"Фантастика 2025-61". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Калинин Никита - Страница 752

Вариант 2.

Долбушин остался в ШНыре. Его предприимчивость сделала из него кого-то вроде Кузепыча, но без жлобского уклона, любви к запасанию старых рам и прочего, что пригодится только археологам. Долбушин нашел где-то деньги, перестроил ШНыр, поставил на широкую ногу пегасню. Закупил для пегасни автопогрузчик, очень облегчающий быт. Вовремя избавившись от напрасно занимающего денники старичья, развел много породистых пегов. Нина осталась слепой. Со временем они все равно поженились. Поселились в Копытово. Купили тот дом с желтой крышей, где всегда так громко смеются за высоким забором. У них родились дети.

Вариант 3.

Долбушин не слился с закладкой сам, а сразу отдал ее Нине. Нина прозрела, но закладка, как все чужие закладки, дала сильный побочный эффект. Глаз у нее стало двенадцать. По всему телу. Некоторые могли видеть даже сквозь бетон.

Вариант 4.

Долбушин ушел из ШНыра – не вылетел, а именно ушел по своей воле, оставив себе пчелу, и женился на Виктории – самой первой своей любви, которую называл Победа Победовна. Потом, конечно, с ней разошелся, но достойно разошелся, «по-хорошему». Победа всегда умела себя продавать. Свое образование, красоту, тело, ум. Но он, Долбушин, с годами становился все более богатым и ликвидным, ликвидность же Победы падала. Угадав верным чутьем скорое расставание, Победа бросила Долбушина первая. Ушла к пожилому чиновнику, который всем всегда доволен, щедр, любит спорт и приятно смеется красивыми, великолепно сделанными зубами.

Детей у Долбушина и Победы не было.

Вариант 5.

Самый реалистичный. Состоящий из сотен внутренних самораспаковывающихся «если».

Гай потребовал от Долбушина отдать дочь в ШНыр, но Долбушин перехватил ее по дороге. Застрелил фельдшера Уточкина прежде, чем тот написал его дочери вторую судьбу. Опираясь на свой форт, Долбушин осуществил переворот. Избавился от Гая и Тилля и, заручившись поддержкой Белдо, сам занял место Гая.

Почему шныры и ведьмари должны обязательно ненавидеть друг друга? Что за шекспировские страсти?! Вражда не окупается. Не потому ли многие бегут из ШНыра, что там элементарно неуютно? Текущие унитазы в туалетах, тяжелый быт, общие комнаты и т.п. Людям неуютно, они плохо отдыхают и оттого плохо ныряют. Давно пора соединить ведьмарей и шныров. Пусть не прямой союз, пусть косвенный, с оглядкой, с недоверием, но союз.

Он, Долбушин, поможет перестроить ШНыр. Вы только ныряйте и приносите закладки, а все детали мы продумаем. Никаких перехватов в небе, никаких гиел, столь любимых его чокнутой дочкой. Нормальные условия жизни и быта. Каждому семейному шныру – квартиру. Поле у Копытово застроить нормальными таунхаусами для бывших шныров, которые не могут проходить за ограду, но хотят всегда быть рядом. Спортзал, бассейн, спортивные врачи, правильное питание, витамины и т.д. помогут быстрее восстанавливаться между нырками. А сейчас что? Сумасшедшая бабка с кастрюлями, завязывающая в узел лом – и она же, кажется, и роды у кобыл принимает в том же фартуке! Стерильность, блин, версия «восемь-ноль»!

Далее: оптимизация самого нырка! Эффективнее будет искать закладки бригадами по три-пять человек. Более опытные ищут, одновременно обучая неопытных. Все найденные закладки оставляются на промежуточном складе, устроенном там же, на двушке, сортируются по степени своевременности, и более опытные шныры проносят их через болото. Потерь тогда будет втрое меньше. Одновременно работать над изучением природы закладок и характера их дара, чтобы уменьшить возможные деформации.

А то сейчас как? Берсерк перехватывает в небе закладку силы, предназначенную для кого-то другого. Насмотревшись фильмов про супергероев, он решает, что и ему сила не помешает, сливается с закладкой, после чего становится настолько тяжелым, что проламывает земную кору и навеки исчезает где-то в гранитах и базальтах.

Поехали дальше. Какие еще планы?

а) Составить геологическую и географическую карты двушки. Давно же собирались, но нарисовали только какое-то безобразие в стиле викингов или Марко Поло, которые шпарили все по памяти, пропуская целые страны и изображая на берегах придуманных чудовищ.

б) Завезти на двушку необходимое оборудование: мониторы, сканеры, разные поисковые устройства из арсенала геологов. Говорите, на двушке они растекутся, потому что там пластик, микросхемы, электроника и т.д.? Ничего! Сделаем из натуральных материалов. Конечно, это потребует колоссальных расходов, но расходы оправдают себя.

Кавалерия слушала внимательно и не перебивая. И Сухан тоже слушал. Брови Кавалерии несколько раз начинали смыкаться, когда Долбушин говорил о своей дочери. Нет, ее имени он не называл, но голос пытался передразнить, и тогда Кавалерия хмурилась еще больше. Там, наверху, начинали уже нервничать.

– А если просто вытащить его отсюда? – спросила Кавалерия у Сухана.

– Не получится, – отозвался тот. – Эта зеленая муть за ним и наверх потянется.

– Долбушин сам ее подпитывает. Так закопался в своих придуманных мирах, что реальный мир для него перестал существовать. А если оставить его здесь?

– Умрет. Вон уже еле шепчет… Надо, чтобы эта зеленая муть сама его отпустила.

Кавалерия задумалась. Сверху в трещину просунулась голова Яры.

– Точка абсурда! – предложила она. – Помните, вы нам рассказывали, как Арсений Тартилло пытался ведьмарей к Луне примагнитить?

Кавалерия хмыкнула:

– Не примагнитить и не ведьмарей! Арсений Тартилло предлагал с помощью системы зеркал спроецировать на поверхность Луны силу нескольких мощных закладок. Создать так называемую «ТОЧКУ АБСУРДА». В этой точке один и тот же предмет можно наделить противоречащими свойствами – например, «тяжелый и легкий», «огромный и маленький», «самый горячий и самый холодный». По мысли Арсения Тартилло, это должно было вывести из игры всех эльбов, прорвавшихся в наш мир, оглушить всех опекунов, ну и так далее. Но, увы, это лишь мечты. Таких зеркал ШНыру не потянуть. Да и как передать силу закладок через зеркала?

Сухан недоверчиво покосился на Кавалерию:

– И как эта точка абсурда выведет эльбов из игры?

– Там сложное объяснение. Надо читать философские труды Тартилло. В общем, если совсем упрощенно, то в человеке присутствует творческая энергия – редчайшая вещь во Вселенной. Она дар неба. И вот в людях она есть, а в эльбах нет, хотя люди – существа в сравнении с эльбами намного менее мудрые. Но тут мудрость эльбам только мешает.

– Это еще почему? – спросил Сухан.

Кавалерия как ребенка погладила бормочущего, не слушающего ее Долбушина по голове и ответила Сухану:

– Видишь ли, человек чуду не удивляется. Не пытается чудо постичь, на чудо замахнуться, сдернуть с чуда завесу. Просто воспринимает его как данность. Допустим, у нас в подвале ШНыра появился бы выключатель солнца – обычный такой выключатель, как для лампочки. Щелк – солнце зажглось, щелк – солнце погасло. Нереально, глупо, нелогично! И главное: как работает – непонятно! Первую неделю мы бы щелкали этим выключателем каждую минуту, чесали бы в затылке, удивлялись, но постепенно нам надоело бы его трогать и мы бы уже ворчали: «Эх, только я гулять вышел – опять какой-то гений выключил солнце! Пойти ему по шее надавать!» Или: «Слышь, Вась, ты вроде ничем не занят? Иди включи солнце! Надо чуток погреться!»

– А эльбы?

– Эльбам надо до всего докопаться. Если бы возникла «точка абсурда» – такой вот выключатель в подвале, – она бы противоречила их представлению о мире, и у них перемкнуло бы мозг. Ну как у мухи в невесомости. Так, во всяком случае, считал Арсений Тартилло. Он говорил: «У эльбов нет сердца, а где нет сердца – там нет творческого мышления и пространства для чуда. Потому их мир и задохнулся, что они пытались жить разумом там, где нужно пускать вперед сердце, любовь и веру».

– И где мы возьмем такую «точку абсурда» здесь? – крикнула сверху Яра. – Может, придумаем что-то?