Фиалка в чертополохе (СИ) - Луст Стелла - Страница 51

— Приказ принял, — сказал первый, — отбой.

Выключив связь, он уставился в ответ на напарника, молча смотревшего на него. Потом передернул плечами:

— Да в жопу совет! Я не стану смотреть, как кто-то убивает пленников! Ты со мной?

После почти минутной паузы второй кивнул.

— Если начнем первыми, наловим от конкурентов. Предлагаю дождаться, когда они начнут, и проконтролить.

— Да, — кивнул первый, — так и сделаем. Тогда ждем начала заварушки.

Глава 26

Чертополох не пришел.

После полудня заглянул молчаливый и почти мрачный Семер, который принес поднос с едой. Все попытки заговорить с ним не увенчались успехом. А ближе к вечеру в комнату к Фиалке явилась Кира.

Девушка испуганно забилась в угол и смотрела на пришелицу, стоявшую в дверях со скрещенными на груди руками и вперившую в неё взгляд темных глаз.

Кира повернула к себе кисть руки и негромко и почти с безразличием заговорила, рассматривая ногти.

— Сначала я не поверила, когда Семер сказал о том, что ты — Зов. Но Чертополох подтвердил. И теперь я даже не знаю, что и думать. Ты не полукровка, ты даже не квартеронка. Нашей крови в тебе пара капель, не больше. А вулфраа никогда не сходились с людьми до недавнего времени. Говорят, в Москве появилась пара волка и человеческой женщины, у которой даже родились дети, но я не очень верю в подобные байки. Так что даже не представляю, зачем ты Чёрту? Это же заранее бесплодный союз.

— Так может быть ты спросишь у него? — услышала Фиалка свой голос, тонкий и дрожащий. Смущенно замолчав, она прочистила горло и уже более уверенно сказала: — Я сюда не напрашивалась.

Кира только отмахнулась. Потом прошла в комнату и вольготно расположилась в кресле, закинув ногу за ногу.

— Я спросила. И знаешь, что он сказал?

— Что?

— Что тебя не стоит принимать всерьез. Более того, что тебя можно вообще не брать во внимание.

— И что это значит?

— Что ты просто игрушка. Секс-кукла для утех вожака. И что тебе не дадут уйти отсюда живой.

С невероятным трудом Фиалка постаралась, чтобы омерзение и ужас, охватившие её, не отразились на лице. Почему-то ей не хотелось, чтобы эта женщина знала, что она чувствует. Но Кира была слишком опытна. Или просто гораздо дольше жила на этом свете.

— Тебе страшно и противно такое слышать. Это очевидно, — сказала она, чуть прищурив свои огромные глаза. Потом пожала плечами. — И тебя можно понять. Я бы тоже испугалась в такой ситуации.

Она на мгновение отвела взгляд в сторону, а потом возмущенно поморщилась и неожиданно улыбнулась.

— Да что это я болтаю! — Кира коротко рассмеялась. — Нет, конечно же, не испугалась бы! Это удел только таких трусливых избалованных девочек, как ты.

Фиалка молчала. Она поняла, что Кира просто играет с ней. Играет на её чувствах и эмоциях. Впервые в жизни оказавшись один на один с хищником в женском обличье, Фиалка вдруг интуитивно поняла, как нужно себя вести.

— Ты права, — сказала она Кире. — Таких как я. Но родителей не выбирают. Если бы я жила как ты, то, наверное, и стала бы такой как ты.

— Это какой же? — прищурилась оборотень.

Фиалка пожала плечами.

— Сильной. Смелой. Способной постоять за себя. — Она посмотрела в черные глаза. — Способной противостоять мужчине и его желаниям!

Кира промолчала, а затем усмехнулась.

— А ты быстро учишься.

Фиалка чуть потупилась, но взгляда не отвела.

— Я не просила делать из меня какой-то там Зов. И не горела желанием тут находиться. А ложиться под Чертополоха — тем более!

По чуть изменившемуся лицу Киры Фиалка поняла, что перегнула. Но черноволосая тут же снова расслабилась. А её взгляд чуть расфокусировался.

— Чёрту трудно противостоять, когда он тебя хочет… — сказала она почти задумчиво. — Это свойство вулфраа. Если волк понравился тебе хоть самую малость, то начинаешь течь от всего: взгляда, касания…

Фиалка вспомнила их с Чёртополохом первый раз, предательство тела вопреки разуму, и поняла, что Кира права.

— Это наша природа. Мироздание пытается продлить наш род.

— Чертополох говорил, что у оборотней мало детей. Почему же тогда так?

— Потому что мы вырождаемся, — горько усмехнулась Кира. — Потому что самкам все сложнее забеременеть. Так что все уловки природы по сведению пар приносят все меньше и меньше результата. Потому что самцы вулфраа все чаще чувствуют Зов к человеческим женщинам.

Она посмотрела на Фиалку и девушке стало не по себе от этого взгляда.

— Вы крадете у нас будущее одним своим существованием.

— Нет, — замотала головой Фиалка. — Это все как-то неправильно. Ты осуждаешь без права оправдаться. Нам не нужны ваши мужчины. У нас своих хватает!

— Да? Семер сказал, что ты прибыла сюда со своим мужчиной, который сбежал, бросив тебя тут. Сравни его с Чёртополохом. Чёрт поступил бы также?

— Это бессмысленно! Среди людей тоже встречаются и смелые, и ответственные мужчины! Глупо думать, что все такие, как Илья!

— Глупо? Среди оборотней такие все!

— Все? Как же! Я, знаешь ли, близко познакомилась с Фомой!

— Фома… — усмехнулась Кира. — Груда мышц. Свирепый, хоть и туповатый. Раньше был гораздо лучше, но его сгубила озабоченность. Вечно лез со своими идеями гарема. Вулфраа, к сожалению, падки на человеческих девчонок, но Фома хотел поставить это дело на поток. Хотел приходить в свою нору и зарываться в груду голых женских тел. Его мало что интересовало так сильно. Потому и хотел стать вожаком. Чертополох был против его замашек.

— А почему?

— А потому что это отвлекает от дела. Парни тут выращивают коноплю в промышленных масштабах, нужны работники, а не шлюхи. Да и почти у всех есть самки. А мы в отношении конкуренток не особо отличаемся от женщин.

— Ну а если самец говорит про Зов? — решилась вставить Фиалка.

— Зов… — недовольно поморщилась вулфраа. — Зов — это наше проклятие.

— Ну а разве не может… эээ… самец соврать, что чувствует Зов? Это же пипец как удобно!

— Нет, не может, — ответила Кира. — Самка это почувствует. Меняется запах, ощущения… Ты человек, не поймешь.

— И что тогда?

— Тогда можно только отступить в сторону.

— Совсем? И нет смысла бороться?

— Нет. Только если у самки-Зова будет отторжение, которое его погасит. Или пока она не умрет.

— То есть… — медленно проговорила Фиалка. — Если я — Зов для Чертополоха… И не умею делать это ваше… отторжение, чтобы вы были вместе мне нужно умереть?

В первое мгновение её испугал задумчивый и оценивающий взгляд Киры. Но почти сразу та расслабилась и чуть улыбнулась.

— Нет. Людская женщина крайне редко может стать Зовом для вулфраа. И почти всегда это быстро проходит. Надо просто подождать.

Фиалка недоверчиво смотрела на неё.

— А если ожидание затянется?

Кира вернула взгляд.

— Мы живем по сто пятьдесят, двести лет. И практически не стареем. Ты по сравнению с нами — бабочка-однодневка. Думаешь, я не смогу переждать десяток лет с кем-то другим?

Девушка промолчала.

— Я не знаю, что нашел в тебе Чёртополох, — внезапно с большим чувством сказала Кира. — Ты совсем не в его вкусе! Почему ты стала Зовом?

— Он сказал, что я похожа на Лану. — Фиалка вопросительно посмотрела на красавицу-вулфраа, не зная наверняка, знакома ли та с этой историей. Но Кира почти разу горько улыбнулась.

— А-а… Чертополох и его знаменитая психологическая травма.

— Север сказал, что он убил тех, кто замучил её.

— Убил, конечно. А ты бы поступила иначе?

— Я… — растерялась Фиалка. — Я не знаю. Но не уверена, что смерть — лучший выбор.

— Только смерть отучит делать подобное! — жестко сказала Кира. — Те ублюдки получили по заслугам!

— Возможно, но…

— Что?

— То, как он относится теперь ко всем мажорам… Наши парни мухи не обидят.

— Твой парень прострелил ногу Северу, когда тот помешал ему убить вас с Чёртом. Забыла?