"Фантастика 2025-61". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Калинин Никита - Страница 493

Преодолевая неловкость, Витяра долго тряс Амфибрахию передний ласт. Амфибрахий со всей серьезностью позволял ему это делать. Потом зевнул Витяре прямо в нос, обдав его таким запахом рыбы, что Витяра отшатнулся, а Оля расхохоталась.

Еще издали, подходя к вокзалу в Дубне, Витяра увидел на дороге светлую «Тойоту». Он долго шел к ней по изгибам шоссе и, любуясь ее мигающей аварийкой, представлял, что это брачный сигнал. Вдруг машины – это на самом деле такие светлячки? Машина-мальчик мигает, обозначая территорию, и ждет, пока прилетит машина-де – вочка.

Размышляя об этом, Витяра поравнялся с «Тойотой» – и тут произошло нечто неожиданное и даже подлое. Машина-мальчик, мгновенно перестав привлекать самок, распахнула переднюю дверь. Выскочивший мужчина схватил Витяру за руку и заломил ее за спину, а еще через мгновение другой мужчина, выскочивший из «Тойоты» с другой стороны, обежав автомобиль, схватил Витяру за другую руку:

– Вот он! Есть!

При продолжавшемся мигании аварийки Витяра сумел разглядеть лица. Нет, это были не те берсерки, которым он сегодня попадался. Один из державших был из форта Долбушина. Витяра вспомнил даже его дар. Он повсюду находил мелочь. Шагал по улице и чувствовал, что вот она, монетка, – под листьями или в трещине асфальта. Прочие долбушинцы над ним потешались, поскольку этим дар и ограничивался. Жена ушла от него вместе с дочерью. Каково это – когда муж каждый вечер приносит домой трехлитровую банку с мелочью и застенчиво ставит ее в шкафчик за занавесочку? Если же спрашиваешь: «Где ты ее хоть взял-то? А бумажек что, не давали?» – злится, и ты как-то автоматически утверждаешься в мысли, что угадал. Неудивительно, что этот долбушинец, фамилия которого точно в насмешку была Копейкин, быстро озлобился и, хотя и числился у Долбушина, работал больше на Белдо. Старичок, нуждаясь в шпионе из форта «дорогого Альбертика», оплачивал его услуги псиосом.

Другой из заломивших Витяре руки был боевой маг Боря. Витяра тоже его узнал, поскольку как всякий средний шныр участвовал в пополнении картотеки. Маг-то маг, но дар его тоже нельзя было назвать разнообразным. Боря великолепно метал гвозди, шурупы и саморезы, предварительно взглядом извлекая их из чего угодно. Причем метал их, разумеется, тоже глазами. Метров за сто легко засаживал гвоздь или саморез в мишень не крупнее книги.

Как-то Макс попытался подстеречь этого парня на строительном рынке – и очень об этом пожалел. Целое облако гвоздей, саморезов, шурупов взвилось в воздух. Еще бы! Ведь здесь их даже искать не надо было. Потом Макс целую неделю тряс головой и, заикаясь сильнее обычного, показывал всем утыканный гвоздями лист жести, который спас ему жизнь.

Витяра пытался освободиться, но силы были не на его стороне. Долбушинец, натренированный перетаскиванием мешков с мелочью, был парень крепкий, да и гвоздемет Боря не жаловался на здоровье.

– Чего вы хотите? – крикнул Витяра.

– Лично мы ничего не хотим! Нужен ты нам как пять кило монет по десять копеек! Это начальство хочет. Так что уж ты, мил человек, не рыпайся! – миролюбиво посоветовал долбушинец и, придерживая Витяру, наклонил его, давая заглянуть в «Тойоту».

На заднем сиденье машины полулежала громадная, как гиппопотам, женщина. Она заняла все сиденье полностью, от двери до двери. Витяра не сразу понял, что перед ним человек. Больше это походило на тюк с бельем. Тем более что и лица было не разглядеть: его скрывал капюшон.

– Магда! Он тут! – негромко сообщил боевой маг Боря. В голосе его звучал страх.

Из содрогавшегося желе, кое-как спрятанного под тканью, высунулась пухлая рука с синеватыми ногтями. Каждый палец этой руки был словно налит жидкостью, и его распирало изнутри. Рука, показавшаяся Витяре холодной и неживой, скользнула по его лицу, на миг остановилась на глазах, а потом перекочевала на лоб.

Это было страшное ощущение: огромный пылесос высасывал мысли Витяры, легко ломая все защитные блоки, которые он пытался воздвигнуть. Сопротивляться было так же бесполезно, как ставить перед танком картонные коробки.

– Не пытайся ей помешать: дурачком станешь. Это же Магда! – сострадательно шепнул долбушинец Копейкин.

Он уже отпустил Витяру, как и боевой маг Боря. Витяра и сам никуда бы не делся. Собственное тело ему больше не служило. Руки болтались как веревочные. Витяра точно прирос к огромному, не отпускающему его магниту.

– Витяра. Средний шныр… – едва различимо прошелестела ведьма. – Сегодня видел Дениса и того, другого… псиосного… удрал от людей Тилля… ему помогала та самая девушка… я чувствую ее… она касалась его кожи… Вот следы ее пальцев… Неужели она тоже была на двушке?

Ногти ледяной руки впились Витяре в лоб, рассекли кожу. Он вскрикнул.

– Нет, через болото девчонка не проходила! Но ее рука держала цветок!.. Где она, отвечай! В реке? У реки? Я путаюсь в твоих воспоминаниях! Они слишком подробны!.. Зачем мне нужен цвет ее глаз? Найдите мне ее, мерзавцы, или я остановлю ваши сердца! Пусть Белдо заберет девчонку, а я возьму себе цветок! Она где-то прячет его! Я не отдам его никому! Ни Дионисию, ни Гаю – оставлю себе! – шипела Магда на своих спутников.

Она потянулась было к Копейкину, чтобы вцепиться в него, но рука ее вдруг упала. Магда, захрипев, завалилась набок. Воздух вырывался из груди толчками. Струйка слюны потекла по щеке.

– С ней такое бывает… слишком много сил вложила… Надо же! Цветок какой-то… Бредит человек! Розы ей, что ли, на остановке купить? – сказал боевой маг Боря.

– Нас за девчонкой послали! И где ее искать? – спросил Копейкин.

– А я откуда знаю? Шныра-то она сразу вычислила, где перехватить, да у него теперь не спросишь… – Боевой маг толкнул ногой неподвижно лежащего Витяру, рухнувшего в тот же миг, как Магда потеряла сознание.

– Отвезем его к Белдо. Пусть разбирается. Нам сказали – слушаться старуху, а что она в обморок грохнулась – мы-то тут при чем? – огрызнулся Боря.

– Старуха? Да она младше меня! – сказал Копейкин.

Они обмотали руки Витяры скотчем, не забыв снять с него нерпь, и, затолкнув его в багажник, забрались в машину.

Глава двенадцатая

У Баклы

Когда Ул подошел, Яра вскинула голову и улыбнулась. В ее улыбке было что-то виноватое.

– Чего так долго? – спросила она и тотчас, подчиняясь внутреннему наитию, испуганно добавила: – Ты был у Кавалерии? Она тебя не отпустила?

– Фигуса с два не отпустила! Отпустила, – соврал Ул полуправдой и, чтобы не продолжать опасный разговор, легко подхватил с земли ее чемодан. – Ну все, идем!

– Куда? – спросила Яра.

– Есть на земле прекрасное место – Куданибудь! Там нас всегда ждет таинственный и доброжелательный Ктонибудь! – сказал он и, насвистывая, пошел по полевой дороге.

На электричке они доехали до Москвы и уже на вокзальной площади осознали, что путь у них дальше один – к Ба Кле, в Электросталь. Но вариант был до того удручающий, что и Ул, и Яра о нем умалчивали. Он нависал над ними как топор.

Наконец Яра, не выдержав, сказала точно вскользь:

– Ну что? К Ба Кле?

– Ни за что! Мы снимем квартиру, – заявил Ул, знавший, как сильно Яра не хочет к Ба Кле.

– Снимем? У кого и на какие деньги?

Ул пообещал что-нибудь придумать, но Яра знала, что такие вещи за пять минут не придумываются.

– Сегодня ведь все равно придется к Ба Кле? Так?

Ул виновато погладил Яру по щеке. От его руки пахло лошадьми. «К Азе своей заходил, а к Гульденку небось нет!» – безошибочно и зло подумала Яра.

– А Ба Кла меня на порог-то пустит? Хотя я скажу ей, что мы женаты! – заявил Ул.

Яра усмехнулась:

– Шныровских браков Ба Кла не признает.