На свою голову - Непременова Настасья - Страница 71

От понимания сложности предстоящей задачи, старик передёрнулся от злости и отвращения. Маленький недоумок с первого дня путал ему все планы. Ну как так получилось, что за четыре месяца проведённых в школе негодник до сих пор так ни на чём и не попался. В самом начале года его несколько раз замечали бродящим в одиночестве по подземельям, но и только… А после так неудачно проявленной инициативы с обучением полётам и погрома устроенного троллем, мальчишка притих окончательно. Кажется, он был трусоват. Ни авантюризма и бесшабашности Джеймса, ни хотя бы осторожной расчётливости Снейпа ему не перепало. Это было совершенно недопустимо! Альбусу был жизненно необходим шанс продемонстрировать своё покровительство. Дать понять Мальчику-который-выжил, что ему всё позволено. Стоит только пуститься в погоню за приключениями и его обязательно отмажут, а возможно даже и наградят. Этот щенок должен дать повод собрать на себя компромат, и должен чувствовать себя обязанным лично директору! Но до сих пор этого так и не произошло. Конечно, за всеми этими неурядицами и нашествием людей, которым в школе было совсем не место, не получалось уделять мальчишке столько времени, сколько хотелось бы, но ведь подтолкнуть его в правильном направлении по-прежнему было в его, Альбуса, власти…

Решив, что вернётся к этому вопросу, как только разберётся с самыми важными задачами, Альбус достал чистый пергамент. Будучи человеком дела, он был твёрдо уверен, что предаваться унынию и сожалениям нет смысла. Наверное, по-своему даже неплохо, что сейчас необходимость отвлекаться на Поттера отпала сама собой. Можно без спешки проанализировать собственные неудачи и найти, наконец, причины всего того непотребства, которое непрерывно творилось в школе с самого начала учебного года.

Быстро составив список самых неотложных дел, он решил начать с того, что промедления не терпело совершенно — восстановления собственной подмоченной репутации. Тем более и повод представился крайне удобный: верный человек шепнул, что в больнице Святого Мунго новые артефакты закупили, а средства на покупку от продажи дьявольских силков выручили. На этом можно было удачно сыграть.

Уже через полчаса к одному из давних должников полетела сова с требованием явиться вечером на встречу. А за час до назначенного времени были готовы два свитка пергамента, сверху донизу исписанных мелким убористым почерком, которые вместили в себя всё, что Альбус желал прочесть о своей благородной инициативе в передовице. Требовать, чтобы хвалебную статью напечатали в «Ежедневном пророке» было боязно: Скитер спала и видела, чтобы найти повод вылить на него ведро помоев, да и Фадж на Альбуса по-прежнему злился, но пришлось рискнуть. Только «Пророк» имел статус самого популярного издания Магической Англии, только его выпуски доставлялись в каждую семью волшебников, только его статьи воспринимались, как не требующая доказательств истина!

Джек Хальфи, в своё время глупо попавшийся на крючок и оказавшийся у Альбуса в должниках, от необходимости пропихнуть в печать написанный директором панегирик, в восторг не пришёл. Да и то сказать, нахваливать Дамблдора сейчас, когда во вверенной ему школе шла проверка за проверкой и скандал за скандалом… Но выбора не было, пришлось рукопись забрать, дав обещание, что сразу после Нового года она будет опубликована.

Альбус таким раскладом остался доволен. В праздничной суете, поглощённые развлечениями и подарками, обыватели уделят статье куда меньше внимания, чем хотелось бы. А вот после Нового года — это хорошо. Это в самый раз!

Теперь, когда вопрос с саморекламой был решён, следовало уделить время ещё трём наиважнейшим проблемам. Во-первых, дела в Визенгамоте оказались безнадёжно запущены. Точнее самим-то делам вроде ничего и не сделалось, но вот то, что его, Альбуса, влияние ослабло — чувствовалось. Во-вторых, драконье яйцо, от покупки которого он так и не решился отказаться, должны были доставить уже послезавтра. И если он хотел, чтобы деньги не оказались потраченными впустую, пора было готовить убедительный спектакль для Хагрида. Ну и в-третьих, зеркало Еиналеж, которое он наконец-то смог перепрятать, не привлекая внимания, ждало своего часа в одном из наглухо закрытых классов, а это тянуло за собой цепочку решений, принимать которые нужно было как можно скорее. Да и с очками тоже нужно было что-то делать…

Альбус с досадой повертел в руках трансфигурированные из чайного блюдца окуляры. На первый взгляд они ничем не отличались от тех, что так варварски испортила Молли, но на самом деле разница была колоссальной. Сложный артефакт, облегчающий легилименцию и окклюменцию. Заменить его будет непросто и очень, очень дорого. Слабая надежда на то, что от Молли и её щипцов пострадали только стёкла, не оправдалась. Тонкая оправа оказалась безнадёжно деформирована, отчего мельчайшие символы в ювелирно нанесённых рунных цепочках исказились, делая остатки артефакта не то что бесполезными, а попросту опасными для использования. Оставалось только раскошелиться на новый. Пока Альбусу удалось лишь связаться с мастером и договориться о встрече. А сколько ещё времени пройдёт прежде, чем тот возьмётся за исполнение заказа. Конечно, можно доплатить, но во-первых, личные сбережения за последние месяцы порядком истощились. А во-вторых, чтобы настоящий мастер согласился взяться за заказ срочно и вне очереди, одних денег мало. Ещё несколько месяцев назад Альбус не колеблясь надавил бы своим авторитетом, точно зная, что даже враги вынуждены считаться с его мнением. Но сейчас именно авторитет оказался подорван и это всё усложняло. Что ж, ладно, он может позволить себе немного подождать, тем более, что на изготовление зачарованного стекла для линз всё равно уйдёт немало времени. Ах да, ещё ведь необходимо обзавестись новыми колокольчиками…

Снова повертев в руках трасфигурированные очки, Альбус поморщился. Странно, что до сих пор никто не заметил подмены. Зачарованное стекло придавало взгляду особенную глубину и магнетизм, и заставляло глаза таинственно мерцать, эта же жалкая подделка ни на что не годилась! Но вокруг были сплошные вандалы и невежды, так что и увидеть разницу было некому. Положа руку на сердце, Альбус и сам не мог сказать, какая утрата печалила его больше: очков или колокольчиков. Потерять два артефакта в один день и оба по вине бездарных рыжих нищебродов!

При мыслях о Уизли лицо Дамблдора исказилось от злобы. Как же он хотел в отместку за свои сокровища спалить Молли с Артуром не только сарай, но и халупу, которую те называют домом! Но пришлось сдержаться. Как бы нелепо это ни было, но от них кое-что зависело, и с этим приходилось считаться. Правда, тупая курица — Молли, Альбуса всё равно чуть до греха не довела. Подумать только, эта идиотка устроила скандал из-за того, что двое её сыновей-недоумков вынуждены встречать Рождество в больничном крыле и потребовала, чтобы он, Альбус, оплатил их проезд домой на «Ночном рыцаре», как только Поппи позволит этим дебилам встать с больничной койки. И откуда только наглости набралась, чтобы выставлять такие требования?! Хотя, наглости Молли всегда было не занимать. Ну ничего, ничего. Потом сочтутся… Эти захребетники и за очки поплатятся, и за колокольчики, и за неуместные требования. А пока проезд и в самом деле лучше оплатить и отправить полудурков-близнецов от школы подальше, не дожидаясь, когда они ещё какую-нибудь гадость сотворят…

Поняв, что отвлёкся, Альбус снова вернул внимание своему списку. Дракон. Определённо, следующим вопросом, которому он уделит внимание будет дракон…

О припрятанных по неприметным уголкам Хогвартса артефактах, Гарри вспомнил едва ли не случайно. За празднованием Рождества, подготовке к Новогодней вечеринке у Малфоев и переживаниями, что Северус не сегодня так завтра устроит ему знатную головомойку, он напрочь позабыл, что ни разу даже не упомянул о находке Винса.

Новая информация вызвала у родных неоднозначную реакцию. С одной стороны, они явно забеспокоились, поняв, что то и дело обнаруживающиеся в замке опасные твари не единственная угроза спокойному существованию. С другой стороны, их несказанно обрадовала потенциальная возможность снова чужими руками директора за бороду подёргать.