Проклятье Мира (СИ) - Черника Ника - Страница 26

Я сама не замечаю, как делаю несколько шагов к Миру, только когда попадаю в участок света, и солнце заставляет щуриться, попадая в глаза, осознаю. Отшатываюсь назад, Мир тут же поворачивается, почуяв резкое движение. Вот оно? Вот эта тяга, о которой он говорит? Невозможность находиться далеко друг от друга?

Мир тушит окурок о подоконник и оставляет его там же. Идет ко мне, я снова вытягиваю руку, не позволяя приближаться.

Смотрю на свои пальцы и вдруг понимаю: магия молчит. С того самого момента, как мы встретились с Миром, она ни разу не проявила себя. Уж я-то помню, какой она может быть своенравной, как действует вопреки моим желаниям. А сейчас молчит, никаких всплесков… Это значит, что магия не считает Мира опасным для меня?

А следом приходит другая мысль: я ведь рвалась в армию в нелепой надежде узнать что-то о моих родителях. Не представляла, как, но казалось, если подберусь ближе к оборотням, представится шанс.

Вот он. Мир хочет, чтобы я отправилась с ним, это значит, что я буду находиться среди оборотней, жить с ними, не боясь, что кто-то меня убьет. Разве это не идеальная возможность попытаться узнать о том, что случилось в ту ночь? Какой-то оборотень оставил следы на стене, забрал или убил моих родителей. Я должна попытаться найти его.

Я смотрю на Мира, чувствуя, как колотится сердце.

— Ты должен заслужить мое доверие, — говорю ему. Мир смотрит непроницаемо, но через пару секунд кивает.

— Ты поедешь со мной?

— Да.

Мир облегченно выдыхает, губ касается улыбка, но он тут же ее убирает.

— Ты не пожалеешь, Ада.

Он идет ко мне, и на этот раз вытянутая рука его не останавливает, Мир притягивает меня к себе и целует. Губы обжигает от его дыхания и касаний. Я не могу противостоять, как тогда в лесу, когда мы занялись сексом — мое тело живет само по себе.

Обхватываю Мира руками за шею, он прижимает меня к себе так тесно, что не хватает воздуха, его руки скользят по моему телу, гладят, сжимают, заставляя быть еще ближе. Тишина в комнате нарушается только нашим громким прерывистым дыханием, которое сводит меня с ума, разгоняя по венам кровь. Желание становится сильным, заполняет все тело.

Я даже не понимаю, как оказываюсь на кровати, прижатая телом Мира, как он залезает руками под мой балахон, гладит низ живота, и я со стоном откидываю голову назад, жмурясь от пронзившего тело импульса.

— С ума сойти, какая ты, — шепчет Мир мне в шею, целуя ее, я зарываюсь руками в его волосы. Это безумие, настоящее безумие — не мочь противостоять тому, кому не можешь доверять.

Я с трудом заставляю его оторваться от меня, посмотреть в глаза. Черный взгляд затягивает омутом, кажется, я могу раствориться в нем. Провожу чуть дрожащими пальцами по его губам, Мир тяжело выдыхает. Веду ниже, к груди, замираю, слушая, как быстро стучит его сердце под моей ладонью. Да, он здесь, он пришел за мной, потому что я — его истинная. Но это не значит, что он на самом деле любит меня. Это выбор судьбы, а не наш с ним.

— Давай остановимся, — прошу я, оглушенная этой мыслью. — Пожалуйста.

Мир, несколько секунд посмотрев, отстраняется, садится на край кровати. Быстро поднявшись, я одергиваю одежду и отхожу к окну. Смотрю на голубое безоблачное небо и пыльные крыши домов и не могу больше ни о чем думать. Мы — истинные, нас тянет друг к другу, потому что нас соединила судьба. А если бы не она, что бы тогда было между нами?

Глава 17

Оборачиваюсь к Миру, но не нахожу, что сказать. Он молча смотрит в ответ, между бровей складка, взгляд внимательный, изучающий. Раньше он все время скалился и язвил, оттого, наверное, казался предсказуемым. Все происходящее между нами выглядело несерьезным, неопасным.

Но все изменилось. И он тоже. Что он из себя представляет? Какой он человек, чем живет, какие у него приоритеты? Насколько его животная сущность берет верх над человеческой?

Все, что я читала об оборотнях, теперь не кажется мне реальным. Я не могу быть уверена, что те, кто писал эти книги, не действовали в интересах Академии.

Очевидно, что маги противопоставлены и ведьмам, и оборотням, и последние представлены как низшие существа, жестокие и бесчувственные. Но так ли это на самом деле? И что ждет меня как истинную Мира?

Я ежусь, потому что будущее наполнено неясностью и страхами. Мир подходит и, обняв, прижимает к себе. Гладит по волосам, я утыкаюсь носом в его грудь, тяну запах, который кажется таким родным, словно мы с Миром близки уже давно. Это тоже проявление истинности? Но где же во всем этом мы?

— Я не хочу спешить, — говорю негромко, рука на моих волосах на мгновение застывает, но потом продолжает гладить. — Я поеду с тобой, но мне нужно время, Мир.

— Хорошо.

Отстранившись, спрашиваю:

— Как ты хочешь добираться в армию? Я ведь не смогу двигаться на твоей скорости.

Он неопределенно качает головой.

— Может, откроешь портал? — на мои вздернутые брови добавляет: — Ты ведь сделала это, когда сбежала от моих ребят. Про магию тоже соврала, как и про запах?

Качнув головой, я отхожу и устало усаживаюсь на кровать. Я не готова рассказать Миру всю правду, но что-то все равно придется.

— Магия была скрыта, — смотрю на него. — Я плохо ей управляю, и могу быть опасна для окружающих.

Мир садится рядом.

— В любом случае придется попробовать, Ада. У нас нет столько времени на возвращение.

— Боишься, что посчитают дезертиром? — хмыкаю я. Он не отвечает. — Я могу попробовать открыть портал. Но мне нужно знать, куда мы направляемся. В ту же деревню?

Мир качает головой.

— База и окружающие деревни уже заняты нами. Ты знаешь кемвудские леса?

— Конечно, нет. По-твоему, я великая путешественница?

В какой-то степени так и есть. Всю жизнь я была в пути, но была слишком мала, чтобы что-то запоминать. Особенно, когда в городах мы не задерживались надолго.

— Картинку видела?

— Ты серьезно? — я смотрю с недоверием. — Предлагаешь открыть портал по картинке?

— Ну попробовать-то можно. Подожди, внизу у хозяина есть энциклопедия.

Он уходит, я ложусь на кровать, вздохнув, рассматриваю потолок. Значит, я решила довериться Миру? Пойти с ним, попытаться найти ответ на вопрос: что случилось с моими родителями. Но кроме этого мне придется проститься с прежней жизнью, жить среди оборотней и… быть с Миром.

Он так спокоен, словно его совсем не пугает мысль о том, что он вынужден провести жизнь с девчонкой, которую видел всего два раза. Как ему это удается? Неужели он настолько слепо верит в истинность, и его не волнует, что на самом деле между нами?

Мир возвращается с толстой энциклопедией, присев рядом со мной, ищет нужную страницу.

— У тебя есть образование? — спрашиваю, наблюдая за ним. Мир, бросив на меня взгляд, хмыкает, качая головой.

— Ты считаешь, я большую часть жизни провел в обличье волка? — интересуется насмешливо, я смущаюсь от того, как прозвучали мои слова.

— Я не в том плане… Просто не представляю, как устроена жизнь в кланах.

— Примерно так же, как у людей. Мамки, няньки, учеба, дружба, семья… — он переводит на меня взгляд, положив ладонь на открытой странице с заголовком “Кемвудские леса”. — Я обращаюсь волком, Ада, ты творишь магию. Мы с тобой одинаково близки к людям и одинаково далеки от них.

— Я не причиняю им зла!

— Ты сама сказала, что твоя магия может быть опасна, потому что ты ее не контролируешь. Если в обличье волка я не встречу на своем пути человека, то не отправлюсь на его поиски с целью порвать на куски. Вспомни, как мы встретились, и ты поймешь, что я могу контролировать себя даже в этой сущности.

В голове вспыхивает картинка, как Мир в обличье волка выбежал на поляну, как смотрел на меня, парализованную от страха, не способную ни двинуться с места, ни позвать на помощь. Он мог убить меня одним движением, но не сделал этого, просто ушел. Так значит, даже волком он может не подчиняться инстинктам?