"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Удовиченко Диана Донатовна - Страница 1066

– В здании пусто, но весь пирс кишит зомби. До воды около десяти шагов.

– Будем пробиваться, – решил Сандере.

Все равно другого выхода у них не было. Лишь крошечная, мизерная надежда на то, что удастся вырваться из этого мрака на земле.

– Ваше величество… – начал было генерал, но императрица перебила:

– Я готова. Идемте.

Джи выбрался из люка, подал руку Дарианне. Следом вылезли остальные воины. Заброшенный кабак встретил нежданных гостей полумраком, запахом пыли и скрипом рассохшихся половиц. Отдав распоряжения о том, как нужно действовать, Сандере подошел к скрипучей двери и вышиб ее ударом ноги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Носферату были повсюду: мутными потоками стекались к воротам Восточного луча, бродили по пирсам, заглядывали в портовые строения – искали людей. Заметив появление галатцев, твари тут же устремились им навстречу. Построившись клином, так, чтобы императрица оказалась в середине, воины рванулись вперед, мечами прокладывая путь к спасению и свободе. Впереди шел генерал с Гарнеллом – им не впервой было сражаться в связке. Полковник Дэкхем остался в середине построения, рядом с Дарианной.

Натиск и быстрота позволили людям преодолеть сразу несколько шагов до края пирса. Но это стоило десятка жизней. Не-мертвых было слишком много для такого малень-кого отряда. Но в сердце Сандерса теплилась надежда: оста-валось совсем чуть-чуть. Главное, что императрица жива…

Принять на дагу чужой клинок, нанести мечом косой удар по шее. Еще один подох окончательно… Оттолкнуть ногой обезглавленный труп, каким-то чудом продолжающий стоять на пути. Присесть, пропуская над головой саблю, со свистом рассекающую воздух. Потом резко выпрямиться и рубануть по сжимающей ее руке. И снова, и еще… Полшага, всего-то. Но каким чудовищным напряжением они достались! И за эти полшага было положено еще три жизни.

И все же край пирса стал немного ближе. Сандере, словно заговоренный, продолжал сражаться, не обращая внимания на рану. И плевать ему было на свою жизнь, да по большому счету и на жизни остальных воинов. У него была главная цель – спасти императрицу.

Казалось, боги Аматы благосклонны к горстке безумцев, сражающихся против целого войска. До края пирса оставалось каких-то три шага. Но вдруг в беспорядочно мельтешащей толпе разномастно одетых и вооруженных тварей произошли какие-то изменения: зомби расступились, и навстречу галатцам выступил отряд мечников в одинаковой темной одежде. Это тоже были носферату, но по их скупым, отточенным движениям генерал сразу понял: перед ними мастера меча.

Не-мертвые прянули в стороны, освобождая мечникам поле боя. Те шагнули вперед, и Сандерсу с Гарнеллом пришлось туго. Клинки мастеров плели в воздухе серебряную вязь, сливаясь в единую сверкающую полосу. Смерть не отобрала у этих солдат боевых умений, скорее, помножила их на неутомимость и нечувствительность к боли.

Измученные и уставшие, воины приняли бой. Отражая и нанося удары, Джи чувствовал, что долго не продержится. В поединке с одним из этих носферату он смог бы победить, пожалуй, даже разделался бы с двумя. Но их было слишком много, а его рана слишком сковывала движения…

Он слышал, как упали позади двое гвардейцев, как тяжело дышали измученные штрафники. Слышал яростное, какое-то звериное рычание Дэкхема, которое вдруг перешло в болезненный стон, потом в хрип: полковник заслонил императрицу собой от клинка носферату и рухнул с пронзенным сердцем.

Их осталось пятеро – самых ловких и сильных. А может, просто самых удачливых. Встав вокруг Дарианны, они продолжали сражаться, уже не надеясь ни на спасение, ни на подмогу – просто желая продержаться как можно дольше и продать жизни подороже.

И в тот миг, когда, казалось, все было кончено, а мгновения до смерти сочтены, мечники вдруг опустили оружие и отступили. Войско носферату отхлынуло, освободив небольшой пятачок, на котором стояли люди – израненные, утомленные, покрытые кровью, не понимающие, что происходит, но готовые к худшему.

Ряды тварей расступались, образуя широкий проход, по которому к галатцам стремительно шагал смуглый красивый мужчина в роскошном халате из черной парчи. Тонкие черты придавали его лицу аристократизм, а угольный жар темных глаз делал его удивительно одухотворенным. Вслед за ним шли два молодых воина в черном. Гибкие и настороженные, они не отнимали рук от эфесов мечей, в любой момент готовясь отразить любое нападение. "Некроманты и их султан Ирияс, – подумал Сандерс, выставляя перед собой меч, – мне бы только один удар…"

Поняв, о чем думает галатец, султан мягко улыбнулся и укоризненно покачал головой. Один его мимолетный взгляд – и людей охватили невидимые путы. Некромант остановился напротив Джи, заглянул ему в глаза, долго смотрел, потом перешел к Эрику. Он двигался от одного во-ина к другому, задумчиво, с искренним любопытством рассматривая их лица. "Чего ж он тянет, гад?" – с тоской подумал генерал.

Когда ожидание стало наконец невыносимым, султан вдруг произнес:

– Чего вы хотите, солдаты?

Красивый бархатистый баритон звучал проникновенно-ласково. Ирияс говорил по-галатски абсолютно чисто, и только излишне четкое произношение, манера тщательно выговаривать слова выдавали в нем иноземца.

– Жизнь. Разумеется. Жить хотят все. Свобода. Вы, галатцы, цените ее превыше всего… – Он медленно, размерено ронял фразы, продолжая изучать лица воинов. – Я подарю вам жизнь и свободу.

Сандерс презрительно усмехнулся, отлично понимая цену обещаниям султана. Те немногочисленные жители Солнечного края, которым удалось сбежать от андастанского войска, рассказывали поистине ужасные вещи об украденных душах, зомбировании и превращении живых людей в подобие животных.

– Слово султана, – нахмурился Ирияс, – всем вам дарую жизнь и свободу, не стану ни обращать в носферату, ни выжигать сознание. Позволю беспрепятственно уйти. Или можете присоединиться к моим шеймидам. В обмен на жизнь императрицы.

Несмотря на серьезность момента, генерал расхохотался. Его смех подхватили остальные воины. Слишком уж комично выглядело предложение султана. Он, почти всесильный маг, торговался с пятеркой израненных, скованных волшбой людей, находящихся в его власти. Что мешало Ириясу убить Дарианну, а заодно и ее охранников? Зачем ему нужно было согласие воинов?

Шеймиды восприняли веселье галатцев как пощечину: выхватив мечи, сделали шаг вперед. Но замерли, остановленные повелительным жестом султана.

– Я в последний раз предлагаю вам: отрекитесь от императрицы, и вы будете жить! – угрожающе проговорил султан. – Выбор за вами. – Ирияс кивнул шеймидам, и те выступили вперед, загородив своего повелителя.

Один щелчок смутлых пальцев – и чары истаяли. Ощутив свободу движений, Сандере прыгнул на некромантов, желая достать клинком хотя бы одного. Он погиб, так и не поняв смысла странной сделки, которую предлагал ему Ирияс. Уходя в Счастливые долины, услышал жалобный крик Дарианны. С трудом повернув голову, увидел султана, который склонился над девушкой. "Теперь все кончено. Императрица мертва…" – успел подумать Джи перед тем, как превратиться в носферату.

– Что за тяжкие думы омрачают твое прекрасное чело, мой повелитель? – допытывалась молодая жена, ловя взгляд Ирияса. – Или твоя Роксана не угодила тебе? Или ты разлюбил свою Роксану?

– Что ты, моя кроткая горлица, – через силу улыбнулся султан, – как можно разлюбить тебя? Нет, просто я устал. А ты спи, нашему сыну нужен отдых…

Успокоенно вздохнув, Роксана уютно устроилась на плече мужа и тут же задремала. Ириясу не спалось. Он долго лежал, слушая тишину, пытаясь разглядеть в полумраке потолок дворцовой опочивальни, изукрашенный замысловатой лепниной. Султан размышлял обо всем, что видел в Галатоне.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Он не понимал этот странный, загадочный народ. Не понимал, что движет воинами, за что они умирают? В галатцах не было ни рабского страха перед силой, свойственного простонародью Востока, ни фанатизма, который Ирияс воспитывал в верных шеймидах. Так за что же они сражались? Жизнь – это понятно. Жить хочет каждая тварь. Лю-бой ценой. И даже обычная крыса, зажатая в угол, сражаясь за существование, становится серьезным противником. Свобода? Эти грубоватые, лишенные тонкости люди ценили ее, пожалуй, даже превыше жизни.