Кровавая луна (СИ) - Кэссиди Пенн - Страница 35

Когда я вытерла глаза, то быстро поняла, что Меррик затих. Собравшись, я перевела дыхание и посмотрела, как он в ответ уставился на меня. Его глаза пробежались по моему лицу, словно ища что-то, и мне захотелось поерзать или поправить прическу. Но я не шевелилась.

— Что? — Спросила я, внезапно занервничав.

Меррик моргнул, глядя на меня, легкая улыбка тронула его губы. Я наблюдала, как его ноздри, казалось, затрепетали, а в его глазах появился блеск, которого не было несколько мгновений назад, отчего мой желудок затрепетал. Внезапно я смогла вспомнить в ярких деталях прикосновение его губ ко мне, и то, как его руки руководили моим телом, что делать и как двигаться. Я чувствовала вкус его крови на своем языке.

Сжав бедра вместе, чтобы подавить внезапную боль, я поняла, что воздух между нами внезапно стал напряженным. Он просто продолжал смотреть наменя, держась с жутковатой неподвижностью, на которую способен только вампир.

— Что? — Нервно переспросила я. — Когда ты так смотришь на меня, это заставляет меня думать, что ты считаешь меня немного уродливой или что-то в этом роде.

Моя глупая шутка заставила его зрачки расшириться, а губы дернуться.

— Уродина — это определенно не то слово, которое я бы использовал, чтобы описать тебя, девочка. — Теперь его голос звучал низко и хрипло.

Он отпустил мою руку, и холодная потеря ее была поразительной. Я посмотрела вниз, нахмурившись, но не успела моргнуть, как Меррик пошевелился. Он прижал меня к себе, его тело нависло надо мной, а лицо приблизилось к моему. Длинные бронзовые волосы спадали мне на лицо, и я едва ощущала прикосновение его волос к своим губам. Его глаза больше не были зелеными. Они были черно-красными, а под кожей на скулах проступали вены. Его вампирская сторона была возбуждена, и я очень ясно ощущала твердость его члена, прижатого к моему бедру.

— Я не мог перестать прокручивать в голове ту ночь, — прошептал он, холодное дыхание коснулось моих губ. — Я хочу большего. Я никогда не переставал хотеть этого, и если у меня не будет тебя, я сойду с ума.

Это была борьба, чтобы не потереться о бедро, которое я чувствовала между ног. От его слов мой пульс участился, а киска запульсировала.

— Разве я не говорила тебе, что этого больше не повторится? — Мои слова прозвучали ровно, даже для моих собственных ушей. Я сказала ему, что это было на один раз, и в то время я имела в виду именно это. Прямо сейчас я не была так уверена.

Меррик лукаво улыбнулся.

— Поддразнивание делает меня более решительным, ты понимаешь это? — Его глаза вспыхнули, когда он наклонил лицо, касаясь носом моей шеи, как раз там, где пульсировала артерия. Он вдохнул, и я услышала, как с его губ сорвался почти неслышный стон. — Я все еще чувствую тебя вокруг своего члена, когда закрываю глаза. — Чтобы подчеркнуть свою точку зрения, он подвинулся, позволяя своей твердости прижаться к моей сердцевине. — То, как ты сжимала меня, умоляя о большем.

— Меррик… — Я застонала, чувствуя, как горячая волна желания пробежала по моему позвоночнику. Мои пальцы вцепились в его рубашку, дрожа от сдержанности.

Он прижался ко мне бедрами.

— Произнеси мое имя еще раз, — прорычал он.

Я крепко сжала рот и глаза тоже. Я хотела сказать себе, что это неправильно. Что я не должна быть здесь с ним прямо сейчас. В конце концов, он был одним из моих похитителей. Я должна была бояться этого человека. Я не должна была хотеть иметь с ним ничего общего, но каждый день, проведенный рядом с ним, я понимала, что верно обратное. У меня никогда не было возможности познакомиться с другими людьми моего вида, и я не могла сказать, что ненавидела это. Ни в малейшей степени.

Его бедра прижались ко мне сильнее. Подняв руку, он обхватил мое горло, надавливая на пульс. Мои глаза распахнулись, и я почувствовала, как моя радужка меняет цвет. Мои зубы запульсировали от острой боли, а затем я почувствовала, как мои клыки впились в нижнюю губу.

— Делай, как я тебе говорю, — сказал он. Его пальцы сжались, посылая покалывание прямо к моему клитору.

— Меррик… Меррик… — наконец произнесла я, задыхаясь.

— Ты хочешь, чтобы я доставил тебе удовольствие? — спросил он, опускаясь, чтобы снова коснуться губами моих. У меня возникло внезапное желание прикусить эти губы и высасывать из них эту восхитительную кровь, пока они не посинеют. Он надавил сильнее, сказав: — Ответь мне!

Я изо всех сил старалась не вздрогнуть, но почему-то мне хотелось большего.

— Как ты можешь все еще хотеть меня, когда я также была с Атласом? — Спросила я.

Мысленно я пинала себя. Мои женские части тела в данный момент кричали мне, чтобы я заткнула рот и позволила этому мужчине делать то, что он хочет.

Рука Меррика все еще сжимала мое горло, большой палец очертил небольшой круг на моем пульсе, и он затрепетал.

— Ты думаешь, это имеет для меня значение? — Его бедра прижались к моим для пущей выразительности, и я застонала. — Я только сожалею, что меня не было там, чтобы посмотреть, как ты кончаешь. Какое это было бы чертовски красивое зрелище.

— Господи… — Прошипела я.

Он усмехнулся.

— Есть еще одно имя, которое я хочу, чтобы ты назвала прямо сейчас, но сначала ты должна сказать мне.

— Да, — прохрипела я, даже не пытаясь отрицать, что хочу его. Он бы увидел меня насквозь, и не было смысла ходить вокруг да около. Я хотела того, чего хотела, и он это знал.

— Что «да»?

— Да, Меррик, — сказала я, глядя прямо в его черные глаза.

Это было все, что ему было нужно. За секунды и с вампирской скоростью Меррик подхватил меня и отнес нас обеих в центральную часть домика на дереве, где любопытные оборотни не могли получить бесплатное представление. Моя задница взгромоздилась на деревянный стол в центре комнаты, когда Меррик стянул рубашку через голову. Мои глаза расширились, полностью оглядывая его. Иногда я забывала, насколько он был покрыт татуировками. Весь его торс, руки, спина и шея были художественной росписью, украшающей каждый скульптурный мускул.

Меррик был сложен иначе, чем обычный мускулистый мужчина. Он был крупнее, чем я видела раньше, более мускулистый, как будто мог поднять гребаный автобус или что-то в этом роде. Он не был точен, как культурист, но был плотным и твердым, и сложен как гребаный танк. Господи, у меня потекли слюнки от того, что я находилась в одной комнате со всем этим добром. У меня никогда не было возможности в полной мере оценить или воспринять то, как он выглядел под сшитыми на заказ костюмами телохранителей, джинсами и футболками. С его длинными волосами, рассыпавшимися по плечам, когда он приближался ко мне, он был похож на какого-то темного бога.

— Мне нравится этот блеск в твоих глазах, девочка, — сказал он рокочущим голосом. — Ты выглядишь так, словно хочешь совершать плохие поступки.

Он не знал, насколько, черт возьми, был прав.

Он снова двигался молниеносно, достаточно быстро, чтобы мои волосы разметались по плечам, но на этот раз я не вздрогнула. Он выглядел как хищник, уставившись на меня сверху вниз, когда потянулся, чтобы снять с меня обувь. Следующими были мои леггинсы, которые Слава Богу, что он не порвал. Моя толстовка полетела последней, и вскоре я лежала голая на столе и была благодарна, что он решил привести нас внутрь.

От того, как его глаза впитывали меня, у меня затрепетало в животе и потеплело в груди. Лунный свет проникал в комнату из окна на другом конце комнаты, придавая моей коже серебристый оттенок, и я знала, что мои волосы должны были казаться ярко-белыми. В кои-то веки я задумалась, какой на самом деле видит меня Меррик.

Всю мою жизнь мне говорили, что я красива, и я использовала свою внешность в своих интересах. Это удерживало Карсона от того, чтобы причинить мне слишком сильную боль, а моего отца — от того, чтобы разбить мне лицо. Я знала, что я хорошенькая, но впервые мне захотелось выглядеть именно так. Я хотела, чтобы Меррик увидел кого-то, из-за кого у него потекли слюнки. Я хотела, чтобы этот древний вампир возжелал меня. Что-то в этой мысли заставило меня почувствовать себя могущественной… А я никогда раньше по-настоящему не чувствовала себя такой.