Без тормозов (СИ) - Вольф Марисса - Страница 1

Без тормозов

Глава 1

Ева

— Детка, ты готова? — слышу эти слова и едва не дергаю плечом от брезгливости. С трудом удерживаю на лице милую улыбку.

— Да, мам. Я готова, — кротко отвечаю и тут же получаю одобрительный кивок от своей родительницы.

Она в последний раз окидывает меня придирчивым взглядом и еще раз кивает.

В тот же момент дверь нашей машины отворяется, и выпускает нас обеих из приятного кондиционированного воздуха в последние дни жаркой летней погоды.

— Виктор, я ненадолго, — произносит мама, не глядя на нашего водителя, закрывающего дверцу автомобиля.

— Да, мем, — звучит вышколенная фраза, означающая то, что вежливый и четкий персонал будет ждать мою родительницу тут же, на забитой парковке, на которой нам выделили отдельное место.

Я ожидаю маму, поправляющую свою безупречно отглаженную юбку и тихо ворчащую что-то себе под нос, и с интересом разглядываю спешащих к гимназии учеников. Закончив с одеждой, моя идеальная мама обращает всю свою аккуратность на меня и, недовольно кривя губы, одергивает мой пиджак.

— Не забывай, как ты должна выглядеть, Ева, — она высоко поднимает голову и никак не реагирует на пялящихся на нас людей. — Если будешь неряхой, никто тебе руки не подаст.

— Да мне и не надо, — тихо бурчу. Будто мне надо, чтобы мне руку подавали все и каждый.

Но родительнице не докажешь.

— Что ты там говоришь? — переспрашивает мама.

— Ничего, — отзываюсь погромче. — А мы, случаем, не опаздываем? Кажется, все уже собрались, — использую запрещенный прием.

Еще один пунктик моей мамы — помимо безукоризненно выглядящего гардероба — нелюбовь к опозданиям.

Родительница сразу же забывает о моей одежде и, чуть сдвинув на плече ремешок от дорогой сумочки известного бренда, поворачивается в сторону входа, ведущего на территорию гимназии.

— Давай скорее, — подгоняет меня, будто это я, а не она, тут копалась со своим внешним видом. — Сегодня нам нужно быть вовремя.

Я ничего не отвечаю. Спорить с ней бесполезно. Доказывать свою точку зрения тоже.

Я уже давно привыкла проглатывать такие моменты и даже не задумываюсь, правильно ли такое поведение. Родители ведь хотят детям как лучше, верно?

Кроме того, сейчас мне совсем не до этого. Мне и самой не терпится поскорее попасть за ограду моей новой элитной школы. Хочется поглядеть на моих будущих одноклассников.

Немного боязно, но и очень любопытно.

Может для кого-то другого поменять школу накануне выпуска было бы просто кошмаром. Для меня же — не более, чем обычное неудобство. Я привыкла переезжать, поэтому почти не реагирую на очередных новых одноклассников громким биением сердца.

Наверняка — люди как люди.

Везде будут хорошие и плохие.

Впрочем, уверена, эта гимназия ничем не отличается от пяти предыдущих. Всё так же будут улыбаться в лицо, оценивать чуть поодаль и сплетничать за моей спиной.

Я привыкла.

И тем не менее мне действительно интересно, как сегодня всё пройдет.

Я догоняю маму, уже проходящую мимо охраны, приветливо улыбаюсь двум мужчинам в темно-синей форме и во всю кручу головой на все стороны.

И едва не врезаюсь в спину внезапно остановившейся родительницы.

— Добрый день, мистер Саттер, — в ее голосе звучит намек на улыбку.

Я невольно обращаю внимание на ее собеседника. Значит, это и есть директор моей новой школы. Немного старше моих родителей, невысокий лысеющий толстячок уже пожимает руку моей маме и приветливо раскланивается.

Впрочем, тут тоже ничего необычного. Это стандартная процедура. Так ведут себя все должностные лица, как только узнают о том, что у них будет учиться Ева Ловато.

— А это наверное ваша Евочка? — радостно разливается соловьем мистер Саттер.

Я немного кривлюсь. Ненавижу, когда коверкают мое имя.

— Да. Это моя дочь. ЕВА, — чеканит мама, давая понять, что фамильярничать с нами не нужно.

— Понял. Простите, простите, — сразу же меняется в лице и в манере поведения директор. — Ева, — теперь он обращается ко мне официально, — вот мисс Бейли, она ваш куратор. Сейчас она познакомит вас с вашими новыми одноклассниками. Вы как раз успеете увидеть их всех до приветственной линейки, — мистер Саттер делает рукой подзывающий жест и к нам тут же спешит молодая женщина.

К счастью, я не замечаю на ее лице такой подобострастности, как у директора. Обычная молодая девушка, лет пять назад закончившая университет.

Мы знакомимся. А затем, оставив маму за своей спиной, я иду за куратором. Стараюсь не отставать. Правда, особо и не ускоряюсь. Всё же нужно успеть рассмотреть всех до того, как они заметят меня.

— Вот твой класс, Ева, — говорит мисс Бейли, указывая мне рукой на группу учеников. — Идем, я тебя со всеми познакомлю.

Я покусываю губы от нетерпения и иду с ней в шаг. А потом едва не сбиваюсь с ритма, наткнувшись на внимательный взгляд ледяных темно-серых глаз.

В первое мгновение я не могу оторваться от этих притягательных омутов напротив. Самого же их владельца не разглядываю — я просто не могу выплыть из этого затягивающего водоворота, словно магнитом влекущего мое любопытство.

Потом резко спохватываюсь и моментально смотрю вниз. Изучаю светлую немного шероховатую плитку, которой устлан внутренний дворик гимназии. Невольно отмечаю несколько сколов, которые, видимо, спрятались от внимания рабочего и административного персонала. Интересно, чем их оставили?

Этот важный вопрос крутится в моей голове ровно до того момента, пока мы не подходим к группе моих сверстников, цепко оглядывающих меня. В глазах всех и каждого сейчас я читаю легкую напряженность. Еще бы, в их уже давно установленный коллектив пришла чужачка. Да еще и такая, которая не уступает им по социальному статусу. Они бы предпочли, чтобы я была из какой-нибудь более бедной семьи, тогда можно было бы открыто показывать свою неприязнь. А тут нужно будет напрягаться, думать, как напакостить так, чтобы не попасться.

Это я уже проходила. Видела каждый раз в новой школе. Увижу и в этой.

Мисс Бейли представляет меня этой компании, одетой так же, как и я, в школьную форму. Только подведенные глаза старшеклассниц позволяют им выделяться из толпы. Губы здесь красить запрещено. Мама говорила, что директор Саттер лично заставляет вытирать, если поймает кого-то с блеском или помадой. А вот стрелки рисовать можно. Главное только использовать черные тушь и подводку. Никаких тебе иных цветов.

Темно-синий пиджак, белая рубашка, темно-синяя в широкую зеленую клетку юбка у девушек или такие же по цвету штаны у парней — вот и всё самовыражение у этих подростков. А, еще — темно-синие с узкими зелеными полосками галстуки в тон.

За всё время учебы я поменяла большое количество школьных форм, и только в этой гимназии так строго придерживаются дресс-кода. Это само по себе занятно, поскольку я ожидала увидеть что-то вроде ослабленных галстуков с расстегнутыми верхними пуговками рубашек. Но…

Обвожу глазами все фигуры и застываю лишь на одной. Именно такой вид сейчас только одного у мужского галстука и рубашки…

Мои губы удерживают рвущуюся наружу ироничную улыбку, пока глаза путешествуют выше — вдоль кромки белоснежной рубашки, мимо воротничка, прямо по загорелой коже на шее, огибая чуть выпирающий кадык. Ммм… красивые губы… ровный нос и…

Я снова попадаю в плен того самого серого взгляда, уже поймавшего меня в недолгую неволю какое-то время назад. Разорвать притяжение я будто не в силах. Словно настоящий гигантский магнит скрыт в стального цвета омутах, выражающих сейчас открытую неприязнь.

В первый раз они ничего не демонстрировали — ни интереса, ни любопытства. Сейчас же — в них плещется откровенный холод.

Ледяной арктической водой окатывает моментально. Пульс подскакивает и заглушает все посторонние звуки. Сердце в груди учащается многократно.