После развода. Не предал, а разлюбил (СИ) - Ветрова Влада - Страница 9

На эмоциональном подъеме добираюсь до клуба. Встречаюсь с расфуфыренной Надей и обильно облитым духами Борей. Успеваю даже выпить за компанию шот и немного потанцевать, когда вижу ее. Свою малышку, нетвердой походкой спускающейся по крутым ступенькам со второго этажа, где расположены вип-зоны.

Настроение идет на убыль.

Я не ханжа. Я не запрещаю ей развлекаться. Даже изредка выпивать, что, наверное, не делает мне чести как родителю. Но. Всему есть предел.

Юлька пьяна, причем, сильно. Ее заметно штормит, высокие каблуки лишь усугубляют ситуацию, а неприлично короткое платье задралось дальше некуда, но она даже не предпринимает попытки одернуть его. Напротив, дочь стреляет глазками, одним только взглядом предлагая проследовать за ней. На мое счастье, за ней идет только ее подруга, Ярослава, в таком же состоянии.

— Я в туалет, — говорю Наде, чтобы не портить веселье вырвавшимся в люди супругам, и как заправский шпион крадусь за дочкой.

В уборной оказывается грязно и многолюдно. Отстояв приличную очередь на вход, захожу почти сразу после своего ребенка. Они с подругой прихорашиваются у раковин, я — занимаю одну из кабинок и чутко прислушиваюсь.

— Посмотрю еще один раз и все точно получится, — высокомерно говорит Юля таким пьяным голосом, что я едва узнаю ее.

— Я в это не верю, — фыркает Ярослава. — Вы даже не знакомы!

— В этом и смысл, — хмыкает Юля. — Вика права, они все ведутся на одно и то же. Сегодня закрою этот пункт, а ты можешь и дальше трястись.

Трясти от упоминания Вики и ее очередной правоты начинает скорее меня.

— Я тоже закрою, — принимает неведомое мне пари Ярослава.

— На кого ставишь? — хмыкает Юля.

— Тот, что у бара. В черной рубашке.

— Время пошло. Пятнадцать минут.

— Время пошло! — поддакивает ведомая Ярослава.

Я, не думая о том, успели ли они выйти, дрожащими руками достаю телефон и звоню Руслану.

— Ты в своем уме? — сонно рычит муж.

— У тебя пятнадцать минут на то, чтобы не дать нашей дочери совершить одну из самых огромных ошибок в жизни, — шиплю сквозь зубы. — Я больше не буду плохим полицейским.

— Какого черта, Тась?..

— Клуб «44». И, судя по тому, что я подслушала, тебе лучше поторопиться.

* * *

— Да сколько можно⁈ — возмущаются из-за дверцы туалета, но я и не думаю сдавать позиции и, тем более, извиняться за то, что слишком долго занимаю кабинку.

Смотрю на часы. Прошло уже восемнадцать минут, но ровным счетом ничего не происходит.

Что, если я ошиблась? Руслан порвет меня. Он написал, что выехал, помчал наверняка так, что уже на месте, но в остальном… я слышала всего лишь разговор двух пьяных малолеток, не более.

В панике кусаю губы. Молю Господа, чтобы у дочери хватило здравомыслия и одновременно с этим, чтобы у Руслана спустило колесо. А потом вдруг слышу возню за хлипкой стенкой и глухое бормотание мужчины:

— Ты такая красивая…

— Да тихо ты, — шикает Юля, — быстрее.

Меня бросает в жар. Решительно щелкаю замком, наплевав уже, как все будет выглядеть, распахиваю дверцу и вижу Руслана, с покрасневшими от ярости глазами. Одним жестом он приказывает мне скрыться, что я тут же и делаю, а сам грохочет кулаком в соседнюю дверцу.

— Юлия! — гремит, перекрикивая все звуки. — Открой дверь! Сейчас же!

— Вот черт, — в панике выпаливает дочь. Думает, наверное, что шепчет, но она так пьяна, что не в состоянии контролировать голосовые связки.

— Юля! — грозно повторяет Руслан. — Если ты немедленно не выйдешь, я выбью чертову дверь!

— Ты нормальный вообще⁈ — кричит из-за двери дочь. — Я в туалете!

— Повторяю! — повышает на полтона Руслан.

— Да выхожу я, выхожу! — возмущается Юля. — Ты чего тут вообще? Девичник же!

— Я тебе устрою девичник, — от злости хрипит Руслан. — Марш в машину. Живо!

— Пойдем, — пытается хитрить дочь.

— Я догоню, — ехидничает Руслан, а я в кое-то веки проникаюсь к нему уважением.

— Пап, пойдем. Ты делаешь из меня посмешище…

— Живо. В машину. А ты, — шипит через время и распахивает дверцу соседней кабинки так широко, что она бьется о мою.

— Я не знал, что она несовершеннолетняя! — возмущенно восклицает какой-то тип, явно просчитавшись, но кто станет его разубеждать?

— А мне похер, — заверяет его Руслан и в ту же секунду раздается глухой звук удара и женские визги. — Еще раз увижу рядом с моей дочерью — отправлю в больницу! Гандон! Теперь ты, — неожиданно пинает ногой дверцу в мою кабинку, а я вздрагиваю, — завтра поговорим!

Он хлопает еще и дверцей в уборную, каким-то образом сумев сорвать доводчик, а я закрываю глаза и выдыхаю. Смотрю на телефон в своих руках и перезваниваю Наде, выходя из кабинки.

— Куда ты делась⁈ — пытаясь перекричать музыку, возмущается Надя. — Мы тебя обыскались!

— Я в туалете.

— Что⁈ Я ничего не слышу! Подожди!

Через несколько секунд она врывается в уборную, локтями распахивая стоящих в очереди девушек, замечает меня и вздыхает:

— Ну и как это понимать?

— Не хотела портить вам вечер. Можно я домой, а? Мне тут некомфортно.

— Блин, Тась, только приехали! Ну ладно, вызову такси…

— Да зачем! Оставайтесь!

— Брось, — хмыкает подруга и, обняв меня за талию, выводит из уборной. — Кого мы пытаемся обмануть? Нам всем под сорокет. Погнали. Завтра на работу.

На прощание обещаем друг другу, что больше подобной глупости не совершим, расцеловываемся по щекам и отправляемся по домам. От того, насколько насыщенным выдался день, я почти вырубаюсь в такси. Уже дома через силу заставляю себя смыть косметику и переодеться. Ложусь и почти мгновенно отключаюсь, а просыпаюсь от грохота в прихожей.

Смотрю на часы и только вздыхаю: похоже, Руслан решил заявиться перед работой, еще и восьми нет. Нагло открывает своим ключом, скидывает ботинки, расшвыряв их по коридору, пинает пуф и входит в спальню без разрешения.

— Это больше не твой дом, забыл? — спрашиваю безразличным тоном, держа глаза закрытыми.

— А что такое? — уточняет едко. — Помешал?

— Мог бы, — отвечаю скупо.

— Снова попытаешься удивить меня воображаемым мужиком? — насмешливо хмыкает и садится на кровать.

— По-твоему, если я не нужна тебе, то не нужна никому? — уточняю с печальным смешком и приоткрываю глаза. — Никто теперь на меня даже не посмотрит, раз ты выбросил?

— Нет, я такого не говорил, — морщится и отводит взгляд. Темно еще, но даже света из коридора достаточно, чтобы неплохо видеть его. — И я тебя не выбрасывал, что за претензия?

— Что ты, какие претензии, — тихо фыркаю.

— Ну давай, скажи уже. Выскажись, — конкретизирует с ядовитым смешком.

— Зачем тебе склоки с бывшей накануне счастливого события?

— Не знал, что ты такая злопамятная.

— Ты об этом приехал поговорить? О том, какая я плохая? Можешь не утруждаться, я все поняла еще когда ты сообщил мне, что любишь другую. Что вы давно вместе, а я только мешаю.

— Я виноват, что так случилось? — рявкает, повысив голос. — Я⁈

— Нет, я, — не удерживаюсь от смешка.

— Да, ты! Да, представь себе, ты! — аж подпрыгивает и встаёт рядом с кроватью. — Ты и твое безразличие! Есть я, нет меня, плевать! Пришел и ладно. Не пришел — да и хер бы с ним. Ты убила наш брак, не я. И не слишком-то по этому поводу печалишься, что только подтверждает мои слова. По клубам ходишь, развлекаешься, прическу сменила.

— Ты такой внимательный, — ухмыляюсь и поправляю челку. — Нравится?

— Так это для меня? Поэтому ты потащилась в клуб, где Вика устроила девичник? Поэтому вытащила среди ночи?

— Скажи еще, я нашу дочь напоила и заставила закрыться в вонючем сортире с каким-то похотливым придурком! — выхожу из себя и я, резко садясь в кровати. — Все ради тебя, любимый! Как все удобно устроились, вы гляньте! Всегда есть крайний! А ничего, что ты ее не со мной отпустил, а со своей любовницей? Малолетку под ответственность малолетке! Мозг твой где? Где, я тебя спрашиваю⁈