Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала (СИ) - Гераскина Екатерина - Страница 33

— Мне всё равно, — отрезал Торгард, его глаза были полны решимости. — Я верю тебе. Верю в нас.

— Дурак, — прошептала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

Он нежно взял меня за руку, его прикосновение было тёплым и обнадёживающим.

— Пусть так, — сказал он, слабо улыбаясь. — Но я не отступлю. Ни перед чем.

Он сжал мой подбородок, склонился, словно хотел поцеловать, и пронзил меня горящими слепой яростью глазами.

— Я помешан на тебе. Ты моя жизнь. И я не прощу тех, кто лишил меня тебя на эти долгие годы. Они захлебнутся кровью и болью. А пока я оставлю тебя, должен решить один вопрос.

— Какой?

Он отошёл от меня, а когда я увидела, куда он идёт, всё поняла.

И Валарис тоже понял, хотя украдкой смотрел на нас с верхней палубы.

С корабля не сбежать.

От адмирала не уйти.

От дракона, чью истинную обидели, не скрыться.

От мужчины, что зол, не спрятаться.

Глава 41

С корабля не сбежать. От адмирала не уйти. От дракона, чью истинную обидели, не скрыться. От мужчины, что зол и решителен, не укрыться.

Всё это пронеслось в моей голове, когда я следовала за Торгардом вглубь корабля. Мы оставили позади шум палубы и команду, которая пыталась не замечать происходящего, но их взгляды говорили о многом.

Торгард двигался решительно. И так же не говоря ни слова, схватил того за грудки втолкнул в пустое помещение, похожее на склад.

Он швырнул Валариса на пол. Я вошла следом и прикрыла дверь за собой.

— Ничего не хочешь мне рассказать, друг? — ударение на последнее слово не услышал бы только глухой, столько пренебрежения таилось в нем. Ярость Торгарда была ощутима в каждом слове.

Валарис, вставая с пола, пытался сохранить лицо.

— Торгард…

— Ты угрожал ей.

— Неужели ты веришь это лживой девке? Мы через столько прошли вместе. Ты меня столько лет знаешь, — он поднялся и смотрел лихорадочным взглядом на Тора.

— Теперь я сомневаюсь в том, что знал тебя. Ты понесешь наказание, — гремел голос Торгарда.

Валарис скривился. Он был похож на зверя, что пытается спасти собственную шкуру. Его губы презрительно скривились.

— Она сама пришла ко мне, — выдал он, пытаясь держаться спокойно. — Тогда. Пять лет назад. Поняла, что тебя и твоих денег ей не видать и решила быть со мной. А я что? Я не гордый. Мог и подобрать по старой памяти…

Но договорить Валарис не смог. Торгард схватил его за грудки, а потом врезал в челюсть. Еще раз и еще раз.

— Ублюдок! — рявкнул Торград, его глаза сверкали гневом. — Ты перехватил ее письмо тогда!

— Я люблю её, — прохрипел Валарис, кровь текла из его носа и разбитой губы. — Чем ты лучше меня? Происхождением?! — Валариса понесло. — У меня тоже всё есть. Я бы многое ей дал, если бы она согласилась быть со мной.

— Идиот.

— Может и так! Тебе не понять. Я выбрал её. Я первый её увидел! Она должна была быть со мной! Но тут появился всеми любимый Торгард и, как обычно, подвинул меня. Я всегда был в твоей тени. И даже сейчас, по прошествии пяти лет, я так и не продвинулся.

— Ты мог уйти давно и сам начать военную карьеру. Я бы дал тебе продвижение. В чём претензия?

Но Валарис не слышал Торгарда. Он захлёбывался кровью, его глаза горели злобой, которую он сдерживал.

— И вот пять лет спустя она снова рядом с тобой, ты бьёшь мне морду. А она выбирает тебя!

Я только и могла стоять в стороне. Он любил меня? Я нравилась ему?

— Одержимый идиот, — покачала я головой.

— Ты! Это ты всё поломала! — Валарис вырвался из хватки Торгарда, бросился на меня, но Торгард его перехватил и отправил одним ударом на пол. Валарис усмехнулся, вытер губы и кровь с носа тыльной стороной ладони, сплюнул.

— Да пошли вы все.

Он хотел встать. Но Торгард снова отправил его на пол.

— Я спущусь с корабля в первом же порту.

— Ты угрожал члену моего экипажа. Проведёшь всё это время в трюме, — жестко припечатал Торгард.

— Что? — Валарис оскалился. — Ты из-за девки и нашего недопонимания пустишь меня в расход?

— Приказ не подлежит обсуждению. И ещё, — Торгард заслонил меня спиной. — Ты прислал мне ту магическую карточку?

Валарис усмехнулся.

— Что, никак не можешь забыть, что твоя Лиса, — прокривлялся Валарис, — самая настоящая шлю…

Закончить Валарис снова не смог — ещё один удар, и тот отлетел к стене.

— Я лишь думал, что мне тоже перепадёт её внимания. Она же любит скакать по кроватям. Но тварь оказалась крепкой, решила проявить невинность. Оттолкнула меня. Но знаешь, Торгард, — выплюнул Валарис, — живи и мучайся с тем, что эта… обманула тебя. И что каждый раз, когда ты будешь уходить в море, она не будет тебе верна. Не думай верить ей. Пусть тебя это сжирает изнутри!

Валарис лил ядом. Но Торгард уже не слушал его. Он выпрямился, потом подхватил ветошь и вытирал руки от крови. А Валарис всё сквернословил. Он не знал, что мы сейчас не могли врать друг другу. И Торград и я знаем правду минувших лет.

Только вот, судя по разговору, тот, кто прислал эту магическую карточку, оставался по-прежнему в тени.

Валарис кричал, его глаза горели безумным огнём. Этот идиот просо решил воспользоваться случаем и подкатить ко мне.

Торгард выкинул ветошь под ноги Валарису.

В дверь вошёл Фирен и ошеломлённым взглядом смотрел на всех нас.

— Отведите его в трюм, — приказал Торгард. — Пусть он останется там, пока я не решу, что с ним делать. Поднимем вопрос о его вменяемости. Он напал на члена собственного экипажа.

— Тор?

— Выполнять, — с нажимом повторил адмирал. И Фирен помог подняться Валарису.

Я стояла в стороне, наблюдая, как Валариса уводят. Его крики эхом отдавались в моих ушах.

— Лис, — сказал Торгард, подойдя ко мне. — Пойдём. Тебе нужно отдохнуть.

Мы вышли на палубу, и я почувствовала, как свежий ветер коснулся моего лица, принося с собой запах моря. Торгард обнял меня, и я почувствовала его тепло и силу.

— А ты?

— У меня ещё дела.

— Но сирена?

— Ты ведь запретила ей проявлять магию.

— Да.

— Отдохни.

Торгард взял моё лицо в свои сильные руки.

— А как же контр-адмирал, Фирен?

— Всё это я возьму на себя.

А потом он дотронулся своим лбом до моего, но лишь мимолётно.

Он проводил меня до каюты, настойчиво держа за талию. И не было возможности улизнуть от этих крепких объятий. Словно Торгард желал насытиться вниманием.

— Я прикажу принести тебе еды.

Я кивнула ему.

— Скоро приду.

Он хотел ещё раз подойти ко мне, но я попятилась от него и качнула головой.

Тот сжал зубы до скежета, но кивнул в знак понимания.

Закрыл за собой дверь.

А я села на край кровати.

И кто же был так против наших с ним отношений?

Впрочем, это всё пусть выясняет Торгард.

Простила ли я его?

Нет.

Я вообще не хочу об этом думать. Я привыкла справляться без него, и как быть теперь с ним в моей жизни, я не знала.

Угроза императора тоже была мне очевидна. Одна я не выстою. А ведь у меня сын и мама-сирена.

Боги! Как же все трудно.

Чувствую ли я истинность?

Бездна побери!

Торгард всегда был для меня гораздо большим. Он был моим воздухом, моим сердцем, моим всем. Что это, если не истинность?

Может быть, из-за того, что я полукровка, я не чувствую эту бешеную тягу, что описывают в книгах, но я точно знала, что я любила его безумно и невыносимо.

Я потёрла переносицу, помассировала виски. Нужно было привести себя в порядок и действительно отдохнуть.

Обо всём еще раз подумать.

Обед вскоре принесли. Я оставила его на столе и пошла в душ.

Рейд скоро закончится. Все может измениться. И вот что будет потом, неизвестно. Это сейчас Торгард рядом.

А еще он не знает о сыне.

Как же я соскучилась по Нерею.

Уже вечерело.

Я хотела расспросить Торгарда обо всём. Поговорил ли он с контр-адмиралом, Фиреном, сиреной? Что решил с Валарисом, одержимым придурком?