После развода. Не предал, а разлюбил (СИ) - Ветрова Влада - Страница 15

— Я слишком часто сталкивался с пустоголовыми девицами, единственная цель жизни которых — удачно выйти замуж, — пожимает плечами.

— Завидный жених, — фыркаю весело. Марк смеется и опускает голову, озорно поглядывая на меня исподлобья. — Успокою тебя, я совершенно не хочу замуж.

— Ты и не пустоголовая, — подмигивает и встает, протягивая мне руки. — Я говорил, что в юности занимался фигурным катанием? — лукаво ухмыляется.

— Почему это звучит как угроза? — прыскаю, поднимаясь.

— Потому что я хочу попробовать с тобой пару поддержек… — заявляет туманно. — Но сначала, вспомним азы.

* * *

Он хорошо объясняет. Показывает, направляет, страхует. Глаз с меня практически не сводит, иногда касается моего лица, приближается, как перед поцелуем, дразнит. А потом вдруг начинает кружить, подняв в воздух. Признаться, я довольно быстро переключаюсь и почти перестаю искать взглядом дочь. Много смеюсь, улыбаюсь почти беспрестанно. Ныряю в зеленый омут с головой, не позаботившись о задержке дыхания.

— Как тебе тут? — спрашивает непривычно серьезно, когда сидим в кафе со стаканчиками кофе в руках.

— Понравилось, — отвечаю без раздумий.

Как же он смотрится на льду, спасите мое сердце! Еще немного, и я втрескаюсь по уши в этот вид спорта.

— Планирую купить его, — огорошивает вдруг. — Было интересно твое мнение. Для меня это не просто бизнес-решение. Если честно, думаю, я сильно уйду в минус, — удрученно посмеивается. — Вряд ли его стали бы продавать, приноси он прибыль.

— Зачем тогда? — удивленно распахиваю глаза.

— Лед для меня — второй дом. Я давно не занимаюсь профессионально, пробиться в высшую лигу оказалось задачей невыполнимой, но страсть к этому виду спорта никуда не делась. Блажь, наверное, — ведет плечом.

— А мне кажется, у тебя все получится. С тобой это место обретет душу. Даже если сейчас оно убыточное, именно ты сможешь вывести его на новый уровень. Плюс, сократятся затраты на инвентарь, как минимум.

— М-м-м, поддержка, — смакует, прикрыв глаза. — Давно я ничего подобного не слышал.

— Почему? — Мне становится грустно.

— Родители никогда не верили в меня. С тех пор, как я пошел в спорт, рассчитывая сделать его своей карьерой. После очередного провала и злорадства от отца, я собрал вещи и ушел из дома.

— А как же прощение? — печально улыбаюсь.

— Я давал им шанс. Открыл свое дело, попытался наладить контакт. Все, что слышал — ты прогоришь через год. Все, что останется — долги. И тогда не приходи занимать, мы тебя предупреждали. Ну и все прочее.

— Мне жаль, — опускаю уголки губ.

— Мне — нет. Думаю даже, именно такое их ко мне отношение стало дополнительным стимулом пробиться.

— А другие родственники? Близкие друзья?

— Родственники есть, конечно, но все общение сводится к обязательным поздравлениям на праздники. А друзья… был один, еще со школы. Но сейчас у каждого своя жизнь. Как ты смотришь на то, чтобы заскочить в супермаркет и приготовить ужин вместе? — резко меняет тему. — Для приличного места я не одет, а к забегаловкам у меня предвзятое отношение. Я один раз так траванулся, до сих пор с содроганием вспоминаю.

— У… меня? — уточняю, сглотнув образовавшийся в горле ком.

— Я бы предложил у меня, но тебе же завтра на работу, сборы затруднительны. В ночи я тебя никуда не отпущу и не повезу. И не потому, что мне лень, — нагло подмигивает и встает, подавая мне руку. Когда принимаю, он выдергивает меня из-за стола, второй рукой обняв за спину и прижав к себе. — Сегодня ты позволишь мне остаться?

— Я тебя и в прошлый раз не гнала, — жеманно веду плечом и отвожу взгляд.

Уже глубокой ночью, скашиваю взгляд и в тусклом свете из окна вижу его не спящим, непривычно задумчивым. Лицо без маски повесы кажется совсем другим. Черты лица будто резче, болота глаз таят опасность, вселяют смутное чувство тревоги. Наверное, все дело в темах, которые мы сегодня обсуждали. Слишком важные, слишком серьезные, вскрывающие тяжелые внутренние конфликты. Слишком для, по сути, второго свидания.

— Все в порядке? — шепчу и переворачиваюсь на бок, опуская ладонь на его грудь.

Марк отмирает и переводит на меня взгляд. Улыбается, но как-то натянуто. А вот к себе прижимает довольно импульсивно, от чего моментально уходит все беспокойство.

— Я завел будильник на шесть тридцать, — бормочет мне в шею. — С утра встреча. Нужно подписать кучу бумаг и отвалить круглую сумму.

— Так рано, — мямлю тихо, млея в его объятиях.

— Так рано потому, что утром я захочу тебя снова. — Фыркаю и содрогаюсь в беззвучном смехе. — Чувствую себя подростком рядом с тобой. Я не зациклен на сексе, клянусь. Но с тобой… это что-то другое, Тась. Никто и никогда не давал мне больше, чем я получаю от тебя. Тяжело остановиться. Зачем я вообще на это пошел? — последнее чуть слышно бормочет.

— Зачем переспал со мной? — возмущенно ахаю.

— Я про каток, — конкретизирует с тихим смехом и целует в шею. — Давай спать.

Глава 7

Не открывая глаз, Марк шарит руками по кровати. Находит меня и с ухмылкой притягивает к себе.

— Хочу умыться, — шепчу и вяло отпихиваюсь от него.

— А потом помоемся вместе, — как будто бы соглашается и ныряет с головой под одеяло.

Да и к черту. Расслабляюсь и почти ухожу в нирвану, как вдруг слышу шорох из прихожей.

— Марк, — взволнованно хлопаю его по плечу.

Он сдергивает с себя одеяло, я оборачиваюсь на дверь и с ужасом представляю, как входит дочь, но вижу перекошенное гневом лицо Руслана.

— Какого хрена⁈ — рявкаю громко, прикрывая руками грудь.

— Полагаю, это у нас бывший? — спокойно спрашивает Марк. Недовольно цокает языком и встает с кровати в полный рост и во всей красе. — Марк. Рад знакомству. Пожмем руки?

— Да пошел ты, — цедит Руслан. — Таисия, нужно поговорить. Жду в прихожей.

— О-о-о, — тяну вибрирующим от гнева голосом, — сейчас поговорим… сейчас я тебе все скажу…

Печатая шаг, иду к шкафу. Достаю первое попавшееся платье, натягиваю через голову и, сердито раздувая ноздри, топаю к двери.

— Что ты себе позволяешь? — рычу тихо, закрыв за собой дверь в комнату. Толкаю Руслана в грудь, принуждая сделать шаг к входной двери. — Ключи, — приказываю, раскрыв ладонь. — Сейчас же.

— У дочери тоже заберешь? — подло хмыкает Руслан. — Или он и к ней выйдет знакомиться голым? Очень радостный знакомству.

Слова вдруг заканчиваются. Эмоции перехватывают контроль над осознанностью и телом. Ни мгновения не думая, поднимаю руку и отвешиваю бывшему звонкую пощечину. Не думает и он, в ответ на дерзость захватывая мою голову в тиски ладоней и впиваясь в мои губы с поцелуем.

Упираюсь в его грудь руками и отталкиваю, пытаясь не издать ни звука. Оборачиваюсь на дверь, слышу победный смешок Руслана. Чему радуется, придурок?

— Никогда больше так не делай, — грожу вполголоса.

— Или что?

— Чего ты добиваешься? — хмурюсь и отступаю. — Чего, Рус? Хочешь не только наш брак разрушить, но и жизни?

— Этот — твоя жизнь? — пренебрежительно кивает на дверь.

— Не ты уж точно, — нервно фыркаю и напоминаю: — Ключи и проваливай.

— Не терпится вернуться в постель к своему любовнику?

— Да, я не закончила, — ехидничаю и щелкаю пальцами перед его лицом. — Поторопись.

— Бесишь, — хрипит от вновь вспыхнувшей злости.

— Чем? — высоко вскидываю брови. — Чем, Рус? Тем, что не убиваюсь по тебе? Тебе бы этого хотелось? Чтобы ты жил со своей любовницей, а я топила соседей слезами?

От моих слов он враз теряет и всю спесь, и всю злобу.

— Нет, — морщится и сует руку в карман. Стоит истуканом какое-то время, потом достает связку ключей.

— Может, у тебя хватит мужества порадоваться за меня? — на всякий случай закидываю удочку, воодушевившись перемене в нем.

— Нет, — закатывает глаза, а я прыскаю. — Это сложнее, чем я мог представить. Видеть тебя с другим.