Герцогиня в изгнании (СИ) - Дурман Диана - Страница 9

Возможно такая “свинья” со стороны создателей стражей была одной из причин начала гонений, таких как я. Но кто теперь разберёт? Да и для меня сейчас главное, что теперь не нужно переживать о своей безопасности и можно сосредоточиться на быте.

Не надеясь ни на кого, я даже быстрее начала налаживать свою жизнь в изгнании. Наплевав на правила приличия, я перебралась на кухню и обустроила там себе уголок для отдыха. Мягкую перину старательно выбила, избавляя от пыли, то же самое сделала с подушками и их не пожадничала для своего нового ложа, чтобы было теплее. Саму кухню отскоблила чуть ли не до блеска, а за принесённой из спальни ширмой организовала себе место для купания. Такое решение оказалось идеальным.

Печи в отличие от каминов хорошо прогревали довольно просторное помещение кухни настолько, что даже сквознякам не удавалось выдуть тепло к утру. Ту же воду не нужно было далеко таскать, а избавлялась я от использованной воды с помощью специального слива. Плюс мне очень нравился царящий здесь запах трав пучками висящих на стены — их развесила повариха, используя для блюд по большей части предназначенных не мне. Так что потихоньку жизнь налаживалась, в чем мне помогал не упомянутый мужем пятый слуга поместья.

Им оказался торговец. Он-то и стал второй и последней причиной не держаться за ту пакостливую четверку. Раз в неделю торговец приходил через портал вместе с туго набитыми баулами, в которых имелись продукты, предметы первой необходимости, базовые лекарства и всё, что может пригодиться аристократке-затворнице в глуши. Пожалуй, щуплый мужичок, вечно шмыгающий носом, был единственным, кого не интересовали ни моя внешность, ни моё прошлое, а только моя платежеспособность.

Кстати содержание, что выплачивал мне муж, оказалось не таким уж маленьким. По моим расчётам я спокойно могла питаться отборными продуктами, покупать по несколько платьев каждый сезон и ещё и оставаться будет. Быть может, когда ко мне вернется больше памяти Этерии я и пойму куда мне столько тратить. Однако пока что рациональное мышление ещё такой же чужой Медеи не находило причин тратить больше.

Мой благоверный не появился и через месяц после нашей свадьбы. Даже не уверена в курсе ли он, что его предположительно ни на что не способная жена уже давно готовит себе сама (готовила я, оказывается очень ловко и вкусно), сама с удовольствием убирает и даже шьет, чтобы развеять скуку. По крайней мере, стража, всё так же связанного с артефактом связи Вилейта, я попросила не говорить ничего лишнего. Он, конечно же, послушался. И судя по шкатулке, где раз в месяц появлялись монеты для зарплат, муж не удосужился проявить хоть каплю интереса к моей персоне, а изгнанные мной слуги не посчитали нужным пожаловаться на свою судьбу. Мне же лучше.

Всё шло как-то слишком гладко. Ровно до одной ночи, когда новое воспоминание пришло ко мне во сне и то, что я там увидела, разожгло во мне такую ярость, что погасить её были способны только головы короля Сарта и императора Валлиса отделённые от их тел. А всё потому, что я вспомнила о том,… как умерла.

Глава 8.

Страх пробирал до костей, лёгкие горели огнём, а кожу в разорванном платье обжигал холод. Я неслась по едва заметной тропе босиком, потеряв где-то свои башмаки, и… молилась. Молилась успеть. Мне нужно немного, совсем немного времени, чтобы спасти наставницу!

За себя я уже не боялась — совсем недавно убедилась, ЧТО могу сделать с десятком мужчин в форме стражи. Жаль о законе они мало думали, когда решили перед скоропостижной казнью поразвлечься со мной. И ведь даже уродливая половина лица не отвернула их от девичьего тела. Они как падальщики ринулись рвать мою одежду, а дальше… пусть земля не будет им пухом. Будь у меня время, я бы ещё эту падаль подняла, да не просто, а с помощью проклятья, чтобы они никогда не увидели вечного покоя.

Злость вытеснила страх как раз в тот момент, когда я увидела наш чуть покосившийся домик. Рядом с ним ещё никого не было, но вдали я чувствовала приближение людей — после спонтанного выброса магии все мои чувства будто заработали в полную силу.

Не сбавляя скорости преодолев расстояние от подлеска до крыльца, я влетела в дверь и крикнула:

— Нам нужно уходить! Скорее, наставница! — мой голос был хриплым, горло пересохло и саднило, но даже глотка воды сделать времени не было. — Они идут!

Наставница стояла у стола, где обычно мы готовили лекарства. Мой вид её встревожил, но она тут же нахмурилась, поняв всё без объяснений, и устало произнесла:

— Медея, глупая, зачем ты вернулась? Тебе нужно было без оглядки бежать к схрону и уносить ноги, а не возвращаться за мной. Я буду только обузой. — С трудом наклонившись, отчего седая копна волос наставницы подмела пол, она достала из-под стола вещевой мешок и, протянув мне, сказала: — Бери и беги пока ещё можно.

— Не говорите глупостей, я вас не брошу! — возмутилась я, метнувшись за запасной обувью. Быстро натянув их на замёрзшие стопы, схватила с крючка платок из колючей шерсти и быстро повязала его поверх разорванного платья.

Встретив неодобрительный взгляд выцветших глаз, я упрямо поджала губы. Затем повернувшись к наставнице спиной, присела и твердо сказала:

— Если будет нужно, я понесу вас до самой границы. Мы не станем платить за то, что какая-то вертихвостка свела в могилу наследного принца. Есть ещё страны, где тёмных не притесняют, и мы туда доберёмся, во что бы то ни стало. — После чего уже тише добавила: — Вы единственная, кто дорожил мной. Я не могу отплатить за вашу доброту трусливым спасением только собственной шкуры.

— Я знаю, что ты никогда бы так не поступила. Ты самое доброе дитя, что я встречала за свою очень долгую жизнь, — вздыхает наставница не спеша взбираться на мою спину. Она гладит меня по голове, пока я про себя ругаюсь на то, что у нас нет на это времени, но не забрасывать же мне её себе на спину в самом-то деле! — Твой путь только начинается, — продолжает наставница, — а мой уже подходит к концу. Я ни о чём не жалею и всё чего хочу это — спасти свою дорогую ученицу…

— Если вы сами не взберётесь мне на спину, — раздражённо цежу, прерывая самоотверженную речь, — я понесу вас на плече! Я сильная, а вы не такая уж и тяжёлая, поэтому не вынуждайте меня действовать насильно.

Этого хватило, чтобы наставница, наконец, поняла: без неё я не сдвинусь с места и чтобы меня спасти, она должна делать то, что я говорю. Тяжело вздохнув, наставница протянула мне сумку, которую я тут же перекинула через плечо, а затем прильнула грудью к моей спине. Поднявшись, я лишь убедилась — под слоями одежды у наставницы остались лишь кожа да кости. Она была совсем лёгкой.

Так, теперь главное добежать до леса, а там леший поможет нам замести следы. Не зря я тогда не изгнала эту нечисть, предпочтя с ней подружиться. Вот теперь пусть покрытый мхом старичок отрабатывает часть собранной в его лесу добычи, что я оставляла в качестве подношения, дабы он больше не кошмарил местных жителей. Как знала, что такое знакомство пригодится.

И вот теперь бежим как крысы лишь по тому, что король нашей страны решил отвести от себя удар. Ещё бы, такой скандал! Принц мёртв, а его сестра-близнец, оказавшаяся тёмным магом, принесла себя в жертву и прокляла виновницу в смерти брата. Двойной скандал! Тёмный маг, да ещё и в королевской семье! К тому же император, чья подданная стала причиной конфликта, вывернул всё так, будто это он пострадавшая сторона — ну да, наше королевство лишилось принца и принцессы, а его фаворитка лишь своей магии.

Уж не знаю, как проходили переговоры правителей, но в итоге империя Валлис потребовала казнить всех тёмных на территории королевства, взамен обещая сделать то же самое у себя, а также максимально покарать уже наказанную проклятьем подданную.

Уйди мы с наставницей сразу, не пришлось бы сейчас бежать, стирая ноги в кровь, но в деревне как раз разыгралась лихорадка и мы не могли оставить больных умирать. Пусть среди них были те, кто частенько досаждал мне, но,… несмотря на всю тьму в своей душе я не смогла бы бросить их, зная, что они умрут.