Приют для беглянки (СИ) - Бальс Лора - Страница 41

Журналистка по-доброму усмехнулась.

— Вы всё такие же неразлучники? Рада за вас. Тогда, может, воскресенье?

— В шесть вечера у меня важная встреча. Если только позже?

— Поздно не могу, у меня в понедельник сложный день. А что с обедом?

— В принципе, свободна, — подумав, согласилась Ирма. — Собиралась к родителям заглянуть, но можно перенести на будний вечер, у меня следующая неделя не слишком загружена.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Отлично! Тогда договорились. Около двух в центре — нормально будет? Точнее решим ближе к делу.

— Прекрасно.

Они распрощались, и Майя с Ирмой двинулись дальше.

— А о каких съёмках шла речь? — полюбопытствовала Майя, когда они добрались до машины и шум толпы остался позади. — Она ведь из газеты.

— Катя? Не только. У неё авторская программа на региональном канале, о злободневных общественных проблемах.

— Точно! — наконец вспомнила она. — А я всё думаю, почему лицо такое знакомое. Я смотрела несколько выпусков — серьёзная передача.

— Я потому и поговорила именно с ней. У Кати вдумчивый подход. Мы с ней уже пару раз пересекались по рабочим вопросам.

— А мне показалось, вы дружите, — удивилась Майя.

— И это тоже. Но деловые моменты не имеют к этому отношения. Тебя домой отвезти или надо ещё куда-нибудь?

— Домой, — счастливо улыбнулась Майя.

Впереди ещё предстояло множество хлопот. Нужно было решить вопрос с отцом — после выписки из реабилитационного центра Майя перевезла его в квартиру, где раньше жила с Эдуардом. Однако она ненавидела свою бывшую клетку до глубины души и теперь, став её единственной собственницей, намеревалась продать в самом ближайшем времени.

Для отца она планировала приобрести небольшую однушку на часть вырученных средств — нет, они не прониклись друг к другу родственными чувствами, отношения по-прежнему оставались натянутыми и неровными, и Майя не считала себя чем-то ему обязанной, но всё-таки он не был главным злом в её жизни, и в жилищном вопросе он тоже пострадал от Стрельцова, так что ей казалось справедливым закрыть эту тему именно таким образом.

Однако всем этим можно было заняться позже. А сегодня она заслуживала отдых и маленький личный праздник на двоих с человеком, которого по-настоящему полюбила и который любил её.

Эпилог

— Волнуешься?

— Не знаю. Наверное. Да.

Майя смотрела на своё отражение в зеркале и не могла поверить, что всё происходящее — правда, что эта элегантная, утончённая, уверенная в себе женщина с прямым ясным взглядом и счастливой улыбкой — и есть она сама.

Она не захотела надевать традиционный наряд — в её жизни уже был такой, и теперь белый цвет для неё неизменно был связан с холодом и пустотой. Поэтому Майя выбрала длинное вечернее платье цвета шампанского, облегающее сверху и свободно ниспадающее от талии, с кружевными рукавами и ненавязчивой вышивкой по лифу.

— Ты потрясающе красивая невеста.

Она благодарно улыбнулась будущей золовке.

Ирма и Елизавета Дмитриевна приехали ещё с утра, чтобы помочь с приготовлениями и поддержать. Сейчас, когда со сборами уже было покончено, они втроём сидели в спальне, неторопливо потягивали безалкогольные коктейли и разговаривали. Обе Дробышевские вспоминали собственные свадьбы и яркие моменты семейной жизни, Майя с удовольствием слушала, с радостным трепетом предвкушая скорое будущее.

— Можете выходить! — торжественно оповестила Вика, показавшись в дверях.

Отмечать решили дома, поскольку гостей ожидалось немного и все они, кроме родственников, по совместительству являлись их соседями. Поэтому подруга с присущей ей энергией взяла на себя украшение гостиной и запретила невесте появляться там, пока всё не будет готово.

Она в очередной раз постаралась на славу. Когда Майя спустилась по лестнице и охватила взглядом открывшийся вид, у неё дух захватило от обилия цветов. Цветочные гирлянды обрамляли дверные проёмы, окна и мебель, переплетаясь с электрическими, отчего казалось, что светятся и мерцают сами бутоны, стол был изысканно сервирован, даже спинки стульев оказались обвиты цветными лентами.

— Невероятно… — только и смогла она выговорить. — Как ты всё успела?

— Ну, гирлянды из цветов я плела ещё вчера, дома, — деловито пояснила Виктория. — Сегодня оставалось только всё развесить.

— Спасибо. Вика, спасибо огромное, — произнесла Майя, всё ещё завороженно блуждая глазами по комнате. — Это безумно красиво. Как в сказке.

Подруга шагнула ближе и крепко её обняла.

— Ладно, потом насмотришься, — пробормотала она, стараясь скрыть смущение от этой искренней похвалы. — Минут через десять уже выезжать пора.

В ЗАГСе волнение накрыло Майю с головой. Нет, в этом не было ничего общего с сомнениями или тревогой, но происходящее воспринималось словно в приятном полусне. Всё её внимание, все мысли и чувства были сосредоточены только на одном человеке, на их переплетенных пальцах, на устремлённом на неё восхищённом взгляде. Майя едва не пропустила момент, когда нужно было ответить «да», а потом они целовались так самозабвенно, что даже регистрировавшая их строгая сотрудница не сдержала умилённой улыбки.

После прогулки по городским достопримечательностям, во время которой были сделаны сотни фотографий, все вернулись домой и праздник перешёл в неформальное русло. Гости наперебой произносили поздравления, восхищались дизайнерскими способностями Виктории и веселились от души.

Когда настало время подарков, от семьи Дробышевских взял слово Аркадий.

— Я так и не понял, почему честь вручить вам подарок досталась именно мне, ведь на самом деле он от нас четверых… — полуобернувшись, он указал на жену и родителей.

— Потому что с тебя всё началось, — тут же подсказала Ирма.

— Ах да, — с улыбкой подхватил он. — Точно. Что ж, раз мы об этом вспомнили, должен сказать: как бы это странно ни звучало, Майя, я очень рад, что сбил тебя той ночью. До встречи с тобой мой брат никогда не выглядел таким счастливым. Да что там, мы думали, он генетически на это не способен!

Кто-то из гостей фыркнул, сдерживая смех. Майя слегка наклонила голову, чтобы скрыть ото всех смущённо-радостную улыбку, и украдкой бросила взгляд на новоиспечённого мужа. Тот открыто, искренне улыбнулся в ответ и крепче сжал её руку.

— Так вот, мы все глубоко рады, что вы нашли друг друга, и что все члены нашей семьи наконец-то счастливы и довольны жизнью. И чтобы уж ничто не омрачало вашу идиллию, мы решили дополнить её некоторой долей материального комфорта.

Арсений принял от брата не слишком большую подарочную коробку, открыв, заинтригованно заглянул внутрь — и перевёл на Майю ничего не понимающий взгляд. На дне лежала папка формата А4, а сверху — связка ключей.

— Я не понимаю, это?.. — не договорив, он принялся растерянно перелистывать обнаружившиеся в папке документы. Ему понадобилось несколько раз прочитать написанное, чтобы догадаться: — Вы что, собрались подарить нам дом?!

— Нам показалось, что вам понравилось жить за городом, — спокойно, будто бы дело заключалось только в этом, объяснила Елизавета Дмитриевна.

— Да, но… Это слишком! Мы не можем…

Майя, слишком потрясённая, чтобы облечь мысли в слова, лишь активно закивала, соглашаясь с мужем.

— Прекрасно можете, — весело фыркнула Ирма. — И давайте уже перейдём к этапу, где вы отбрасываете скромность и просто радуетесь.

— Но это же огромные деньги!

— Не такие, как может показаться, — вступил Дробышевский-старший. — На самом деле домик небольшой, и вам придётся сделать основательный ремонт. К тому же в нагрузку идёт приданое, с которым ещё намаетесь.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Приданое? — у Майи всё-таки получилось произнести хоть что-нибудь.

— Мошка, — всё ещё с изумлением в голосе пояснил Арсений и, словно в доказательство, помахал в воздухе документами. — Это тот дом в конце улицы, который пустует с прошлого лета. Собачонка там живёт.