"Фантастика 2025-61". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Калинин Никита - Страница 1027

Вот и сейчас Вороновы в полном составе плюс Светка, которая за эти дни стала полноценным членом нашей семьи, сидели за огромным столом на террасе и уплетали свежепожаренные драники с малосольной сёмгой и сметаной. А своей очереди ждал ещё дымящийся сливовый пирог.

— А мне здесь нравится, — неожиданно заявила Катька, воспользовавшись тем, что по телевизору началась реклама, и отец убавил звук.

Да, один из небольших телевизоров, он вытащил на террасу. Буквально на второй день нашего пребывания в этом доме.

— Ну ещё бы тебе здесь не нравилось, — заметила мать. — Целыми днями ничего не делаешь: и уроками не занимаешься толком, и по дому работать тебя не заставишь.

— Ну ма-а-ам! — возмутилась мелкая. — Тебе дай волю, ты всех заставишь убираться по три раза на день.

— Труд сделал из обезьяны человека! — заметил отец, усмехнувшись.

— Не думаю, что я превращусь обратно в обезьяну, если не буду каждый день мыть полы во всём доме! — заявила Катька.

— Возможно, ты и права, — сказал я сестре. — Но я бы на твоём месте так не рисковал. Лучше помой.

Родители рассмеялись, мелкая надулась, а Светка почему-то покраснела — видимо, решила, что нагоняй за плохую уборку и к ней относится. Хотя уж кто-кто, а она старалась вовсю. Ну оно и понятно, у неё в этом деле опыт большой — девчонка жила с отцом, без матери, на ней весь быт и держался, пока Артём Иванович на жизнь зарабатывал.

Пока мы шутили над Катькой, закончилась реклама, и отец снова прибавил звук. А я допил кофе, пообещал матери, что пирог обязательно попробую вечером, и пошёл собираться — через двадцать минут за мной должно было приехать такси, чтобы отвезти на рынок.

Тендер на право заключить договор аренды провели на удивление быстро — за два дня. И мы тут же этот договор с администрацией заключили и приняли Восточный рынок. Фокин никаких гадостей делать не стал, ну или я пока просто ничего не заметил. Он вообще куда-то пропал, все дела мне передавал его заместитель. Точнее, передавал он их фактически сам себе.

По опыту прошлой жизни я помнил, что в любом деле всё решают кадры, и с первого же дня, когда решил забрать себе рынок, я думал, кто же им будет управлять. Это не видеосалон и даже не магазин, это серьёзное и сложное предприятие, которым без нужного навыка руководить попросту невозможно.

И опять же по опыту прошлой жизни я решил в первую очередь рассмотреть всех, кто работал в администрации рынка у Фокина, прежде чем разгонять этих людей. Начал с того самого заместителя директора — Литвинова Макара Гордеевича. Собрав по нему информацию, я выяснил, что на Восточном рынке фактически всё на нём одном и держалось, так как работал на этом месте Макар Гордеевич уже более десяти лет. И Фокину он достался вместе с рынком, и мне теперь по наследству перешёл.

И надо сказать, это было крайне ценное приобретение. Литвинов знал о рынке всё: о наших арендаторах, партнёрах и вообще обо всех, кто хоть как-то был связан с рынком. На нём при Фокине вся работа и держалась, и как я понял, до Фокина тоже.

Ну и впечатление при общении Макар Гордеевич произвёл на меня приятное: услуг своих не навязывал, понравиться не пытался, о бывшем хозяине плохо не отзывался, хотя и пожаловался, что все его предложения по улучшению работы рынка и увеличению прибыли сгинули в недрах Фокинского стола. Но оно и логично: зачем что-то улучшать, когда не платишь аренду и налоги? В этой ситуации прибыль по-любому была отличная, зачем заморачиваться?

А вот когда я спросил у Литвинова, что это были за рацпредложения, тот прям загорелся: сказал, что их у него много, что можно улучшить инфраструктуру, увеличить рентабельность, грамотно расширить площади и ещё много чего сделать.

После этого я окончательно решил, что такого специалиста однозначно надо оставлять. В конце концов, я не собирался делать ничего противозаконного, что могло быть собрано Литвиновым в качестве компромата на меня, а как-то сильно уж напакостить в этой должности он мне не мог. Во-первых, по нему было видно, что он переживает за рынок, а, во-вторых, он не дурак — явно понимал, что не стоит пакостить человеку, который забрал кормушку у такого серьёзного бандита, как Фокин.

Имело смысл оставить Макара Гордеевича и присмотреться. Выгнать всегда успею. А замену найти не так-то легко будет. Просто надо первое время с ним осторожно, а там будет видно, что за человек.

А вот бухгалтера я, конечно же, сразу уволил — на этой должности, как и на должности юриста, должен быть или свой человек, или, хотя бы не совсем со стороны. Бухгалтером наняли сестру Сани — Веру. Она толковая и своя и уже нам помогала с видеосалоном. И с первого же дня работы Вера от имени новой администрации рынка уже даже начала выставлять счета за аренду, и скоро должны были прийти первые деньги. А они сейчас очень нужны. Расходы сильно увеличились, и того, что я привёз из Новосибирска, надолго не хватит.

Ну а директором рынка мы сделали Влада, всё же право первой подписи — это не то, что стоит доверять кому попало.

С охраной вопрос тоже решили: Жуков подобрал толковых ребят из числа бывших военных, в том числе и одарённых. В первое время я допускал возможность различных конфликтов, потому как не факт, что всю преступность на рынке контролировал Фокин. Возможно, кто-то проворачивал там свои делишки с его молчаливого согласия и вместе с Фокиным не ушёл. А я обещал губернатору сделать Восточный рынок местом, свободным от преступности, и собирался это обещание выполнить.

Ну и, конечно же, мы поменяли секретаря — здесь тоже нельзя было брать кого попало, всё же у этого человека будет доступ и к директору в кабинет, и в бухгалтерию. И здесь меня выручила Вера — привела какую-то дальнюю родственницу Медведевых, имеющую опыт работы секретарём, и уверила, что этой девушке можно доверять. Ну, разумеется, в разумных пределах.

Звали секретаря Елизавета, но все с лёгкой руки Веры называли её Лизонька. Выглядела эта Лизонька бомбически — то есть, как секс-бомба: относительно молодая, высокая, фигуристая блондинка с милым личиком и огромными синими глазами. И примерно с десятью лишними килограммами, которые ушли в первую очередь в и без того внушительный бюст и бёдра. При этом талия каким-то чудесным образом у Лизоньки была почти осиная. Возможно, лекари-косметологи поработали. Но почему они тогда не поработали с лишним весом, для меня оставалось загадкой. Возможно, сама Лизонька его лишним не считала.

В общем, выглядела она эффектно. Стопроцентное попадание в образ секретаря директора рынка в девяностые. Если бы её привела не Вера, а Влад, например, я бы точно заподозрил неладное, но Вера убедила меня, что Лизонька своё секретарское дело знает хорошо и несколько лет отработала секретарём у заместителя районного судьи. Печатает быстро, чай и кофе приносит ещё быстрее, простые поручения выполняет в срок и качественно. А большего от неё и не требовалось. И надо сказать, пока что Лизонька со своими обязанностями справлялась.

Правда, я сразу же понял, что как личного секретаря-помощника Лизоньку использовать не получится. И квалификации не хватит, да и времени — у неё по основной работе довольно большая загрузка. А мне нужен человек, который будет заниматься моими делами с утра до вечера и часто по выходным. Но подбором для меня такого человека я секретаря озадачил. И несколько претендентов она мне уже нашла, я должен был с ними встретиться в десять часов.

С заводом у нас тоже потихоньку двигалось — Никитина и Покровский максимально подготовились к процессу и уже даже сходили на первое заседание. Ходили они туда без отца — мы решили, что не стоит ему лишний раз тратить нервы, да и отвечать на каверзные вопросы судьи тоже не стоит. Отец выписал на Никитину доверенность, и на всякий случай мы взяли справку из больницы, что у отца проблемы с сердцем и ему сейчас положен домашний постельный режим.

После первого заседания Арина Андреевна не скрывала радости и сказала мне, что шансы у нас очень даже большие, и повторила слова Ивана Дмитриевича, что вернуть завод будет намного легче, чем потом его удержать. По словам адвоката, нашим врагам было проще не тратить время и ресурсы на борьбу с нами сейчас и не затягивать время, а ударить по нам позже.