После развода. Не предал, а разлюбил (СИ) - Ветрова Влада - Страница 33

— Ты хмуришься, — моментально реагирует Марк.

— Да, один клиент написал, — бормочу и вздыхаю: — Черт, сегодня нет время даже на обед. Он недавно операцию сделал на колене, ходит ко мне на лимфодринажный массаж, — поясняю Марку. — Сейчас пишет, что отек несовместим с рабочим днем. Мы довольно хорошо общаемся, он замолвил словечко перед врачом Юли и Денису помогает…

— Ты рассказывала, — мягко улыбается Марк. — Что предлагаешь?

— Как думаешь, ничего, если он заедет сюда? Не слишком?

— Колено же, — пожимает плечами. — Я не против, если ты об этом.

— Да, — с облегчением выдыхаю и сразу же отвечаю Богдану. — Будет через полчаса, — сообщаю Марку ответ.

— Отлично, успеем позавтракать вчерашним десертом.

— Мы его в холодильник вчера так и не убрали…

— Значит, день может быть полон сюрпризов, — заключает флегматично, а я не выдерживаю и прыскаю.

— Че несешь? — укоряю сквозь смех.

— Да не бойся ты. Мы его не вчера в холодильник не поставили, а сегодня. Ничего с ним не сделалось.

Пока я готовлю кофе, Марк красиво накрывает на стол, переложив сладости по тарелочкам. А когда я ставлю чашки, тянет ко мне руки и устраивает на своих коленях.

— Расслабься, — просит и целует в плечо.

— Тебе будет тяжело…

— Мне будет нереально приятно. Потому что ты будешь меня кормить, — довольно улыбается и с аппетитом кушает.

Все замечательно. Все просто превосходно. Но что-то в его взгляде снова настораживает меня. Какой-то он… отрешенный. Будто мыслями уже очень далеко.

Глава 14

Богдан

Когда двери лифта открываются, у меня сжимаются кулаки. В правой шуршит упаковкой букет, в левой — с хрустом ломается коробка пирожных. С самой выписки его не видел и надеялся, что не увижу еще как минимум столько же. Повезло ему, что руки заняты, так и тянет в морду дать.

Марк сухо кивает и выходит, а у меня кровь закипает. Ты со мной еще и здороваешься⁈ Руку протяни, которой мою жену лапал! Паскуда!

Поднимаюсь на нерве. Нога только сильнее ноет, уже сам готов ей вторить. Кое-как расправляю замятый угол коробки со сладостями и только собираюсь позвонить, как дверь распахивается.

— Проходи, — щебечет Тася, собирая волосы в низкий хвост. — У меня не очень чисто, надеюсь, это ничего.

Шагаю в квартиру и в нос бьет аромат кофе и уюта. Что, не очень чисто? Не замечаю. Фотографии в рамках, детские рисунки на стенах, всякие безделушки, румяную хозяйку — это да. Это то, за что цепляется взгляд. А не за пыль на мебели, которую, кстати, еще постараться надо, чтобы найти.

— Это мне? — тихо смеется Тася, а я отмираю.

— Да, не знал, что еще, — бубню. — Деньги же не возьмешь?

— Неа, — улыбается шире. — Спасибо большое. Проходи в комнату, сейчас пристрою только куда-нибудь…

Прохожу. Повсюду вазы с цветами, что только добавляет красоты ухоженному жилищу. В таком и старость провести не обидно. Ремонт довольно древний, но вся мебель лаконичная и в прекрасном состоянии. Но главное, чувствуется женская рука. Тут даже стены, по ощущениям, пропитаны заботой. Впрочем, ничего другого и не ожидал.

Зависаю взглядом на красных розах. Бутоны сильно распустились, но они все еще прекрасно выглядят. А потом вдруг так простреливает в ногу, что я, поморщившись, плюхаюсь на диван.

Марк.

Чертов, мать его, Марк!

— Я помешал? — спрашиваю немного охрипло, когда Тася возвращается.

— Нет, что ты! — заверяет горячо. — Вчера вечером, пожалуй, мог бы, — хихикает и смущенно роняет взгляд, — а сегодня все равно на работу. Так, ну что, — хлопает в ладоши. — Стола, как видишь, нет. Будем импровизировать. Снимай штаны.

Она такая счастливая, что у меня к боли в ноге прибавляется еще и боль на сердце. Достаю из кармана цветастые летние шорты, а от ее звонкого смеха тысячи осколков врезаются в грудь.

— Подожду в коридоре. Позовешь.

Снова выходит. Встаю, спускаю брюки и спрашиваю:

— Это с ним я столкнулся в лифте?

— М-м-м… скорее всего. Как выглядел?

— Высокий, волосы темные, глаза зеленые.

«Морда наглая», — добавляю мысленно.

— Да, — наверняка с улыбкой отвечает Тася.

— Где познакомились? — учиняю настоящий допрос, но она будто не замечает:

— Не поверишь, у дверей твоего агентства. Стоило только забить на мужиков, как появился один весьма предприимчивый.

«Виолетта. Без нее точно не обошлось», — думаю с гневом.

— Готов, — сообщаю кратко.

Тася входит и поджимает губы, пытаясь не рассмеяться.

— Прости пожалуйста, — говорит виновато и накрывает рот ладонью.

Я в классической рубашке и оранжевых шортах с пальмами, сам бы поржал, да настроение не то.

— Можешь смеяться. Мне слишком давит на ногу и, как следствие, на мозг, так бы поддержал.

— Прости, конечно, — моментально становится серьезной.

Подсказывает, как расположиться на диване, растирает в руках массажное масло и без промедлений приступает.

Уже спустя пять минут чувствую расслабление. Шумно выдыхаю, вижу ее улыбку и ловлю брошенный вскользь понимающий и ободряющий взгляд.

— Я в самом деле выгляжу нелепо, — получается даже улыбнуться.

— Прям как я в пуховике поверх вечернего платья, — хихикает о своем. — Как продвигается с врачами для Дениса?

— Отлично. Уже договорился. Теперь дело за ним. Парню нужно очнуться, в таком состоянии на операцию никто не пойдет. Но я уверен, он справится. Молодой, активный.

— Конечно, — мелко кивает и повторяет, будто пытается убедить себя: — Конечно, справится. У него вся жизнь впереди. Еще столько дров наломать нужно…

— Да уж, — хмыкаю и прикрываю глаза.

У этой женщины поистине волшебные руки. Сегодня это ощущается особенно остро. То ли я намаялся за ночь, что сейчас так мажет, то ли у нее ночь была прямо противоположной… Как же с этого тошно. Я же понимаю, что… черт!

— Больно? — Тася резко снимает с меня руки и смотрит с тревогой. — Ты поморщился.

— Нет, я о своем задумался, — говорю быстро, чтобы она выдохнула.

— Не пугай меня так… — бормочет, возвращаясь к массажу. — Поделишься?

— Да на работе гемор, — вру и чувствую себя от этого отвратительно. Но пока не поговорю с Виолеттой, лучше помалкивать. Вдруг я ошибся с выводами? Надеюсь, я ошибся. — Вот откроешь свое дело — узнаешь.

— Да куда мне, — немного печально улыбается. — Судя по рассказам Марка, это тот мужчина, — дает короткую ремарку, — я не потяну.

— Это он сказал?

— Нет, уверена, он бы сказал обратное, — тихо смеется. — Это мое личное непредвзятое мнение. С большим успехом я могла бы стать терапевтом.

— А я думаю, получится. Просто пока недостаточно стимулов. Мне семью надо было кормить. И у меня была конкретная такая поддержка в лице Виолетты.

«И Марка», — вспоминаю с тоской.

Как бы то ни было, другом когда-то он был хорошим. Пока не показал свое истинное лицо. А может, просто рассказать об этом Тасе? Пусть увидит его с другой стороны. Пусть знает, что ему нельзя доверять. И когда они расстанутся, а это при любом раскладе произойдет довольно скоро, я…

* * *

«Что — я?» — насмешливо уточняет внутренний голос.

Сукин сын внутри меня отлично знает, что на серьезные отношения я не пойду. Просто не хочу. У меня была жена, есть ребенок, еще один бесполезный штамп мне просто ни к чему. А такая, как Тася, заслуживает всего.

— Ты хочешь снова замуж? — спрашиваю не в тему.

— Да как-то… нет, — от смущения фыркает. — Почему ты спросил?

— Этот мужик не похож на того, кто когда-либо будет готов к браку, — решаюсь на ремарку, а она хмуро сдвигает брови к переносице.

— Не ожидала от тебя, — произносит разочарованно.

— Прости, я лезу не в свое дело, — морщусь с досады.

Вот нахрена?

— Нет, дело не в этом. Просто… как можно судить о человеке, которого ты совсем не знаешь?

— Ты права. Это тупо.