Кровь навсегда (ЛП) - Рамсовер Джилл - Страница 25

Рука Алессии схватила меня за руку. — Мария, что происходит? — с силой прошептала она, не понимая, почему я устраиваю сцену.

— Происходит то, что Сэл уходит, потому что этот мудак не останавливает чертову лодку!

Ее глаза округлились, а затем устремились в толпу, в то время как ее кожа потеряла свой насыщенный оливковый цвет.

Между моим словесным нападением и наполненной страхом висцеральной реакцией Алессии, наш гид наконец маневрировал лодкой к стене канала. Как только она оказалась в пределах досягаемости, я прыгнула на край и рванула в том направлении, где в последний раз видела Сэла.

Мои глаза отчаянно искали светло-голубую рубашку, в которую он был одет. Он не мог быть далеко. Конечно, после нескольких недель поисков судьба не бросила бы мне эту кость только для того, чтобы украсть ее.

Кого я обманывала?

Судьба, Бог — как бы ты это не назовешь — было абсолютно безжалостным. Иногда равнодушная и непостоянная, но редко надежная и справедливая. Ее благосклонность нельзя было купить и нельзя было пощадить невинных. Если в этой вселенной и есть высшее существо, то я не нахожу в ее действиях ни рифмы, ни причины, и сегодняшний день только укрепил этот вывод.

Люди стали открыто смотреть на меня, видя мое растущее отчаяние, проявившееся в моих безумных попытках найти человека, который предал мою семью — оставил моих сестер умирать и ударил моего отца в спину, если не физически, то во всех других смыслах этого слова.

Сал должен был заплатить за свои грехи, и покаяние не будет простым. Список его проступков был длиннее, чем мой собственный, а это о чем-то говорит.

Но, подобно тому, как можно заметить один-единственный шквал в снежном ливне, один взгляд в сторону — и человек исчез.

Мои шаги замедлились, и я достала телефон дрожащими от всплеска адреналина руками. Я набрала номер отца и с облегчением вздохнула, когда он ответил после одного гудка.

— Мария?

— Я только что заметила Сэла в отеле Venetian. Я пыталась догнать его, но не успела вовремя, пока он не исчез.

— Он тебя видел?

— Нет, я так не думаю. Похоже, он куда-то спешил.

По линии раздался долгий выдох. — Это хорошо. По крайней мере, мы знаем, где он пропадал. И если он не видел вас, он не будет нас ждать. Я немедленно отправлю команду на место, и мы начнем выходить на местные контакты.

— Я могу остаться здесь. Мне не обязательно возвращаться с девочками, — с готовностью предложила я. Помимо естественного желания поймать человека, который причинил вред моей семье, я также чувствовала себя причастной к его задержанию, поскольку именно я наткнулась на его местонахождение.

— Нет, — быстро возразил он. — Через неделю у тебя свадьба, к которой нужно готовиться. Я хочу, чтобы ты вернулась сюда.

— Мне ничего не нужно делать до свадьбы — мама со всем справится. — Возвращение к разговору о цветах и схемах рассадки казалось мне колоссальной тратой времени, когда за тысячи миль от нас происходит нечто столь важное.

Голос моего отца превратился из полированного атласа в смертоносный кинжал. — Конечно, мне не нужно напоминать тебе, насколько важной будет эта свадьба? Этот союз повлияет на сотни жизней, а не только на твою собственную. Нам нужно, чтобы ты была здесь, с головой погруженная в игру и готовая сыграть свою роль. Сэл — это просто камешек в моем ботинке по сравнению с той горой, которую представляет собой твоя свадьба. Это может показаться незначительным по сравнению с действиями и волнениями, связанными с поимкой Сэла, но тонкости стратегического союза гораздо сложнее и важнее. Ты понимаешь?

Я подавила собственный протест, понимая, что он прав. Близость Сэла и его вероятная поимка были заманчивой перспективой, но он был не единственным делом в нашей повестке дня. — Ты прав, я знаю. Я просто ненавижу знать, что он так близко, и не идти за ним. — Мои глаза продолжали сканировать местность, не желая смириться с тем, что он ушел.

— Верни своих сестер и себя домой в целости и сохранности, это важнее всего.

— Хорошо, увидимся завтра дома. — Я повесила трубку, не дожидаясь ответа, в моей голове была смесь эмоций.

Сэл был в пределах нашей досягаемости, и мой будущий муж будет ждать меня дома.

10

МАРИЯ

Когда я вернулась домой, то увидела на входной двери ящик с замком, что было грубым потрясением. Именно я организовала продажу своей квартиры с риэлтором, но это было так абстрактно. Увидев ящик, все стало реальным. Все это стало реальностью.

Меньше чем через неделю я выхожу замуж.

Эта мысль должна была вызвать какие-то эмоции, но после прошедших выходных и такого перелета, что слон впал бы в кому, все, что я могла выдавить из себя — это теплое безразличие. Я перемешала свои сумки в руках, чтобы достать ключи, и вошла внутрь.

Как только сквозь щель в двери показался лучик света, я вытащила гребень из волос и уронила сумочку, не отрывая взгляда от двери. Из-за проклятого самолета у меня не было с собой пистолета, так что придется обходиться без него. Риэлтор сказала, что сообщит мне, когда будет показывать квартиру. От нее не было никаких вестей, и я была абсолютно уверена, что оставила свет выключенным, прежде чем отправиться в Вегас.

Я тихонько отошла в сторону и надавила на дверь. Когда никто не бросился на меня, я заглянула за угол и сразу заметила Маттео, который царственно восседал в моем кресле в углу. Мои мышцы мгновенно расслабились, и я опустила оружие.

— Господи Иисусе, Де Лука. Ты что, хочешь, чтобы тебя убили? — Я бросила гребень в сумочку и схватила чемодан, чтобы занести его в дом. Когда я обернулась, он шел ко мне.

— Я бы с удовольствием посмотрел, как ты пытаешься. — Его суровые брови затеняли интенсивные зеленые глаза, но голос был бархатным дразнящим.

— Это можно устроить, но не сегодня. Я слишком устала. То, что я сказала тебе, когда приеду, не означает, что я приглашаю тебя к себе. — Я бросила ключи и почту на стойку и повернулась к нему, скрестив руки на груди.

На мне не было ничего сексуального. Я была твердо убеждена, что полет на самолете — это футболка и джинсы, особенно после выходных, проведенных под солнцем и с выпивкой. Но это не имело значения. Маттео поглощал меня, словно это он был в пустыне Невада, иссушенный до предела, а я была кристально чистым стаканом Dasani.

Один шаг ближе. Два. Он шел вперед, пока я не почувствовала запах его мятного дыхания и не ощутила его сияющее тепло, согревающее мои обнаженные руки.

— Меньше недели, и мы будем жить под одной крышей, приглашения не нужны. — Его голос был хриплым. Соблазнительным. Опасно соблазнительным.

— Но до этого еще целая неделя. Пока что моя жизнь все еще моя собственная.

— Технически, грузчики приедут через два дня.

Это было для меня новостью, но я не могла собраться с мыслями, чтобы хоть что-то сказать. — Неважно. Я слишком устала, чтобы спорить с тобой, так что просто скажи мне, зачем ты здесь.

Его глаза вспыхнули, и на секунду я увидела, как в их темных глубинах прокручивается эпизод нашей порки. Моя кожа нагрелась, мурашки заплясали по рукам.

— Я пришел порадоваться твоему возвращению и подарить тебе это. — Он залез в пиджак и достал оттуда то, что выглядело как черная шкатулка — возможно, ожерелье или браслет, длинный и узкий, с выбитым на верхней части именем дизайнера. — Я подумал, что это может быть твое что-то голубое.

Я взяла шкатулку в руки, отметив, что она немного тяжелее, чем я ожидала, но это было потому, что я совершенно ошибалась насчет ее содержимого. Внутри лежал фиксированный тактический нож с сапфирово-синей рукояткой, достаточно большой для женской руки. Я взяла сверкающее лезвие, позволив коробке упасть на пол. Качество было непревзойденным. Идеально сбалансированный вес с карбонитовой рукояткой и сверкающим стальным лезвием.

Это было гораздо ценнее для меня, чем любые драгоценности.