На свою голову - Непременова Настасья - Страница 63

«Ах ты, сука бородатая!» — Дамблдор настолько явно и намеренно проигнорировал слова о разрезанной сумке, представив её порвавшейся, что у Гарри от злости свело челюсти. Ужасно хотелось вцепиться директору в бороду и ткнуть его носом в аккуратно рассечённое дно. Подхватив одной рукой чернильницу, до которой ему всё же удалось дотянуться, вторую Гарри засунул в карман, чтобы случайно не поддаться искушению и… Тюбик с клеем, заготовленный для мести близнецам, по-прежнему ждал своего часа в кармане его мантии…

Решение было принято сразу.

Дальше всё произошло очень быстро и ужасно медленно одновременно. Гарри протянул руку Драко и прежде, чем тот забрал чернильницу, позволил ей снова упасть. Толпа инстинктивно шарахнулась от брызнувших во все стороны чернил, и тут же сомкнулась обратно, под напором тех, кому только что оттоптали ноги. Мгновения хаоса, замешательства, толчеи…

Гарри этих мгновений хватило. Должно быть только благодаря невероятной злости тугой колпачок был сорван в один момент, и изо всех сил стиснутый в кулаке тюбик выстрелил мощной струёй. Резкий, но не очень сильный запах то ли ацетона, то ли ещё чего-то, быстро растворился среди несущихся из Большого зала ароматов мяса и пирогов.

Никто ничего не заметил, всем не терпелось сесть за стол. Глядя в спину важно вышагивающему директору, Поттер злорадно усмехнулся — уже через несколько минут Дамблдора будет ждать весёленький сюрприз.

— Дракончик, извини, что оставил тебя без чернильницы.

Малфой, вещи которого пришлось распихивать по сумкам друзей только отмахнулся.

— Да ладно, это мелочь. Мне вот до завтра без сумки ходить…[16] А уж потерю чернильницы я точно переживу. К тому же ты ведь не нарочно.

— Вообще-то нарочно.

Друг поднял на него удивлённый взгляд:

— А причина?

Вместо ответа Гарри выудил из кармана пустой тюбик и почти сразу спрятал его обратно.

— Близнецы?!

— Не-а, — Поттер зажмурился от удовольствия и даже не пытался скрыть сквозящую в голосе гордость. — Директор!

— Иди ты! Не поверю, пока своими глазами не увижу!

— Ну, вряд ли он станет это афишировать. Но, возможно, нам и повезёт.

— А куда?

— Куда-то в бороду.

— Гаррилла, ты крут! Если ты сумел как следует насрать Дамби, я готов весь следующий семестр каждый день просить из дома новые чернильницы и отдавать тебе их на растерзание!

— Да ладно, мне и этой хватило. Главное, что всё получилось.

Глядя на начавшего проявлять признаки беспокойства директора, Гарри ухмыльнулся и, чтобы даже случайно не вызвать подозрений, поспешил завести ниочёмный разговор с друзьями. Конечно, увидеть результат собственной диверсии ему вряд ли удастся, но уже то, что настроение Дамблдора в любом случае будет испорчено, невероятно грело душу.

Глава 23

К обеденному столу Альбус шагал в приподнятом настроении. Он был доволен настолько, насколько вообще можно быть довольным при беспрестанно преследующих тебя неприятностях. До каникул осталось всего ничего. Ещё три дня и малолетние недоумки со Слизерина разъедутся по домам, оставив Поттера в его полной власти. Как же всё хорошо вышло!

Идея с альбомом была очень удачной, и мальчишка не остался равнодушным к виду своих родителей. Надо сказать, Альбус очень постарался отыскать снимки, где Джеймс и Лили выглядели особенно юными и привлекательными. Пусть их сынок привыкает к мысли, что умереть молодым во имя общего блага — не жертва, а честь. Но главное даже не это, а то, что удалось ненавязчиво поведать мелкому засранцу о тайной связи волшебных палочек: его и Волдеморта. Разумеется, Олливандер уже рассказал эту историю, но добавить в неё нюансов, было совсем нелишним. Ничто не будит воображение лучше, чем лёгкая недосказанность и полутона. Судя по тому, как Поттер вцепился в свою палочку, было понятно — своим волшебным инструментом он дорожит. Даже с ним, Альбусом, в спор ввязаться не побоится, но из рук не выпустит. Это хорошо! Это правильно! Палочки-близнецы в планах Альбуса имели большое значение и гарантировали половину успеха.

Улыбнувшись своим мыслям, директор ощутил прилив сил. Мысль о сцене разыгравшейся у дверей в Большой зал ещё больше улучшила его настроение. Мелкому Малфёнышу сделали гадость — мелочь, а приятно. Наверняка близнецы Уизли постарались. Ай, спасибо им, сделали подарок к Рождеству. Раз уж старшему хвост прищемить не по силам, так хоть полюбоваться, как младший бесится.

Отличный день! Отличный обед! Отличный суп, которому совершенно точно стоит уделить внимание!

Лёгкий дискомфорт Дамблдор почувствовал прежде, чем успел доесть первое. Нога ощущала какое-то невнятное неудобство, а бороду и мантию словно кто-то слегка подёргивал. Директор скосил глаза на сидящую по правую руку от него Минерву. Та чинно поглощала куриный суп. Расположившийся слева Филиус, что-то увлечённо обсуждал с профессором Стебль. Дамблдор слегка растерялся. Нет, конечно же его новая мантия вызвала немалый интерес, но ни Флитвик, ни МакГонагалл не стали бы ощупывать её под столом. Но ведь кто-то же всё-таки его беспокоил.

Расправив плечи, он откинулся назад, делая вид, что рассматривает учеников. Бороду слегка потянуло, а загадочное шевеление внизу отдалось едва ощутимым рывком. Странно. Ни один из эльфов не осмелился бы прикоснуться к нему так непочтительно. Должно быть рядом шныряла кошка… Альбус с трудом подавил раздражение от мысли, что какой-то лохматый когтистый уродец принял его бороду за игрушку и, не отходя, крутится возле его чудесной новой мантии. Она же теперь неминуемо вся будет в кошачьей шерсти! А вдруг ещё и затяжки появятся?! Конечно устранить все эти мелочи можно одним взмахом палочки, но всё равно неприятно. Он целый месяц ждал, когда в «Твилфитт и Таттинг» доставят именно эту ткань. Нежнейший бордовый плюш расшитый серебряными единорогами. А потом его ещё кормили обещаниями пошить мантию в кратчайшие сроки. Ага, кратчайшие, как же! Две недели! Две мордредовых недели, тогда как обычно заказ выполняется самое долгое два дня! И вот теперь какая-то тварь играла с его бородой и обтиралась об его обновку, которую придётся чистить и, возможно, чинить в первый же день!

Стараясь не привлекать внимания, директор наклонился вперёд, пытаясь пошарить рукой под столом. Никого не нашёл, но ощущения оказались странными, словно его мантия…

— Альбус, вам нездоровится?

— Нет-нет, Минерва, всё в полном порядке. — Несвоевременная забота только добавила раздражения. — Я просто…

— О Альбус, я всё понимаю. Досадно было бы помять такую чудесную мантию, — МакГонагалл лукаво улыбнулась.

— Именно, — директор улыбнулся в ответ, старательно обдумывая, почему шевеление усилилось, как только он повернул голову. К счастью, Минерва сочла тему исчерпанной и более своим вниманием не досаждала.

Всё оставшееся до конца обеда время, Альбус только и делал, что прислушивался к собственным ощущениям и сумел заметить несколько странных закономерностей. Во-первых, стоило ему замереть, как шевеление внизу прекращалось. Во-вторых, пару раз резковато вскинув голову, он почувствовал, что за бороду его дёрнули сильнее, не больно, но достаточно неприятно. В-третьих, ощущения в районе коленей были какими-то странными, словно мешало что-то, и усиливались, стоило ему поменять положение ног. Минуты текли одна за другой, и ничего не менялось. Альбус решил во что бы то ни стало дождаться конца трапезы и отловить-таки мерзкую тварь, испортившую ему настроение и обед.

Когда подали десерты, беспечно болтающие за столом профессора, принялись поглядывать на него с недоумением. За последние недели уже все привыкли, что директор покидает стол, не дождавшись сладкого.

— Альбус, не хотите ли эклер?

Дамблдор сердито поглядел на надоедливую заместительницу. Он хотел эклер! Хотел кусок черничного пирога и чудесный пышный кекс политый патокой! Но не мог их съесть! После дьявольской ловушки он так и не сумел больше проглотить даже самой маленькой конфетки. Да он даже чай с сахаром больше пить не мог. Любой сладкий продукт у него немедленно ассоциировался с проклятыми липкими лентами, вызывая чувства паники и беспомощности, от которых сбивалось дыхание, темнело в глазах и начинало тошнить.