"Фантастика 2025-61". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Калинин Никита - Страница 1089

— По-русски она явно не говорит?

— Максимум слов десять знает.

— Скажи ещё, в доме только внутренняя сигнализация стоит, или он обслуживается ещё какой-нибудь охранной конторой? Или, может, ваша сигналка в полицию сигнал подаёт?

— Нет, только внутренняя. Пётр Петрович никому не доверяет.

— Это хорошо. А где стоит техника, которая всё пишет?

— В подвале, я могу показать.

— Покажешь, обязательно покажешь, но чуть позже. А пока подожди меня здесь немного.

Я быстро наложил на не успевшего ничего сказать парня Обездвиживание и, покинув комнату, направился наверх. Там в огромной спальне, в одном из шкафов обнаружил спрятавшуюся испуганную девушку лет двадцати пяти. Времени звать Орешкина и что-то ей объяснять не было, да и желания тоже, поэтому я молча наложил на Полин заклятие Сна и перенёс её на кровать. Там вколол для верности ещё и снотворное, после чего вернулся в гостиную. В этот момент у меня заработала рация.

— Первый, приём! — донёсся из динамика голос Артура. — У вас всё нормально?

— Главный, приём! — ответил я. — Всё хорошо, скоро выйдем.

— Тут соседская вечеринка начинает разъезжаться, мне пришлось подъехать и перекрыть машиной дыру в воротах, пока туда любопытные не полезли. Конец связи!

Я убрал рацию в карман и спросил Орешкина:

— Ты как? Сильно болит?

— Терпимо, — ответил Григорий. — Я после того нашего случая в лесу научился сам себе кровь останавливать и боль снимать. Так что тот опыт даром не пропал.

— А сегодня у тебя новый опыт появился, — усмехнулся я. — Теперь ты знаешь, что существуют зачарованные клинки.

— Да я и раньше знал, — ответил Орешкин, слегка шепелявя оттого, что у него не было правых половин губ. — Просто забыл.

— Больше не забудешь.

— Не забуду.

— Зачем ты вообще на него попёр? Он же намного сильнее тебя.

— Кураж поймал. Но да, это было глупо с моей стороны лезть на такого сильного противника.

— Лезть на сильного противника порой бывает просто необходимо. Но вот лезть на сильного противника, поднимаясь к нему по лестнице — это уже перебор.

— Да, — согласился Орешкин. — Лучших условий для атаки, чем были у него, не придумать.

— Ладно, давай я тебе лицо подлатаю как смогу, и валить уже отсюда надо.

Я в силу своих способностей залечил раны Орешкина. Если не заботиться о косметической стороне вопроса, то это было несложно. Благо глаз был не задет. Конечно, в люди с таким лицом Григорию лучше не выходить, но дотянуть до помощи нормального лекаря можно вполне.

После этого я пошёл приводить в чувство Влада, лишний раз отметив, что дому после нашего визита потребуется ремонт. Особенной гостиной — она вся была в крови, воде и следах поджогов. Вот хозяин дома обрадуется, когда это всё увидит. Надеюсь, он застраховал дом, прежде чем сдавать его в аренду русским бандитам.

Провозился я с Владом недолго, он, к моему удивлению, очень легко отделался: куча ссадин и синяков, но ничего серьёзного. А ссадины и синяки я убираю очень быстро — это несложно. Больше времени я потратил на то, чтобы восстановить другу силы — он их потратил почти под ноль. Если бы не магия, то ему бы потребовалось спать не меньше суток, чтобы прийти в себя. Но магия творит чудеса — и через десять минут Влад был готов если не снова драться, то как минимум выйти из дома и дойти до фургона.

Пока я возился с Владом, Григорий вынес на улицу и отнёс подальше от дома всех, кого мы обездвижили и усыпили. В доме после действий огненного мага вполне могло что-нибудь загореться, потому что в разных местах всё ещё что-то тлело и дымилось. А подвергать риску жизни людей, особенно ни в чём не повинных Игната и Полин, мне не хотелось.

А вот чью жизнь я подверг бы риску с большим удовольствием, так это Мирона. Но к сожалению, его в доме не оказалось. Может, отдельно жил, а может, уехал куда-то временно по делам. И это не могло меня не расстроить, уж кому-кому, а ему я бы с удовольствием по морде съездил. И не раз. Впрочем, он мог узнать меня по голосу, и это была единственная причина порадоваться его отсутствию.

Под конец я снял заклятие Обездвиживания с Игната, и он показал мне комнату, где стоят магнитофоны, ведущие запись с камер наблюдения. Это было очень кстати после того, как Петя срезал с Гриши балаклаву, а Влад назвал меня по имени. Раскрывать себя не хотелось ни французской полиции, ни тем, кто у полиции захочет потом купить информацию.

Уничтожив записи, я вколол Игнату снотворное и отнёс его к остальным спящим на травке у забора. После чего открыл ворота, чтобы Артур мог загнать фургон во двор. Учитывая, что из соседнего дома постоянно выходили люди, покидающие подходящую к концу вечеринку, это был оптимальный вариант. Не хватало ещё, чтобы кто-то заметил, как мы грузим в машину бездыханное тело. Во дворе же мы сделали это без проблем, после чего запрыгнули в машину сами, и Артур, выехав за ворота, дал по газам.

Судя по тому, что с каждой минутой дома за окном машины становились всё хуже и беднее, ехали мы куда-то на окраину города. Причём на окраину далеко не фешенебельную. А в конце заехали в какие-то совсем уж грустные трущобы, где долго петляли по закоулкам, пока в итоге дорога вывела нас к берегу моря. Артур остановил фургон возле небольшого причала, заглушил двигатель и сказал:

— Доставайте Петюню.

Затем ИСБ-шник быстро покинул салон и пошёл на причал, я последовал за ним. Дойдя до причала, заметил, что к нему пришвартован небольшой катер, накрытый брезентом. Или большая моторная лодка. Я не силён в классификации маломерных судов, поэтому не смог точно определить, что это. Впрочем, надобности такой не было — я просто решил называть это судно лодкой.

— Наша? — спросил я.

— Угу, — ответил Артур, срывая брезент с лодки.

— А она нас удержит? — поинтересовался я, отметив, что места внутри судна было максимум на четверых. — Лодочка-то не сказать чтобы большая.

— Это катер, — сказал ИСБ-шник. — Удержит. В любом случае другого нет. Главное — разместиться в нём.

— Разместимся.

— Тогда я сейчас начну его отшвартовывать, а вы несите сюда Петю. И фургон надо уничтожить. Сможете при помощи магии сделать это по-тихому, и чтобы вообще следов не осталось?

— Каких именно следов? — уточнил я. — От фургона или от наших действий? И что значит, не осталось?

— Надо, чтобы никто не смог его опознать, — пояснил Артур. — Нам нельзя оставить улики. А кучу пепла или несколько обгоревших и расплавленных железяк — не проблема.

— Сделаем, — пообещал я и направился к машине.

Когда я подошёл к фургону, Петя Сибирский уже лежал на земле, а Влад и Гриша стояли возле него, ожидая указаний.

— Тащите его и грузите на катер, а я быстро избавлюсь от улик, — сказал я парням. — Ничего в машине ценного не оставили?

— Нет, — ответили друзья хором, после чего Влад, явно восстановивший полностью силы подхватили Петю, взвалил его на плечо и понёс к причалу.

Орешкин уходить не спешил, словно чего-то ждал от меня.

— Ну что, в этот раз ты доволен? — спросил я его. — Приключения устраивают?

— Ага, — радостно ответил Григорий и улыбнулся ставшими кривыми после моего лечения губами. — Сегодня прям то, что надо. Хорошо повеселились.

— Теперь главное — допросить этого козла, да следы замести и домой вернуться. Ну а тебе лицо ещё починить.

— А что после допроса?

— Говорю же, домой поедем.

— Гарик, ты же понял, о чём я.

— О том, что будет с Петей? — уточнил я. — Не знаю. Да и не хочу знать. Это зона ответственности Артура. Моя задача — получить ответы на интересующие меня вопросы. И я их получу.

— Какой-то слишком уж крутой твой друг для парня, подгоняющего бойцов на подпольную арену, — заметил Орешкин. — Неплохо всё подготовил, видимо, хорошие связи здесь имеет.

Разумеется, ни Грише, ни Владу я не рассказал, что Артур — агент ИСБ, работающий под прикрытием. Для них он — мой бывший куратор на боях без правил. И по версии, озвученной моим друзьям, мы с Артуром хотели выбить из Пети Сибирского информацию о том, кто нас «заказал» в Монте-Карло. Учитывая, что на меня напали, а Артура вообще чуть не убили, версия была вполне рабочая. Но это Влад в неё поверил — он парень простой. Орешкина так просто не провести.