Полковник ищет няню. Срочно! (СИ) - Черника Ника - Страница 25

Когда снова на земле оказываюсь и борюсь с тем, чтобы не свалиться от головокружения, спрашиваю:

- А если… У нас не получится?

- Почему? - удивляется Матвей.

И честно говоря, я не нахожусь с ответом.

Эпилог

Эпилог

- Аааааааа! - Стаська орет, хлопая рукой по рту, изображает индейца.

На ней одна юбка, которую она со всех сторон обложила скошенной травой, заправив ее за край. На лице и теле боевой раскрас, в волосах голубиное перо, а в руке длинная палка, к которой привязаны ракушки.

- О боже, - Матвей прикрывает рот рукой. - А где Мия? Она вообще видела, что ты устроила?

Я медленно поднимаюсь из еще нескошенной травы с несколько виноватым видом. У меня узоры на лице и на круглом животе.

Изрезанная старая юбка до икр и топ, украшенный искусственными перьями. На голове ободок, к которому мы ракушки приклеили.

- Понятно, - кивает Матвей.

Я не знаю, что он больше сдерживает: удивление или смех.

- Мы индейцыыыыыы! - вопит Стаська на всю округу.

- Я понял.

Кивнув, Матвей целует Стаську в макушку. Потом тащит пакеты в дом, пока я вылезаю из травы.

- Ты же сказал, что приедешь к вечеру, - замечаю ему в спину.

- Если бы знал, что помешаю, так и сделал бы. Освободился раньше.

Он критически меня осматривает, потом аккуратно целует в висок. Видимо, там нет краски.

- Что ты купил? - Стаська деловито лезет в пакет, но Матвей на нее цыкает.

- Сначала помыться, Станислава!

Ох, строгий какой. Пока он уходит, недовольно дуя губы, я говорю тихо:

- Ты такой сексуальный, когда строгий. Что скажешь, хотел бы ты провести ночь с… Индейкой… Индианкой!

- Индейка мне нравится больше. К тому же беременная, - он садится на корточки, осторожно целует мой живот в неокрашенном участке.

- Это не вредно? - на меня смотрит.

- Пальчиковые краски. Начали с пальчиков и немного увлеклись.

- Как обычно, - улыбается Матвей, я улыбаюсь в ответ.

Ну да, мы со Стаськой скучать не любим. Я ушла в декрет, как раз лето началось, и мы свалили на дачу. Ту самую. Хотя вообще-то она перетерпела изменения.

Потому что моя сестра снова сошлась с бывшим мужем. Они поженились. И он снес стену, разделяющую дома. Забабахал ремонт, и все такое. Так что теперь это уже не деревенский домик, а почти что особняк.

И хотя нам старый больше нравился, мы все равно обитаем тут периодически. Другого загородного варианта пока нет. Хотя Матвей над этим работает.

Связи Влада в госструктурах, связи Матвея в военных структурах, и конечно, эта его черта сводить всех с ума своей занудной педантичностью - сделали свое дело. Фирма активно развивается, приносит хороший доход.

Я получила в бюро повышение, но долго не успела насладиться, потому что примерно в то же время узнала, что в положении.

Матвей бледнел, краснел, как не начала заикаться - не знаю. От счастья, конечно. Руку мне предложил. Сердце-то уже давно мое было. Так что скоро соберу всего человека.

Свадьбу сыграли с размахом. Мой беременный мозг сгенерировал идею, что прекрасно было бы, если бы у меня было платье, как у Красавицы. А у Матвея костюм, как у Чудовища. Ничего не говорите.

Это было прекрасно. Я была прекрасна. Смеялась и иногда плакала. От счастья. Аська рыдала, мама тоже рыдала, папа делал вид, что у него глаза слезятся.

Стаська носилась по всему залу в таком же платье, как у меня, только в детском варианте. Хохотала, лазила под столами, танцевала от души. Моя девочка.

Видеть ее счастливой - и есть счастье. Когда эти глаза огромные светом наполнены. И улыбка на губах играет. Беззубая уже частично.

Ее мать пропала с горизонтов. Поначалу Матвей ей писал и звонил. Но она не стремилась поддерживать диалог и встречаться с дочерью. А три месяца назад он документально забрал Стаську себе. Так что теперь она на самом деле только наша.

Конечно, мне всего двадцать четыре, а выгляжу я еще моложе. Но на все вопросы: а это ваша дочь? - всегда гордо говорю: да!

- Смотрите! - вопит Стаська, мы оборачиваемся.

Она сделала себе мыльную шапку, а еще усы и бороду, танцует, стоя перед нами в одних трусиках.

- А где трава? - подозрительно спрашивает Матвей.

- В ванной!

Переглянувшись, спешим в ванную, но все более-менее благополучно. Одежда на стиралке, вода набирается, взбивая пышную пену, пол усыпан травой. Стаська стягивает трусики и залезает в ванную.

- Смотрите, пена стала синей! - радостно вопит она.

Снова с Матвеем переглядываемся.

- Разберу пакеты, - лаконично сваливает он, забрав с пола траву.

- Если что будет нужно, зови, - говорю Стасе, а когда разворачиваюсь, она произносит:

- Ма, дай мне вон те игрушки.

Мое сердце, с разгону ударившись о грудную клетку, по ходу получило сотрясение, потому что мир поплыл перед глазами.

- Что ты сказала? - поворачиваюсь к ней.

- Вон те игрушки, в тазике под раковиной.

- Угу, - бормочу, медленно опускаясь на корточки.

Даже не замечаю, что это не так-то просто с таким животом.

Она меня назвала: ма! Мамой! Боже, это нормально будет, если я сейчас в обморок упаду? Полежу тут немножечко на полу, в себя приду?

- Держи, малышка, - кидаю в ванную игрушки.

- Спасибо, ма.

Второй выстрел, и снова в самое сердце.

Сваливаю поскорее, чтобы Стаська не увидела моих слез.

- Что случилось? - пугается Матвей, потому что я как дурочка стою и всхлипываю.

- Она назвала меня мамой!

Он застывает на секунду, а потом улыбается. Уверена, у него, как и моего папы, тут же начались проблемы с глазами, которые он скрывает.

- Мне срочно нужны обнимашки, - налетаю на Матвея, падаю в родные объятия.

Самые нежные, любящие и заботливые. С ноткой душнилы, конечно, но мне это тоже нравится. Потому что таков Матвей. А я его люблю целиком и полностью.

- Я тебя испачкала всего, - понимаю, отстранившись.

- Не обращай внимания, - он улыбается, стирая мои слезы. - Ты лучшая мама в мире, ты в курсе?

- Расскажешь об этом Александру Матвеевичу, когда он родится, - бормочу я довольно.

- Обязательно. Впрочем, уверен, он и сам все сразу поймет.

- Я так сильно вас всех люблю, - признаюсь, не в силах больше сдерживать гормоны.

Матвей целует меня в лоб, забирая на свои синий цвет. Зомбииии! Но молчу, не портить же момент. Потому что муж мой говорит:

- А мы любим тебя, Мия.

И целует.

Вот оно счастье. Правда ведь? Какие порой судьба выбирает пути, чтобы привести нас в эту точку. Мне изменил парень, Матвей получил ранение и был уволен в запас. У рыжей случилась командировка мечты.

И из этого, что казалось ужасным, вышло счастье. Натуральное. Размером с космос. Пропитанное детским смехом, любовью, нежностью и… Немного поцелуями зомби. Самую малость. Вполне терпимо.