"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Еслер Андрей - Страница 850

– Я вас спрашиваю, в кого вы меня превратили? – снова возопил мастер Триммлер, глядя на себя в отполированное до блеска лезвие топора. – И где моя борода?!

– Почему он видит отражение морока? – вполголоса поинтересовался Грациус у своего друга.

– На гномов человеческая магия почти не действует, – пожал плечами Дживайн. – А если и действует, то последствия выходят непредсказуемые. А этот еще, как ты помнишь, изменен кровью дракона.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Наблюдая за метаниями мастера Триммлера, я с трудом сдерживал рвущийся наружу смех. Лютый с Валидом тактичность проявлять не стали и зашлись в беззвучном хохоте. Усмехался лорд Глейнор, хихикали злокозненные маги, сотворившие это безобразие, и даже Дрианн скупо улыбнулся.

– Уберите это немедленно! – затопал ногами сын гор.

Грациус прошептал слова контрзаклинания, и гном обрел свой естественный вид. Торопливо ощупав бороду и убедившись, что она не пострадала и вернулась во всей своей красе, мастер Триммлер несколько успокоился. Я сплел морок и накинул его на себя, то же сделали Грациус с Дживайном. Меня немного беспокоил Дрианн, но и у него иллюзия вышла вполне правдоподобная. Слава Лугу, парень не утратил своих способностей. Знать бы еще, как управлять его новыми качествами…

– Пора, – сказал герцог.

Пеший патруль только что встретился с конным. Всадники неторопливо поехали по направлению к дому Ермии, а отряд, несущий службу на своих двоих, медленно удалялся в противоположную сторону. Мы неслышно выскользнули из особняка и, пригнувшись, пробежали к воротам. Артфаал испарился с моего плеча, заверив, что будет следить за развитием событий и присоединится к нам в нужный момент. Пока лорд Глейнор отпирал зачарованный замок взятым у хозяйки ключом, я прошел сквозь каменный забор и посмотрел вслед ничего не подозревающим патрульным. Первым из ворот выглянул Дживайн и тут же быстро сплел новые чары, пояснив вполголоса:

– Непроницаемость. На воздухе держится недолго, но ее действия должно хватить, чтобы стражники не заметили нашего передвижения по улице.

Мы быстро побежали к особняку Ермии, который своей беломраморной громадой и затейливыми башенками на крыше выделялся даже на такой богатой улице. На ходу Дживайн снова прошептал заклятие, в котором я узнал лошадиные анимочары, немного измененные за счет питающего их источника мрака. Отпустив волшбу, маг прислушался: ритм цокота копыт удаляющегося отряда изменился.

– Кони понесли, – удовлетворенно одобрил товарища Грациус. – Теперь всадники справятся с ними где—нибудь на окраине Портового квартала.

Мы подошли к высокому каменному забору, на котором торчали острые металлические пики. Хорошо укрепился обвинитель! Сейчас мы ему поможем с защитой. Я ухмыльнулся, сделал отряду знак прижаться к воротам и сплел заклятие Большого Темного зонта. Невидимый купол накрыл двор вместе с забором. Вот и все. Теперь никакие звуки не вырвутся за его пределы. Увидеть же происходящее в доме помешает заботливо возведенная Ермией почти крепостная стена. Зонт также не пропустит наружу никакие чары – ни светлые, ни темные. Грациус, бросив на меня уважительный взгляд, принялся колдовать над замком ворот.

– Что тут у нас? – бормотал он, с ловкостью профессионального взломщика ковыряя в скважине сложной магической отмычкой. – Ага, вижу, вижу… две ловушечки… одна на отрывание пальцев… примитивненько… вторая… вторая с Ослепляющими чарами. Угу… убрал, – Маг поводил над замком ладонью левой руки. – А он боится за свою жизнь, наш маленький блюститель чистоты и нравственности. Ну—ка, ну—ка, есть! – Грациус осторожно извлек из замка маленькую стеклянную капсулу и довольно пояснил. – Склеивающее зелье! Обычная отмычка раздавила бы стекло и намертво застряла в скважине… вроде бы все! – он распахнул створки ворот и провозгласил. – Добро пожаловать!

Едва мы успели ступить на гладкие, розовые каменные плиты двора, как в воздухе раздался противный ноющий звук.

– Оповещающие чары! – сердито воскликнул Дживайн. – Почему ты их не убрал?

– Не заметил, – задорно отвечал Грациус, швыряя заклятие в подбегающих справа двух стражников.

Воины, словно споткнувшись, растянулись на плитах и замерли, не делая попыток подняться.

– И все из—за твоей неуемной страсти к дешевым эффектам, – упрекнул Дживайн, деловито сбивая с ног троих охранников слева.

Лютый вскинул свой новый арбалет, и две короткие синие вспышки в башенках на крыше дома оповестили о том, что болты попали в цель. «Странное оружие, никогда такого не видел», – мимоходом подумал я, заслоняя отряд Воздушным щитом от стрел лучника, который вылез на крышу и обосновался между башенками. Стрелы осыпались на землю, чего нельзя было сказать о болте, который послал в лучника Ом. Из—за дома выбежал еще с десяток стражников, и Дейн ловко швырнул им под ноги три флакона со Стальной паутиной. Лютый хладнокровно выпускал один болт за другим, всякий раз поражая противника, мгновенно вспыхивающего синим пламенем.

– А мне что ж, ни одного не достанется? – воинственно крякнул мастер Триммлер, бросаясь на ближайшего охранника с топором наперевес.

Краткая схватка доказала, что сын гор не утратил боевого духа и наглядно продемонстрировала преимущества драконьей крови. Меч стражника, обрушившийся на плечо мастера Триммлера, лишь бессильно скользнул по нему, рассекая одежду и оставив на коже неглубокую царапину. В ответ гном от души размахнулся топором и рассек воина наискось, вместе с доспехом. Силища у нашего бородача была невероятная. Пока ребята во главе с герцогом расправлялись со стражниками, я, убедившись, что помощь им не требуется, взялся осматривать двор. Сама драка для них не так опасна, как, к примеру, открывшаяся под ногами лужа с плотоядными червями или яма, на дне которой торчат острые колья. И это могло находиться где угодно, что с блеском доказал один из охранников. То ли он забыл о существовании ловушки, то ли из—за неловкого движения наступил не на ту плиту. В камне разверзлась хищная пасть, отхватившая несчастному ногу до колена. Лютый милосердно добил его, вогнав между глаз арбалетный болт. Так что я ступал мелкими, осторожными шажками и не зря.

– Аккуратно, здесь должны быть магические ловушки, – предупредил Грациус, водя перед собой странным прутиком с загнутым концом. – Вот, одну нашел, – он наклонился, стукнул прутом по плите и отступил назад.

Издав легкий щелчок, две плиты раздвинулись, открывая зев глубокого провала. Волшебник пробормотал заклятие, и розовый камень снова встал на место.

– Нейтрализовано! – сообщил маг, уверенно наступая на то место, где только что была ловушка, и притопывая в доказательство.

– Еще одна! – сказал бродивший неподалеку от полукруглого крыльца Дживайн. – Осиный рой, серьезная вещица!

От крыльца отделилось черное облако и с пронзительным жужжанием окружило чародея. Я бросился было на помощь, но Грациус остановил:

– Не беспокойся! Он как никто владеет анимочарами. Сам справится.

И точно: от роя отделилась одинокая оса и, покружившись над крыльцом, принялась биться о дверь. Не найдя лазейки, устремилась к большому зарешеченному окну первого этажа.

– Решетки—то, наверное, намагиченные, – заметил я, наблюдая за ее стараниями.

– Если решетки и рой – дело рук одного волшебника, она дорогу найдет, – ответил Грациус.

И точно: насекомому удалось миновать прутья. Оса уселась на стекло и заползла в крохотную щель оконной рамы. Вслед за ней от роя потянулась тоненькая черная ниточка, и осы устремились к окну. Вскоре целый и невредимый Дживайн, походя сообщив, что поменял полярность зова, принялся изучать крыльцо на предмет новых ловушек.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Со стражей разобрались, – крикнул мастер Триммлер.

На розовых плитах расцвели красные пятна крови. Все охранники были мертвы. Наши обошлись без потерь, только Валид держался за левое плечо, из которого сочилась кровь.

– Стойте на месте! – приказал я, двигаясь вдоль стены дома.

Быть не может, чтобы снаружи не было ни одного мага! И точно: позвоночник заныл от ощущения обратной тяги. Волшба творилась за углом особняка. Я немедленно создал Воздушный щит и побежал туда, откуда на меня веяло боевыми чарами. Но меня опередил Дрианн. Он шагнул за угол, и оттуда раздался грохот, сопровождаемый огненными вспышками. Я устремился на помощь другу, но увиденное заставило меня застыть на месте. Человек в серой мантии, обездвиженный мощным заклятием Стальной сети, не мог ни пошевелиться, ни упасть и стоял столбом, с плотно прижатыми к телу руками. Широко раскрытые глаза на обгоревшем до мяса лице, двумя сгустками невыразимого ужаса молили о пощаде. Маг был не в состоянии даже кричать, из его горла вырывалось влажное хлюпанье. Из угла рта медленно стекала струйка крови. Грудь несчастного была пробита в двух местах, и сначала я не понял, что именно послужило смертельным оружием. Присмотревшись, увидел торчащие прозрачные пики, которые сперва принял за стеклянные. И только увидев, как с них капает вода, смешиваясь с кровью, сообразил, что это огромные, острые сосульки. С каких пор Дрианн прибегает к таким сложным заклятиям? Сам он стоял ко мне спиной, и я хотел уже похлопать его по плечу, когда парень медленно двинулся к умирающему. То, что произошло потом, заставило меня содрогнуться от омерзения. Дрианн положил ладони на голову мага и ласково погладил обезображенную ожогом кожу. Потом его руки двинулись вниз, к шее, пальцы нежно, почти любовно охватили ее. Несчастный в ужасе захрипел, в ответ раздался мягкий, воркующий смешок Дрианна. Было в этом что—то сладострастное, даже непристойное, я сбросил с себя оцепенение и шагнул к своему другу, чтобы прекратить это издевательство над человеком, обвенчанным уже со Слепой невестой. Но в этот момент Дрианн с силой сдавил шею умирающего. Он душил его бесконечно долго, наслаждаясь каждым мгновением агонии, радостно хихикая, упиваясь болью и смертью. Мне стало страшно, и я не стыжусь в этом признаться. Но боялся я не за себя. У меня хватило бы сил справиться с Дрианном, даже если бы тот вдруг решил помериться могуществом. Нет, я испытывал страх за своего друга, ужас перед тем чудовищем, в которое он постепенно превращался. И мучился от невозможности помочь ему. Тихий смех мага перешел в торжествующий хохот. Швырнув мертвое тело на плиты двора, он широко раскинул руки, и я почувствовал, как вокруг него в воздухе сгущается неведомая, мощная сила.