"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Еслер Андрей - Страница 699

– Слава Лугу! Того, этого, мы уж думали: все, пропал наш лейтенант! – пожимая мне руку, восклицал Добб.

Йок, по обыкновению дружески врезав мне по спине так, что в ушах загудело, добавил:

– С возвращением! Ну что, двинули дальше?

Они были искренне рады моему спасению. Впервые с момента посадки на корабль я почувствовал себя не чужаком, не обузой, а частью чего—то целого. Понял, что в этих простых, не избалованных жизнью парнях обрел пусть пока не друзей, но единомышленников. И теперь рядом со мной будут те, на кого я могу рассчитывать, и ради кого сам пойду на все. Начинать следовало прямо сейчас, совершая маленький собственный подвиг. А именно, уставшим и не спавшим уже двое суток продираться вперед сквозь душный сырой лес.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И мы двинули. Впереди шел десяток Била Райтона, по меткому выражению Добба, «поганя» мечи о лианы и самые цепкие ветви деревьев и прорубая путь остальным. Следом двигались солдаты под предводительством Лютого, держа наготове арбалеты на случай непредвиденного столкновения с дикими зверями, или воинственно настроенными туземцами. Впрочем, это я так вначале думал. Оказывается, основной угрозой капралы посчитали парганцев. На мой вопрос, откуда бы им здесь взяться, Зарайя исчерпывающе ответил:

– Да они ж как тараканы. Парганский император регулярные войска бережет, на случай, если вдруг орки нападут. А в колонии наемников шлет. Набирает их из Лихого братства.

– За каждый захват шахты, что волшбинку добывает, того, этого, награду им платит, – добавил Добб.

– Так что они где угодно могут обретаться, – подытожил Зарайя. – Шляются по континенту, на деревни нападают. Одних выбьешь, глядь – другие нарисовались.

– Почему же наш император не пошлет сюда постоянные части, чтобы охраняли колонии?

– Есть такие, только их не хватает. Колоний много, места дикие, глухие, территории огромные. Не станешь же за каждым кустом патрули ставить.

Да, место точно было глухое. И густо населенное непонятным зверьем. Невероятного вида твари, немного похожие на белок, только раза в три больше и вооруженные острыми зубами, которые они открывали в недовольном оскале, скакали с дерева на дерево. Они преследовали колонну, оглашая джунгли пронзительными воплями, кидали в нас громадные, величиной с мою голову, и очень твердые орехи. Пришлось надевать шлемы, но это спасало лишь частично. Получив такой штукой по макушке, я долго еще слушал раздающийся в ушах звон. Зато поумнел и начал прикрываться щитом. Под ногами кишели змеи всех размеров и цветов, и без ядовитых укусов обходилось до сих пор только благодаря Дрианну. К моему удивлению и шумному одобрению всей роты парень наконец—то сумел сотворить путное заклятие. Думаю, это было что—то вроде чар Неприкосновенности. Впереди образовалась узкая тропка, добравшись до которой змеи отлетали в сторону. Я был очень рад внезапно проснувшимся в мальчишке талантам, потому что сам не чувствовал в себе силы сплести даже самую простую магическую фигуру – снова энергия Мрака, которая вселилась в меня в туземной деревне, привела к опустошению. Впрочем, заклятие Дрианна действовало почему—то только на тварей, ползающих по земле. Отведя рукой задевшую мое плечо лиану, я дико заорал: перед лицом закачалась голова огромной змеи, принятой мною за вьющееся растение. В тот же миг меч шедшего сзади Хамара перерубил гадину пополам:

– Не вопи, лейтенант, она не ядовитая!

Заверение капрала меня ничуть не утешило. Неуютно мне было в джунглях, и жутко. Слишком уж здесь все было непонятное, другое. Так или иначе, но к полудню мы выбрались на что—то вроде небольшой поляны. Покрытое буйными зарослями высокой травы, свободное от деревьев пространство показалось мне подходящим для отдыха, и я скомандовал привал. Дрианн что—то пошептал, обойдя поляну по краю, и заверил, что в ближайшее время змеи нас не побеспокоят. Я, конечно, немного сомневался в его словах, но выбора не было. Тело так налилось усталостью, что я ощущал необходимость хоть ненадолго прилечь. Выставив караул, солдаты развалились в траве и занялись обедом. У меня же не было сил даже на это. Я растер ноющие после веревок руки нашедшимся в мешке дядюшкиным зельем, а потом… Завернувшись в муринковый плащ, не пропускавший поднимавшейся с земли сырости, тут же провалился в глубокий сон.

Разбудил меня громовой хохот. С трудом продрав глаза, я приподнялся на локте и увидел, что вся рота сгрудилась в середине поляны. Сквозь дружный солдатский смех раздавались восклицания:

– Гляди, гляди, как носится!

– Ку—у–уда побежал, шалишь!

В ответ слышался панический визг, перемежавшийся сбивчивой незнакомой речью, что—то вроде «гыр—гыр—гыр». Я поднялся и подошел к веселящейся роте. Протолкавшись через плотное кольцо воинов, увидел существо, которому был обязан своим пробуждением. В круге, образованном солдатами, метался кто—то маленький, ушастый и серый. Он был похож на крошечного, по пояс взрослому мужчине, человечка со сморщенной, плаксивой физиономией. Голову украшали замечательные по размеру и форме уши. На поясе болталась пышная травяная юбочка, на груди глухо побрякивало множество деревянных амулетов. В одной тоненькой лапке существо судорожно сжимало пучок кореньев, другой – прикрывало голову, словно ожидая удара. При этом тваринка верещала, как нехолощеный поросенок. Бросаясь от одного воина к другому и опасливо заглядывая в смеющиеся лица, серый человечек жалобно пищал, видимо, прося выпустить его. Довольные нечаянным развлечением солдаты хлопали в ладоши и легонько отталкивали его обратно в центр круга. Почему—то мне вспомнилась обезьянка, которую водил по Виндору на поводке старый шарманщик. У нее были печальные глаза и такое же морщинистое, грустное личико. Шарманщик крутил ручку, извлекая из своего инструмента стонущие звуки, а зверюшка просительно протягивала к людям лапку, ожидая угощения…

– Что тут происходит? – спросил я.

– Ты смотри, лейтенант, кто к нам пожаловал! – восторженно проговорил Сайм Хассон. – Что, не узнал? Это ж гоблин!

Хм, странно, а почему считается, что они зеленые? Этот серый какой—то. И совсем не похож на картинки в книгах. Сам я никогда гоблинов не видел, однако много слышал о них от людей, бывавших в Аллириле. Собственно, только там они и остались. Эльфы их не трогают, считая кем—то вроде низших существ, недостойных драгоценного внимания Первозданных. Раньше этот народец водился и в лесах, окружающих Орочье гнездо. Но Дикие, которые не признают за другими расами права на жизнь, уничтожили всех. Впрочем, и люди тоже отличились. Я читал, что около тысячи лет назад гоблины были довольно многочисленным народом и населяли все леса Аматы. Но охота на них долгое время считалась забавным и безопасным развлечением, и в конце концов зеленокожие племена были истреблены. А теперь оказывается, что они сохранились не только в Аллириле, но и на Южном континенте. Кстати, возможно, что здесь лесные жители имеют серую окраску. Хотя это и неправильно как—то: по идее, зеленая кожа помогает им скрываться в траве. Между тем гоблин дошел до крайней степени отчаяния, пришлось вмешаться. Когда он оказался недалеко от меня, я ухватил его за дрожащие плечики, одновременно скомандовав солдатам:

– Р—р–р—азойдись!

Разочарованные из—за того, что веселье окончено, воины, недовольно ворча, разбрелись по поляне, а я посмотрел вниз. Гоблин постепенно зеленел. Очевидно, серый цвет кожи был явлением, подобным человеческой бледности. Теперь же, успокаиваясь, ушастый возвращал себе природную окраску. На меня смотрели огромные, болотно—зеленого оттенка, полные невыразимой вековой печали глаза. Я отпустил хрупкое плечико, гоблин, отвесив низкий поклон, разразился длинной гортанной тирадой, из которой я ничего не понял и, махнув рукой, ответил:

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Иди уже!

Существо еще раз поклонилось, совершило длинный скачок и скрылось в густой траве. Некоторое время над зарослями мелькали остроконечные уши, потом и они исчезли. Я вернулся к воинам, мысленно отметив, что зелье дяди Ге помогло: руки почти не болели.