"Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Букреева Евгения - Страница 711

К счастью, большинство каранитов отделались испугом и легкими травмами. Их Сила и способность к быстрой регенерации значительно облегчали жизнь медикам. А вот представители других рас пострадали сильнее. Сейчас в отделении находились ирлинги с переломанными крыльями, несколько сумр с внутренними кровотечениями, беременная рута и несколько пациентов в стабильно тяжелом состоянии. К счастью, всех пострадавших удалось стабилизировать, и можно было выдохнуть.

Я достала из тумбочки чашку, налила из аппарата чай и подошла к окну. Планета жила своей ночной жизнью. Летали кары, горела ночная подсветка, кое-где светились витрины магазинов и рекламные экраны. Прислонила голову к прохладному стеклу и улыбнулась. Я до сих пор не могла поверить, что все это происходит со мной.

Два месяца прошло с момента возвращения «Лириты» на Ниракар. И эти два месяца были самыми странными в моей жизни. Сначала, благодаря доктору Альтару, я прошла базовое обучение. Точнее, в мой мозг насильно вживили пласт информации, которая была доступна любому школьнику Ниракара и недоступна ни одному человеку. Это, мягко говоря, перевернуло мой скудный мир с ног на голову. Какое-то время понадобилось, чтобы переварить и принять новые знания. Все это время Маркус был рядом. Он заботился обо мне, терпеливо отвечал на вопросы и знакомил с новой реальностью и с собой.

Еще там, на «Лирите», Маркус рассказал мне, как жил последние годы и к каким последствиям привел его конфликт со Зверем. Рассказал и показал свои

воспоминания. Мне понадобилось несколько дней, чтобы осознать прошлое принца и оценить риски. Все это время мужчина был рядом, но в то же время держался на расстоянии. Давал мне время принять самостоятельное решение. А я искала возможность связаться с первой землянкой, попавшей в космос. Ее звали Лера, она была кевали принца Асшариха. Этой информации хватило, чтобы связаться с землячкой, взбесить ее мужа и переполошить половину «Лириты». Муж Леры был против любых контактов жены со мной, и все то время, что мы разговаривали, требовал у Маркуса прервать сеанс связи.

— Не переживай, это он боится, что я захочу вернуться на Землю, — сказала Лера, когда наш разговор прервала ядреная шипящая брань.

— А ты не хочешь?

— Нет. Здесь мой дом, — усмехнулась женщина и погладила огромного паука. — Ты дашь Маркусу шанс?

— Ты спрашиваешь это после того, что он сделал?

— Да. И не смотри на меня так, — закатила глаза собеседница. — В прошлой жизни я была неплохим следователем. Сейчас, конечно, навык утерян. Тем не менее, могу точно сказать, что твой каранит был под чужим влиянием. Следствие установило, что его бывшая любовница регулярно его опаивала настоем на основе «лирийского секрета». Вот только исследования Альтара говорят, что воздействие было в разы сильнее и дольше. Что или кто влиял на каранита, я не знаю. Секрет только усилил это влияние и лишил принца возможности принимать решения. Если бы ему приказали убить себя, он бы ни минуты не сомневался.

Лера на пару минут замолчала и продолжила чесать спинку пауку. Тот блаженно затарахтел, как кот. Огромный восьминогий кот.

— Сантана, мать Маркуса, поручила Альтару провести дополнительные поиски, чтобы разобраться. И Альтар что-то нашел. Вот только синяя зараза отказывается мне рассказывать, что произошло. Говорит, государственная тайна, — собеседница сверкнула глазами и сложила руки на груди. — Маркус же тебе рассказал, что произошло? Правда?

Мы проговорили с Лерой еще долго. Она рассказала, как ей удалось выжить в новом мире, найти работу и фактически жить свою самую счастливую жизнь, несмотря на недовольное шипение мужа за кадром. А я в тот день решила, что дам караниту шанс и тоже попробую комфортно устроиться в новом мире.

Тот вечер мы провели вдвоем с принцем. Долго разговаривали и решали, что будем делать дальше. Уже тогда я поняла, что по какой-то непонятной мне причине, не смогу отказаться от этого инопланетянина. И буду бороться до конца за его изумрудные глаза.

Вторым потрясением для меня стало прибытие «Лириты» на Ниракар. Возвращение принца на планету народ принял с восторгом. Толпа ликовала, караниты с цветами и лентами собрались у стен дворца, чтобы встретить наследника империи. А вот к маленькой женщине, идущей рядом с принцем, отнеслись, мягко говоря, настороженно. Обитатели дворца и вовсе меня откровенно невзлюбили.

Меня поселили в отдельных апартаментах в южном крыле замка, приставили помощниц, охрану, консультанта по этикету и еще с десяток фрейлин, задачей которых было меня обучить местным порядкам и другим премудростям дворцовой жизни. Тогда я добрым словом вспомнила Альтара, который эти самые «премудрости» внес в базовую программу обучения. И вместо того, чтобы сходить с ума от потока новой информации, я могла наблюдать за происходящим.

Прикидываясь неразумной дурочкой, я следила за тем, как старшая фрейлина заказывает для меня самые неудачные наряды. Наставник по этикету учит неправильным поклонам, а младшие фрейлины распускают сплетни о необразованной землянке. В общем, мое окружение делало все, чтобы выжить меня из дворца, опозорить в глазах принца и его родителей.

Маркус, видя, как тяжело мне дается «дворцовая жизнь», предлагал переехать в отдельное поместье сразу после церемонии. Но я, понимая, что бежать от проблемы бесполезно, решила остаться.

— Тебе не нужна их любовь, — сказала мне однажды вечером императрица. — Тебе нужно их уважение и беспрекословное подчинение.

Я долго не могла понять, что имела в виду Сантана. Пока однажды утром случайно не подслушала разговор двух служанок:

— Мирана быстро выживет эту из дворца. Только подумать, рия из дома Канаки прислуживает безродной землянке.

— Эта землянка — пара принца.

— Пара, не пара... Тьфу! Кто ему мешает держать ее при себе в любовницах, а жениться на каранитке? Та же Мирана чем не императрица? И из хорошей семьи.

— А как же воля Странницы?

— Так он пусть от землянки не отказывается. Но как она править будет, если слово поперек даже своей фрейлине сказать не может? Ниракару нужна сильная рука.

Как бы ни было обидно, но эта служанка была права. В то утро я пересмотрела и свои отношения с прислугой, и с фрейлинами, от которых толка было меньше, чем от диванных кошек.

Первым делом я уволила всех, с кем было неприятно находиться в одном помещении. Да, именно уволила. Потому что фрейлин на Ниракаре нанимали как на работу. Им платили зарплату, содержание и разного рода надбавки. Только ключевым требованием для приема на работу было происхождение — всё-таки императорской семье шли служить.

Скандал был жуткий. Кажется, с прецендентами с увольнением фрейлин история Ниракара еще не сталкивалась. Сначала благородные рии пытались угрожать, потом связывались со своими матерями, потом те пытались поговорить с ее Величеством. Мне повезло, императрица встала на мою сторону. Всего за неделю по городу разнеслись слухи о вздорном характере новой избранницы принца. Информационные ленты пестрели громкими заголовками и интервью с уволенными девицами.

Больше всех досталось учителю этикета. Каранит вовремя понял, что шутить с женщиной, прибывшей из дикого мира, не стоит. Да и потерять место при дворе он себе позволить не мог. Но я оказалась злопамятной. Еще более злопамятной, чем предполагала. Поэтому чопорный старик сейчас отрабатывает повинность в благотворительных школах ее Величества. На безвозмездной основе, естественно.

Маркус все это время где-то пропадал. Государственные дела требовали внимания. Мой каранит приходил только под вечер. По пути от стоянки каров до дверей моей спальни узнавал новости. А потом закрывал за собой дверь комнаты и наигранно переживал о судьбе государства.

Я о судьбе Ниракара пока не переживала. Караниты жили долго. И до того момента, как моя свекровь решит передать трон, пройдет еще не одно десятилетие. Пока у меня было о чем подумать. Хотя рядом с Маркусом думать получалось плохо. Кажется, с каждым днем я к нему привязывалась все сильнее и сильнее. Это чувство крепло и становилось похоже на зависимость. Днем я жутко скучала по принцу, а когда он приходил, летала от счастья. Не могу сказать, что это было плохо. Нет. Но тоска становилась невыносимой, когда Маркуса рядом не было. И я решила найти себе работу.