"Фантастика 2025-61". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Калинин Никита - Страница 504

За спинами охранников послышались возня, шепоты и спор. Кого-то не пускали. Гай обернулся. К нему неспешно, усмехаясь чему-то неведомому, не исключено, что только в ее сознании происходившему, пробивалась Дайни. То трогала лицо, то вертела пуговицы, то нервно бегала пальцами по бусам из птичьих черепов.

– Чего тебе? – сердито спросил Гай.

– Мне ничего, – с достоинством ответила Дайни и, повернувшись, пошла обратно.

– А приходила ты зачем?

Дайни остановилась. Снова погладила себя по лицу.

– Кости в яйце шевелятся. Раньше они лежали так! – она собрала вместе пальцы обеих рук. – А теперь так! – она их резко распрямила. – Кажется, кто-то рождается!

– Проклятье! Он же захлебнется! Зачем мне мертвый дракон?! – Гай вцепился начальнику водолазов в плечо. – Эй, вы! Шевелитесь! Разгребайте завал! Бросайте туда всю технику! Сами прыгайте!

– Не успеем. Потребуется дня два или три, чтобы… – начал начальник водолазов.

Гай, выхватив у охранника арбалет, ткнул Михаила болтом в подбородок, задрав ему голову.

– Не разгребешь завал сейчас же – через три дня тебя уже похоронят! Хоронят на третий день – понял? – прошипел он.

Начальник водолазов попятился и, спотыкаясь, метнулся прочь.

– Мы можем взорвать небольшой заряд! – крикнул он издали. – Конечно, это рискованно, но, возможно, девушка сумеет выбраться.

– А если она не захватит с собой яйцо? Или его завалит?.. Нет, разгребайте так! Руками! Зубами грызите! Чем хотите!

Едва водолаз ушел, взбешенному Гаю попался на глаза Тилль:

– А вы что встали, Ингвар?! Если потребуется, топите ваших берсерков, но чтоб яйцо было у меня!

Тилль засопел мятым носом. Он, похоже, сомневался, что от берсерков на дне будет какая-то польза, но спорить находил опасным. Замахал руками, отдавая приказы. Берсерки побежали к лодкам.

Белдо воробышком подпрыгнул к Гаю, пальчиком отвел от себя арбалет и сказал очень тихо, но веско:

– Бесполезно. Времени слишком мало. Шанс только один: серебряная рука Кавалерии.

– Кавалерии?

– Да. Скажите ей, где яйцо. Пусть достанет его.

Гай отстранился словно для крика, но лицо старичка было спокойным и каким-то особенно убеждающим. Гай сдержался.

– Она заберет дракона себе! – сказал он.

– А ваше седло? – спросил Белдо почти неслышно. – Так ли важно, в конце концов, кто воспитает дракона, мы или они, если в финале все драконы все равно будут нашими?

– Но еще есть гепард! – возразил Гай. – Что, если…

– Гепард – это власть над одним, и притом вблизи. Непредсказуемый, капризный уникум, требующий чистоты побуждений… Седло сильнее гепарда. И потом – драконы живут долго! Мало ли что может измениться, – вкрадчиво сказал Дионисий Тигранович.

Гай, затихнув, смотрел на него. И старичок смотрел на Гая. Взгляд у обоих был отсутствующий, словно и не они смотрели, а их опекуны совещались между собой. Лицо Гая опадало, сдувалось, и проступала в нем покорная тоска. Как видно, ему велели ждать. Под конец Гай коротко дернул головой, признавая правоту Белдо, и, подозвав Долбушина с Лианой, потребовал немедленно связаться со ШНыром.

Лиана была богиней современной связи – если, конечно, вакансия такого божества уже открыта на Олимпе. Она засуетилась, позвонила Рине, что-то узнав, набрала другой номер и вскоре, перекинувшись с кем-то парой слов, протянула Гаю трубку.

– Вот! Кавалерия! – сказала она и отошла, всем своим видом показывая, что не собирается подслушивать. Долбушин тоже отодвинулся. Удалились и арбалетчики. Один Белдо попытался остаться, но потом и он, спохватившись, отбежал.

Беседовали Гай с Кавалерией недолго. Во время разговора Гай, хмурясь, несколько раз оглядывался на водохранилище. Внезапно он перевел взгляд на беседку, и напряженный Дионисий Тигранович, сразу уставившийся в ту же сторону, готов был поклясться, что в пустой беседке мелькнула женская фигура. Некоторое время она оставалась неподвижной, после чего вытянула руку, показавшуюся белой чертой. Когда минуту спустя один из непредупрежденных арбалетчиков Тилля, что-то заметив, примчался в беседку, там никого уже не было. Лишь сияли два меркнущих полукруга, точно кто-то воспользовался сирином сперва на одной нерпи, а потом сразу на другой.

Гай подошел к Лиане и вернул ей телефон.

– Благодарю, – сказал он сухо и, взглянув на Белдо, добавил: – Дело сделано!

– Достала, да? Вылупился? – пискнул старичок.

– А я откуда знаю? – с досадой ответил Гай. – Что она, доверяет мне, что ли? У нее про снег зимой и то не узнаешь.

– А девушка что? – озабоченно спросила Лиана. – Спасли ее?

– Нет, – равнодушно ответил Гай. – Девушка все еще там. Кавалерии ее не вытащить. Слишком большая для серебряной руки. Кавалерия мне, кстати, скандал устроила – но я-то тут при чем? Я ее заваливал, что ли?

Дионисий Тигранович озабоченно сдвинул бровки.

– Ах! Смерть так ужасна… Сплошная чернота, и хорошо, если только чернота! Но что мы можем сделать? Совершенно ничего! – начал было болтать он, но вдруг в глазках у него мелькнула тревога. Старичок о чем-то вспомнил, и эта новая мысль испугала и всполошила его. – Хотя… хм… все-таки юная совсем девушка! Думаю, наш долг помочь ей! Пусть водолазики все-таки взорвут свою махонькую бомбочку, а? Только зарядик рассчитают! Михаил! Где этот кошмарный человек?! Почему он торчит здесь только тогда, когда он не нужен?!

Спустя несколько минут под водой грянул взрыв. На поверхности он был неощутим. Разве что тяжелый катер приподняло волной. Сразу после взрыва, грохоча лебедкой, заработал кран, и с катера спиной вперед в воду тяжело спрыгнули трое водолазов. А вскоре после этого Михаил сообщил Гаю:

– Девушки там нет. Перед взрывом наш водолаз поднялся на поверхность. Скорее всего, ей удалось выбраться в те минуты, когда колодец был без наблюдения.

– А камеры?

– Их забросало илом.

– Она не погибла?

– Тела мы не обнаружили.

– А морской котик? – спросил Гай, поворачиваясь к Тиллю.

Тилль отошел и вскоре вернулся смущенный:

– Мой человек говорит: минут десять назад котик выскочил из трубы и бросился в воду. Схватить его не удалось. Приманить рыбой тоже. А стрелять он не стал. Говорит, прямого приказа не было, но я думаю – пожалел. Вот она, опека над пингвинами!

– Значит, девушка позвала свою зверушку… Что ж, прекрасно. В чем дело, Дионисий? Разве вы не этого хотели? – и Гай пристально, пожалуй даже пытливо, посмотрел на старичка.

Белдо поспешно отвернулся.

– Который час? – залепетал он. – Говорят, сегодня бои вендов в парке у «Гоморры»? А? Что? Мы успеваем?

– Прекрасно успеваем, – сказал Долбушин. – Что, Ингвар, кто-нибудь от вашего форта будет сегодня биться?

Тилль самодовольно выпятил живот. У его круглого живота было уникальное свойство. На него можно было класть сверху мелкие предметы, и они не падали. Дионисий Тигранович, давно приметивший это, порой не отказывал себе в удовольствии незаметно подбросить на живот Тиллю какую-нибудь крышечку от воды или что-нибудь другое столь же невинное и загадывать, сколько секунд это продержится.

– Пусть только попробуют не биться! Лучше, если у меня ляжет треть форта, но другие чтоб железо зубами рвали! Ребята это знают. Ко мне в форт очередь стоит, чего не скажешь, например, о форте Дионисия!

– Это неудивительно! – сказал Белдо. – Тупые жадные бол… э-э… богатыри рождаются чаще, чем одаренные маги. Кстати, я слышал, кроме вендов будут еще пнуйцы и какой-то псих из шаманщиков. Гамов на десерт. Ну и один герой из шныров!

– Герой? Это еще кто? – спросил Долбушин.

– Да так. Есть там один… Письма пишет, вызовы бросает… – сказал Тилль.

– Афанасий?

– Он самый! Парочка моих ребят встретила его на станции электричек. Приняли под белы ручки, в машину – и в город. Теперь без боя не отпустим, а после боя и отпускать будет некого! – Тилль довольно потер пухлые ладони.