и спустился с панциря, чтобы размять ноги. Кот, завёрнутый в листья, тихо лежал на тюках. Нецис пытался влить немного воды ему в пасть, но Алсаг уже ничего не хотел.

— Прокляни меня Река! Угораздило же нас… — не договорив, Речник махнул рукой и тяжело вздохнул. Флона покосилась на него, тихо фыркнула и снова сунула морду в густой мох. Фрисс огляделся в поисках листьев посочнее — но ближайшие листья были на ветвях в тысяче локтей над землёй, и на высоченных гладких стволах Джити не было ни сучков, ни трещин.