"Фантастика 2025-61". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Калинин Никита - Страница 1114

— И как ты себе это представляешь? — спросил я.

— Тяни время, торгуйся, обсуждай условия, главное — ничего не подписывай.

— Но мне до пятницы дали время.

— Придумай что-нибудь, скажи, что отцу стало плохо с сердцем и он не может ничего подписать. Только не конфликтуй, просто тяни время.

— И как долго?

— Не знаю. Не могу точно сказать.

Охренеть, конечно, совет — тяни время. А какой в этом смысл? Что я от этого выиграю?

— А ты можешь хотя бы сказать, зачем мне это делать? — спросил я.

— Могу, — ответила Аня. — Мне нужно время.

— Для чего?

— Чтобы помочь тебе.

Прозвучало красиво. Но как-то неискренне. Не знаю почему, ну вот сложилось у меня такое впечатление. Что-то Аня мутит. Однозначно мутит. Но вот что? И как бы моя ситуация ни ухудшилась, если я слепо последую такому совету.

Княгиня Васильева, конечно, выручила меня с заказами от Министерства обороны, но, если уж быть откровенным, я не знал, кому она тогда помогала: мне или сибирякам. Но если им, то почему она сейчас советует тянуть время? Или это хитрый ход, чтобы сделать вид, будто она на моей стороне, а главное в её совете — соглашайся?

В общем, всё было слишком запутано, и мотивов Ани я пока понять не мог. Как не мог понять, на чьей она всё же стороне. И возможно, этот момент стоило прояснить прямо сейчас. В конце концов, почему бы и нет?

— Ты же понимаешь, если я соглашусь, то отыграть назад будет уже сложно, — сказал я. — И в целом я готов отдать половину завода, я даже весь завод готов отдать на определённых условиях, если у меня не останется шансов его удержать, но прежде я хочу узнать одну вещь.

— Какую? — уточнила моя собеседница.

— Ты с Сибирским князем заодно?

Такого прямого вопроса Аня не ожидала, и я заметил, что она растерялась. Впрочем, она своих эмоций особо и не скрывала. Но довольно быстро княгиня Васильева взяла себя в руки и сказала:

— С чего ты это решил?

— Выделенного тобой для меня времени явно не хватит, чтобы я смог подробно рассказать о причинах, подтолкнувших меня к такому выводу, а вкратце объяснить не получится. Поэтому просто ответь на мой вопрос, если можешь.

— Нет, я с ним не заодно, — сухо и довольно холодно произнесла Аня. — Ещё вопросы есть?

— Как я узнаю, что больше не надо тянуть время?

— Ты узнаешь.

Похоже, наш разговор зашёл в тупик, и стоило прощаться. Но я не мог не затронуть ещё одну тему.

— Я должен тебе сказать, что Сибирский князь знает… — я осёкся и посмотрел на водителя, хоть между нами и была перегородка, но мало ли.

— Что знает?

— Ну…

— Про наши отношения? — Аня усмехнулась. — Ну и пусть знает. Кто-то из академии, значит, заметил и разболтал, а там уже слух пошёл — не остановишь. Ты боишься, что твоя девушка узнает?

— Нет, я переживаю, чтобы это как-то не навредило тебе.

— А чем это мне может навредить? Развращение малолетнего здесь не пришить, тебе было восемнадцать, — Аня рассмеялась. — Если ты волнуешься, что мой муж узнает, так я тебе не врала, когда говорила, что у нас с ним свободные отношения. Так что на этот счёт вообще не переживай.

— Не буду, — пообещал я.

— Тебя куда отвезти? — спросила Аня, красиво дав этим вопросом понять, что наш разговор подошёл к концу.

— Никуда, — ответил я. — Высади, где тебе удобнее. Я прогуляюсь по городу, у меня самолёт только вечером.

Аня кивнула, нажала на кнопку связи с водителем и громко произнесла:

— Останови!

Водитель тут же выполнил указание. Я посмотрел на Аню и сказал:

— Спасибо, что смогла выделить время и встретиться со мной. Да и вообще, спасибо за всё.

Княгиня Васильева улыбнулась, провела ладонью по моей щеке и произнесла:

— Как бы там ни было, ты мой любимый курсант, Игорь Воронов. И тебе тоже спасибо за всё.

Я кивнул, улыбнулся в ответ, открыл дверцу и вылез из машины. Как оказалось, всё это время водитель нарезал круги, и я вышел практически там же, где меня подобрали. Значит, ещё немного прогуляюсь по набережной, а потом можно будет поискать, где пообедать.

Гулял я недолго — до первого попавшегося приличного на вид ресторанчика. Голод взял своё, несмотря на нервозность и не самое хорошее настроение.

В этом заведении я просидел почти до вечера. Сначала плотно перекусил, а потом пил кофе и думал, что же мне теперь делать и как будет правильнее поступить. Туда же к ресторанчику вызвал такси, чтобы оно отвезло меня в аэропорт.

Сев в машину, решил, что на сегодня раздумий с меня хватит, и принялся просто смотреть в окно, стараясь вообще ни о чём не думать. Не получилось. Не успели мы ещё выехать из центра, как у меня зазвонил телефон. На экране высветился номер Орешкина, и у меня сразу же возникло какое-то нехорошее предчувствие. Почему-то мне показалось, что не может Гриша звонить просто так, зная, что я в Москве.

И предчувствие меня не обмануло — едва я принял звонок, как услышал взволнованный голос друга:

— Гарик, у нас проблемы!

— Не скажу, что ты меня удивил, — ответил я. — Давай без эмоций и без долгих вступлений, переходи сразу к делу. Что случилось?

— Гарик, у нас реально проблемы! — чуть ли не заорал Орешкин. — Ника пропала!

— Как пропала? Давно?

— С утра ещё.

— Ну ты панику не нагоняй. Может, просто решила отдохнуть, работы-то у неё сейчас особо нет, — предположил я.

— Мы тоже так думали сначала, что решила отдохнуть, — сказал Орешкин. — А потом записку прислали.

— И что в ней?

— Написано, что Ника или вернётся в субботу, или будет первой. И что всё зависит только от тебя. Гарик, что это значит?

Вот же сволочи, решили подстраховаться. В свете этого совет Ани тянуть время выглядел совсем уж смешно. Похоже, придётся в пятницу переоформлять половину завода на этих упырей. Только вот после таких вещей идти на уступки неохота. Совсем уже обнаглели твари.

— Это значит, что вы без меня не должны ничего предпринимать, — сказал я Орешкину. — С ней ничего не сделают, я в этом уверен, потому что знаю, кто это. Главное, никуда не влезайте без меня, даже если очень хочется и если кажется, что всё будет легко. Ждите меня. Прилечу — порешаем.

— Хорошо, как скажешь, — ответил Орешкин. — А ты когда будешь?

— Скоро. В аэропорт уже еду. Как прилечу, сразу позвоню. И ещё вы там особо не распространяйтесь на эту тему. Кто в курсе похищения?

— Я, Влад и Антон — редактор. Он нашёл записку.

— Вот чтобы, кроме вас троих, никто больше не знал.

— Хорошо, — пообещал Гриша.

Я сбросил звонок и призадумался. Легко сказать: порешаем, но что теперь делать? В том, что с Островой ничего не случится, я был уверен — её отпустят сразу же после подписания документов о продаже половины завода Давыдову-младшему. Но вот только похищением Ники Сибирский князь дал понять, что считаться со мной он не собирается. И не факт, что в пятницу он не потребует от меня ещё чего-нибудь.

Оно и так понятно, что князь не считает меня за равного, и тут вопросов нет: кто он, а кто я? Но хотелось если не уважения, то хотя бы нормального отношения, а мне с ходу демонстративно решили показать моё место, показать, кто здесь сильный, а кто теперь ни шагу не сможет сделать без высочайшего одобрения.

И мне повезло, что похитили Нику. А ведь запросто могли кого-то из родных или Настю. Но их не тронули. Пока не тронули. Решили показать свою силу, но всё же границу не переходить. Потому что похищение работающей на меня журналистки я могу простить, если в итоге договоримся, похищение близких — никогда. И это тоже доказывало, что всё было продумано: каждый шаг, каждый ход.

Враг зажимал меня в тиски, и как же неприятно было это осознавать. Я невольно выматерился и набрал номер Жукова.

— Артём Иванович, добрый вечер, это Игорь! — сказал я, как только мой наставник принял звонок. — Как там у вас дела на заводе и в целом? Всё нормально?

— Да вроде нормально, — ответил Жуков. — Мне ни о каких чрезвычайных происшествиях не сообщали. А что?