Проклятье Мира (СИ) - Черника Ника - Страница 38

— А пророчество?.. Оно как-то связано с тем, что я не только ведьма, но и маг?

Старуха кивает, продолжая меня рассматривать.

— Эта тайна открыта только великим ведьмам, я узнала ее от Лоуренса по случайности. Он был неопытен и не понимал многого, что ему давалось. У него был другой склад ума, Питер был ученым, и ко всему имел научный подход. Когда ему стали приходить видения, он, конечно, испугался. Он направлялся в Галион через Монтуан и Кемвуд, собирал какие-то научные данные о природе колдовства и магии, кто его знает, что это такое… Здесь нас свела судьба, и здесь его видения усилились. Точнее, они стали больше похожи на реальность, чем на видения. Питер все записывал в книгу, в надежде, что я ему помогу, он дал мне прочитать эти видения. Многие из них рассказывали о нашей истории, которой он не мог знать. Было понятно, он не придумывает, слишком был напуган происходящим. А потом я стала свидетельницей такого видения. Питер был просто сам не свой. Он ходил по комнате с отсутствующим видом, что-то шептал, трогая стены. Словно находился в каком-то другом мире. А потом в один момент пришел в себя, в глазах появилась осознанность. В одно из таких видений он и записал то пророчество.

Я молча слушаю, боясь вставить хоть слово. Ничего не могу поделать, но представляю своего отца. Все это кажется таким схожим с ним, хотя и не могу объяснить, почему. А еще видения, похожие на реальность. Разве не такие преследуют меня? И что? Я готова поверить в то, что таким образом со мной связывается Триана? Божество, сотворившее мир и людей, снисходит до того, чтобы подталкивать меня к каким-то действиям или оставлять странные знаки, являясь в виде матери и отца?

Старушка молчит с полминуты, откашливаясь, крутится в кровати.

— Все в порядке? — спрашиваю с волнением. Все-таки днем она была так слаба, а тут я ворвалась к ней…

— Нормально, — немного ворчливо отвечает ведьма. — Я не в тех годах, чтобы столько болтать. Мое время уходит.

— Простите.

— Тут не за что просить прощения. Я прожила хорошую жизнь, и конечность ее только благо. Но сейчас речь не обо мне. О тебе.

Я сжимаю кулаки, словно это поможет остановить бег мурашек по коже.

— Обо мне? — переспрашиваю шепотом.

— Питеру было пророчество о том, что грядет великая война. Триана сжалилась над оборотнями, видя жестокость магов. На тот момент прошло меньше года, как маги убили очередного великого оборотня, а за ним ушел и весь его клан. В большинстве своем в живых остались только полукровки, рожденные от человека и оборотня. Но была маленькая ветвь истинных оборотней. И Триана наделила одного из детей этого рода силой великого оборотня. Он должен был положить конец царившему порядку, в котором маги стояли у власти и убивали ради этой власти, а вовсе не ради мира, которому по большому счету ничего не угрожало.

— Вы хотите сказать… — перебиваю я, не выдержав. — Что эту войну ведет великий оборотень?

— Именно так. И он победит.

— Но при чем тут я?

— Пророчество гласит, что Триана явится на землю в человеческом обличье, объединив в себе сущности, которые были разъединены. И подарит человечеству шанс на новую жизнь в мире.

Я расширяю глаза, сердце готовится выскочить из груди.

— Вы считаете, что я — воплощение Трианы?

— Я впервые за свою довольно долгую жизнь вижу мага и ведьму в одном флаконе. Я не знаю, какой ты маг, но на тебе метка Силы, значит, ты великая ведьма.

Великая ведьма, обладающая такой магией, с которой не могу справиться. Неужели это может быть правдой? Неужели я…

Вспыхивает картинка из сна, когда мама говорит, что только я могу остановить эту войну, и что теперь у меня в руках вся сила. Она имела в виду колдовскую и магическую?

— Не могу поверить, — шепчу я, зачем-то смотря на свои руки. — Но как я могу изменить этот мир? Я ничего не знаю. Я даже не умею колдовать…

— Открой шкаф, — командует ведьма, нетерпеливо указывая пальцем за мою спину. Поднявшись, открываю створку, в тишине кажется, она скрипит слишком громко. — Вторая полка, в самом углу под одеждой.

Сунув туда руку, нащупываю книгу в мягком переплете, достав ее, понимаю, что это гримуар.

— Я составляла его для Камиллы, — поясняет ведьма. — Возьми себе, будет возможность, вернешь.

— Я не уверена…

— Бери без разговоров. Кто я буду, если не помогу великой? Обещай мне только, что позаботишься о моей внучке, если это будет в твоих силах. Ее отец погиб на войне, мать умерла родами…

— Я постараюсь, — выдавливаю, чувствуя острое сочувствие к девушке. Мы с ней в чем-то похожи.

— Там много заклинаний от простых к сложным. Ты справишься. И помни, что Триана будет вести тебя, так что ничего не бойся. А я буду молчать. Пророчество было открыто Питеру, не мне, так что и не мне вмешиваться в твою судьбу.

— Спасибо вам, — киваю я. — Есть еще что-то, что мне было бы полезно знать?

Ведьма задумчиво жует губы, раздумывая.

— Может, у тебя самой есть вопросы? — смотрит на меня, и я решаюсь спросить.

— Вы случайно не знаете женщину по имени Каролина? Он была сильным магом и пропала около восьми лет назад. У меня есть предположение, что ее исчезновение могло быть каким-то образом связано с Кемвудом…

Ведьма щурится, глядя на меня тяжелым взглядом. Договариваю с трудом, меня словно прижимает плитой, я начинаю задыхаться, путаясь в собственных словах. Потому что вижу: она знает, о ком я говорю.

— Вы ее знаете? — спрашиваю дрогнувшим голосом. Ведьма кивает, раздувая ноздри.

— Я знаю, что она была нужна вожаку клана. Но не знаю, зачем. Я искала ее с помощью заклинаний многие годы, но нашла только восемь лет назад. Что с ней стало, я не знаю, в это меня, как понимаешь, не посвящали.

— Вожаку клана… — шепчу я, блуждая взглядом перед собой. Закусываю губу, предчувствуя, что ничего хорошего в мыслях у вожака быть не могло. Но зачем мама могла ему понадобиться? Даже не представляю.

— А как звали тогда вожака? — спрашиваю ведьму.

— Гремвольф из рода Листардских волков. Он и сейчас вожак.

— Правда? А он здесь, в Кемвуде? — спрашиваю, а сердце замирает.

— Конечно. Сейчас для оборотней Кемвуд — единственное безопасное место. Гремвольф уже в годах, ему не место на поле боя.

Киваю, ничего не говоря. Может, ведьма и добра ко мне, но вряд ли оценит мое отношение к вожаку клана, под началом которого живет много лет. А я не могу испытывать к нему хорошие эмоции. Моя мама пропала, я стала сиротой из-за того, что она была нужна вожаку.

Но он здесь, сейчас здесь, в этом городе. Я как никогда близка к разгадке исчезновения моих родителей. Не буду сама пытаться проникнуть к нему, боюсь, это возможно, только используя магию. Но я так не могу, ни к чему поднимать лишний шум. Я дождусь Мира и попрошу его помочь мне поговорить с вожаком. Да, пожалуй, это шанс. Он мой истинный, и я вижу, как влияю на него. Он сам мне говорил. Да, это нехорошо, но ради правды я готова использовать его отношение ко мне.

Назад я возвращаюсь обычным путем. Проскользнув мимо спящей Камиллы, ухожу через задний выход. Узкая улочка пуста, через полминуты я оказываюсь на пустой площади, и еще через минуту возле дверей общины. Они заперты изнутри, но с помощью магии открыть их не проблема. Я уже тяну на себя тяжелую дверь, когда слышу за спиной:

— Решила воздухом подышать?

Сердце, пустившись вскачь, тут же успокаивается, потому что я узнаю голос — Кеин. Обернувшись, смотрю на приближающегося парня.

— Ты что, вообще не спишь? — спрашиваю его. Вчера на рассвете он молотил грушу, сегодня ошивается рядом с общиной.

— Тот же вопрос тебе, — Кеин замирает напротив меня, понижая голос. — Где ты была?

— Это неважно. Если переживаешь, что я могу причинить вред кому-то из ваших, то это не так, ясно?

— А Мир знает, что у тебя в Кемвуде свои цели?

— Какие еще цели? — спрашиваю неуверенно, но не выходит закосить под дурочку.