Эволюционер из трущоб. Том 8 (СИ) - Панарин Антон - Страница 39

Завершив поглощать доминанты, я направился к Гаврилову. Они как раз вернулись с мамой из кабака, где их накормили от пуза, да ещё и денег не взяли, узнав, что Елизавета Максимовна моя мать.

— Мишенька, что-то ты бледный, — встревоженно сказала мама и провела ладонью по моей щеке.

— Всё в порядке, — улыбнулся я. — Капитан Гаврилов, выйдешь со мной на пару минут? — спросил я, выразительно посмотрев на Гава.

— Само собой, — кивнул капитан и чмокнул Елизавету Максимовну в щеку. — Я скоро.

Мы спустились на первый этаж управы и вошли в мою комнату, после чего я запер дверь.

— Держи, — я протянул ему визитницу.

— Что это? — нахмурился Гаврилов, рассматривая следы зубов, оставленные на коже визитницы.

— Это новые дары от Михаила Константиновича. Визитницу в зубы — и терпи, — приказал я.

— Ха. До сих пор не могу привыкнуть к тому, что ты глава рода, — усмехнулся капитан.

— Ещё не глава. Как зачистим Кунгур, так и стану главой. Но для этого мне нужно сделать тебя сильнее.

— Говоришь так, как будто я сейчас слаб, — с вызовом в голосе сказал Гаврилов.

Я же тяжело вздохнул и протянул ему руку.

— Обменяемся рукопожатиями? — с улыбкой спросил я.

— Запросто. Только не скули от бо… — Он пожал мою руку и тут я стиснул его кисть со всей силы. — Ай, сука! Пусти! Пусти, говорю! — прошипел Гаврилов, оскалившись.

Я же мог продолжить давление и переломать ему кости. Но зачем? Как только я отпустил его, капитан принялся тереть синяки, проступившие на коже.

— Твою мать. Кто бы мог подумать, что в двенадцать лет у тебя будет такая хватка?

— Мутации — всему голова! — заявил я, ткнув пальцем в потолок. — Визитку в зубы, и терпи, — повторил я приказ, на этот раз Гаврилов не сопротивлялся и выполнил необходимое.

Отдал мысленный приказ Ут и передал моему духовному отцу доминанту «Контроля теней». Ох, как же он завывал. Жуть просто! Глаза налились кровью, кожа и лицо покраснели, вены вздулись. Ну, а как он хотел? Стать сильнее можно только через боль. Страдал он недолго. Минут пять. А после, шумно дыша, опустился на пол и смахнул пот с лица.

— Да это же ужас какой-то… И ты всё время испытываешь такую боль? — задыхаясь, спросил он.

— Такую? Вообще-то я поглощаю по пятнадцать, а иногда и тридцать доминант за раз, а там боль куда интенсивнее и разнообразнее. Поверь, тебе бы понравилось, — усмехнулся я.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул Гаврилов, с уважением посмотрев на меня. — Ну, и что я теперь умею? — спросил капитан.

— Вон, видишь тень от тумбочки? — Гав кивнул. — Встань на неё. — Он беспрекословно выполнил приказ. — А теперь сосредоточься. Почувствуй тени вокруг. Они словно мана, как будто живы…

Договаривать мне не пришлось. Концентрация капитана Гаврилова была на высоте, и он тут же провалился в тень. За мгновение он скрылся из виду и явно перепугался:

— Мишка! Что за хрень⁈ Как мне отсюда вылезти⁈ — послышался приглушенный голос.

— Перестань думать о тенях. Подумай о чём-то отвлечённом. О маме, например, или просто оборви поток маны, который удерживает тебя в тени.

Гаврилов выполнил инструкцию и быстро всплыл из тени.

— Охренеть. Если бы я такое умел десять лет назад, то мы бы с твоим отцом всю Империю на колени поставили! — восхищённо выпалил Гаврилов.

— Отца временно нет рядом с нами, но есть я. Поставишь Империю на колени вместе со мной. — Я улыбнулся, но очень быстро улыбка сошла с моего лица, так как Гаврилов рухнул на одно колено.

— Присягаю на верность новому главе рода Архаровых. Михаил Константинович, я буду верой и правдой служить вам лично и роду. Слава Архаровым! — гаркнул капитан, приложив руку к сердцу.

— Ого. Даже так? — удивленно ахнул я. — Что ж. Принимаю твою клятву. Тогда слушай мой первый приказ. — Я достал из кармана ключ и протянул его Гаврилову. — Вот ключ от арсенала. Вооружишься сам, а заодно вооружишь новеньких бойцов. После попросишь Барбоскина провести тебе инструкцию. Посоветуешься с ним, и организуете оборону. Пятьдесят человек, которые пришли с нами, будут всё время оборонять Ленск, поэтому позаботься, чтобы дозорные сменялись. Ну и не мешало бы проверить навыки наших новобранцев.

— Что-то в первом приказе многовато скрытых приказов, — улыбнулся Гаврилов, вставая с колена. — Понял, Михаил Константинович, сделаю, — кивнул он и подмигнул мне.

— Отлично. А что насчёт твоих ребят из «Трёх Топоров»? Их нужно где-то подобрать и довезти до Ленска?

— Зачем? Это разведосы, сами доберутся сюда. Сказали, что через неделю будут на месте.

— Это, конечно, хорошо, но думаю, ты уже заметил, что над Ленском развёрнут синий купол? Это магический барьер, и питается он от разломных кристаллов. Заряда осталось ровно на неделю. Потом купол погаснет, и мы будем у тварей как на ладони.

— Значит, нужно добыть новый кристалл? — спросил Гав.

— А ты догадливый, — кивнул я. — Сутки тебе на организацию обороны. После ты, я с ребятами, и гвардейцы — идём к Кунгур и чистим его от тварей, попутно заглянем в разлом.

— Вас понял, Михаил Константинович. Разрешите выполнять?

— Давай, папаня, выполняй, — улыбнулся я и хлопнул Гаврилова по плечу.

Глава 18

Знаете, порой в голову приходят гениальные мысли, которые на деле оказываются сущей чушью. В моём же случае идея оказалась действительно стоящей. Не сказать, что я придумал нечто инновационное. Но результат вышел весьма и весьма занятный.

Я наведался в лазарет и забрал оттуда коробку со шприцами. Тридцать штук в упаковке. Потом эти шприцы отдал Мимо, и он полетел в сторону пещер. Идея заключалась в том, что мимик, изменив свою форму, пролезет под завалом и соберёт образцы крови, которые сплюнет в шприц. В каждый шприц по десять образцов. Пока Мимо трудился на благо рода, я отправился к моим любимым кузнецам.

— Тяжела наша доля, Петрович, — вздохнул Семёныч, разливая что-то мутное по стаканам.

— И не говори, — согласился Петрович, выдохнув табачный дым.

— Живём, живём… А я на море даже ни разу не был. Представляешь? — горестно пожаловался Семёныч.

— Да ты шо⁈ Много потерял. Там, знаешь, какое винишко? М-м-м! Отвал башки. Мы как-то с женой бывшей в отпуск туда укатили, — размеренно проговорил Петрович и затянулся сигаретным дымом.

— И чё?

— Да ничё. Напился и изменил ей с какой-то кралей, — вздохнул Петрович.

— Ха! Ну ты ловелас, — усмехнулся Семёныч.

— Какой ещё ловелас? Скорее уж, идиот. Думал, винишко мягенькое, а оно креплёное. Ну и нажрался, как скот, и дамочка такая же подвернулась. — Петрович потушил сигарету, а бычок щелчком пальцев отправил в кузнечную печь.

— Ну, тогда выпьем за былые ошибки. Я-то тоже не ангел. Жене не изменял, правда, но и за мной грешки водятся. Вот, к примеру… — начал было Семёныч, подняв стакан, но не договорил.

Открыв дверь, я вошел внутрь.

— Семёныч, если ты не изготовил Оторв, то это станет самым большим грехом в твоей жизни, — пригрозил я, так как мне очень понадобятся эти игрушки для зачистки разломов.

— А вы, никак, уши грели? Да, Михаил Константинович? — ухмыльнулся Семёныч.

— Да вы так орёте, что вас в Кунгуре слышно, — хмыкнул я. — Так что с Оторвами?

— Вон лежат. Пять штук. Считайте, норму перевыполнили. — Петрович кивнул в сторону верстака, на котором и правда лежали пять ружей.

— Молодцы. Хвалю. Без дела не сидели, — сказал я, вытаскивая из кармана пачку купюр, в которой было пять тысяч рублей. — Это вам премия от меня.

— Ого! Спасибо, товарищ начальник! — обрадовался Петрович и подскочил, чтобы забрать пачку.

— Петрович, погодь. Чёт мне его физиономия не нравится, — остановил друга Семёныч. — Чем это вы, Михаил Константинович, решили нас ещё озадачить?

— А ты догадливый, — ухмыльнулся я. — Оторва, конечно, хороша, но хотелось бы иметь такую же мощь, но без отрывания конечностей. Подумайте, как создать гранату на основе Слёз Мироздания.