Ошибочка вышла - Непременова Настасья - Страница 7

Глава 3

До самого вечера всё было на удивление мирно. Снейп не ехидничал, даже дети не ссорились и не шалили. И это пугало Петунию едва ли не больше всего остального. А вдруг они что-то предчувствуют?! Ведь Гарри пусть и маленький, но волшебник! А если он ощущает, что в этом доме должно вскоре что-то случиться?!

Каждый раз, когда доходило до мыслей, что могло бы «случиться», Петуния зажмуривалась от ужаса, не в силах даже про себя озвучить страшное! Теперь уже даже нежданный сюрприз от мужа не радовал и казался частью какого-то дьявольского плана. Мелкие кучеряшки, делавшие её похожей на усталую овечку, превратились в крупные кольца, точь в точь такие, какие Петуния с завистью разглядывала на рекламных фото дорогих салонов. И хотелось бы и дальше радоваться нежданному подарку, да не получалось. С чего бы Снейпу её радовать, тем более в пылу ссоры? Значит, хотел проклясть… Или не только хотел, но и проклял!

К сожалению, эта мысль пришла в её затуманенную усталостью и восторженным изумлением голову гораздо позже, чем следовало. К тому времени Петуния уже успела натворить глупостей: и платье красивое надела, и макияж под стать дивной причёске наложила, и даже успела сварить и отнести под дверь подвальной лаборатории крепкий кофе с кардамоном в точности такой, какой любил готовить себе Снейп. Должно быть это стало фатальной ошибкой, которую ей вряд ли простят. Ведь приготовив такой кофе, она дала понять Снейпу, что наблюдает за ним! Чем теперь это могло обернуться даже представить было страшно…

Кофе чёртов колдун то ли выпил, то ли вылил, скорее всего второе, сдержанно поблагодарил и… всё! Даже вскользь не дал понять, что удивлён или раздосадован. На её новый облик посмотрел с удивлением, прищурился и промолчал! А ведь в последнее время ни разу не упустил возможности сказать колкость. Не то, чтобы Петуния думала будто выглядит плохо, но ведь Снейп с самого детства говорил ей гадости просто так, ради собственного удовольствия. Чего же в этот раз смолчал? Наверняка затаился и ждёт, когда она утратит бдительность — сволочь!

За метаморфозами нелюбимой супруги Северус наблюдал с удивлением, лишний раз убеждаясь, что она и впрямь по жизни была «контуженной». Ни с того ни с сего вдруг разоделась, красоту навела. И на кудряшки не злилась, вроде как они ей даже понравились. А самой большой странностью было то, что она дала себе труд сварить и принести к двери лаборатории его любимый кофе. Напиток оказался изумительным. Превосходный вкус не испортило даже то, что пить кофе пришлось подогретым. Ну да, он остыл, пока Северус проверял угощение на неположенные добавки типа: крысиного яда и различных отрав для домашних и огородных вредителей. Моющие средства он исключил из списка сразу. Ну в самом деле не отбеливатель же в кофе лить… Хотя, по мнению Северуса, от этой чокнутой всего можно было ожидать.

Как ни странно при макияже и в нарядном платье выглядела Петуния по-своему мило. Особенно пока молчала. Вид портили только дурацкие овечьи кудряшки и Северус потихоньку сделал их более крупными. Стало намного лучше. И чего она раньше волосы не завивала? Благодаря новой причёске её лицо уже не казалось таким худым и лошадиным.

Весь день прошёл на удивление мирно. Петуния не визжала и не брюзжала. Гарри увлечённо играл с трансфигурированным из старого зонта дракончиком. Правда Дадли в очередной раз попытался испортить долгожданный покой своими наездами, но Северус пообещал отрастить ему свиной пятачок, если он в ближайшую неделю будет задирать кузена, и запал у мелкого засранца иссяк.

К вечеру Петуния снова стала нервозной, но по крайней мере не искала ссоры. Северус конечно не обольщался, что эта идиллия продлится долго и оказался совершенно прав…

Дикий вопль раненого гиппопотама разнёсся по всему дому примерно через час после ужина. Должно быть, отрываясь за целый день непривычной тишины, истерила Петуния смачно и со вкусом. Северус уже даже призадумался, может его супруга не тихая полудурка, а реально буйнопомешанная, но тут до него дошла суть. Оказывается, эта припадочная до одури боится крыс и с какого-то перепуга решила, что забравшийся в чулан грызун — его рук дело.

Сообразив в чём проблема, Северус без задней мысли спокойно произнёс: «Акцио крыса из чулана». Когда извивающееся тельце с длинным лысым хвостом засучило лапками в его руке, Петуния завизжала ещё громче. Спустя ещё пару минут к ней присоединились перепуганные дикими воплями дети. Решив, что смотреть на этот дурдом у него нет ни малейшего желания, Северус наложил на всех Силенцио. Немного подумав, добавил для детей Морфеус и отлевитировал их отсыпаться в гостиной на диване. Осталось разобраться с дражайшей супругой…

Повинуясь взмаху палочки, стул сам скакнул к хозяйке, сбив её точным ударом под коленки, от чего женщина потеряла равновесие, плюхнувшись тощим задом на сиденье. Стул жалобно скрипнул, Петуния попыталась вскочить, и Северус наложил ещё и Инкарцеро, примотав её к спинке намертво. Полюбовавшись пару минут на голову с пышной шевелюрой, выпучившую то ли от страха, то ли от гнева глаза и по-рыбьи разевающую рот, Северус фыркнул. Хоть зрелище показалось ему крайне забавным, но пора было всё же внести ясность в их отношения.

— Я сейчас сниму заклинание немоты и мы поговорим, — повнимательнее присмотревшись к выражению лица супруги, Снейп вздохнул и уточнил: — Если конструктивного диалога не получится, верну всё как было. Будешь и дальше сидеть связанной и шлёпать губами, до тех пор, пока не дозреешь до адекватного общения. Я понятно выразился? — Петуния сначала замотала головой, затем закивала. — Похоже, ты не вполне уразумела смысл сказанного, но всё равно попробуем.

Стоило отменить Силенцио, как женщина тут же завопила:

— Что ты сделал с Дадличкой, мерзавец?!

— То же, что и с Гарри. Но состояние племянника, насколько я понял, тебя не интересует? — Петуния снова мотнула головой и затихла. Похоже, мысль, что с обоими детьми приключилось одно и то же, в её сознании не задержалась. — Ничего страшного с ними не произошло. Наложил сонное заклинание. Вместо того, чтобы визжать и путаться под ногами пусть лучше поспят.

— Ты… ты…

— Здоровый сон им не повредит. А тебе, если продолжишь вопить, придётся изображать рыбу достаточно долго.

Петуния испуганно захлопнула рот, но было очевидно, что от полномасштабной истерики её отделяет только одно неверно подобранное слово или действие. Пожалуй, для продолжения беседы имелся способ получше, чем Инкарцеро и Силенцио. Через несколько секунд в руку Северуса скользнул небольшой флакон.

— Всё-таки отравить решил? — обречённо спросила Петуния.

— Зачем? — искренне удивился Северус и тут же припомнил и неадекватное поведение за столом, и сожранные втихушку булочки, и ещё много чего странного. Она что, всё это время ждала, что её убивать будут?! — Дура, это успокоительное, — проворчал он беззлобно и для вящей убедительности отхлебнул половину. А что? С такой-то женой ему поберечь нервную систему тоже лишним не будет.

Определив по расслабившемуся лицу женщины, что зелье начало действовать, Северус решил, что уже можно продолжить разговор и первым делом задал давно мучивший его вопрос: «Давно ли у них в роду появились сумасшедшие?» Петуния тяжело вздохнула и призналась, что кроме Лили никто ненормальным не был.

— Лили была волшебницей, а не чокнутой! — возмутился Северус.

— На мой взгляд, это одно и то же.

— Да ты… — очень хотелось назвать Петунию «тупой магглой», но зелья Северус варил самого высшего качества и отпитый глоток сделал его более терпимым и миролюбивым. — За что ты так ненавидишь волшебников? Чего мы тебе такого сделали, что ты нас ненормальными исчадиями ада считаешь?

Вопросы оказались очень правильными и вскоре Снейп узнал много интересного…

Отношение к волшебству у Петунии и в самом деле было сложным. Возможно, когда-то в далёком детстве она и готова была принять и полюбить его, но не сложилось. Выходки сестры и её дружка, то есть самого Северуса, были в этом деле только малой частью. Свою лепту внесло и пренебрежение родителей, и подавляемое желание тоже стать особенной, и тайный страх поселившийся где-то в подкорке, после нескольких истерик Лили, закончившихся выбитыми стёклами и вспыхнувшими занавесками. Шуточки с превращёнными в крыс чашками, любви к колдовству Петунии тоже не добавили. К выпуску из школы сёстры стали уже практически чужими людьми, но не пригласить Лили для знакомства с женихом и на свадьбу, Петуния не могла. И то, и другое закончилось очень плохо. И если знакомство просто вылилось в крупный скандал, то на собственной свадьбе Вернона вообще едва не угробили. Разумеется, после этого всё общение свелось к открыткам на Рождество и дни рождения.