Кровь навсегда (ЛП) - Рамсовер Джилл - Страница 27

— Смотри выше, тигренок. У нас гости, помнишь?

Его взгляд был настолько пронизывающим, что по моей коже побежали мурашки.

— Джентльмены, — обратился он к грузчикам, не отрывая от меня глаз. — Позвольте мне показать вам все вокруг. — Он провел нас внутрь, указав на кухню и комнату, которую он переоборудовал под кабинет для меня. Затем мы прошли в спальню. Нашу спальню.

Я никогда в жизни не делила постель с кем-то регулярно. Ни с одной из моих сестер. Ни с мужчиной. В детстве у нас были свои комнаты, и я никогда не находила никого, кто нравился бы мне настолько, чтобы разделить с ним больше, чем ночь секса. Я могла бы настоять на своей комнате, но я хотела посмотреть, к чему все приведет, прежде чем вступать в эту битву.

Мое жилье в Нью-Йорке было просторным для города, но спальня Маттео ставила мою в неловкое положение. — Она огромная, — проговорила я, на мгновение забыв, что мы не одни. Когда я взглянула на грузчиков, оба мужчины уставились на меня, нахмурив брови. — Невеста по каталогу, — сказала я, пожав плечами.

Их глаза выпучились, и мне удалось сдержать смех, который отчаянно пытался вырваться наружу. Мужчины кивнули, покидая комнату и бормоча о начале работы.

— Ты просто не могла удержаться, да? — Маттео прислонился к дверной раме, наблюдая, как я прохожу в комнату и рассматриваю огромные сводчатые потолки, мраморный камин и массивную стену из зеркал, обрамляющую кровать. Все было выдержано в однотонном кремовом цвете. Во всем доме было гораздо больше стиля кейп-код-шик, чем я ожидала от него, но это соответствовало местности.

— Обшивка потолка, мягкое изголовье кровати и декоративные стулья из искусственного меха? Модно, но не совсем то, что я ожидала.

— Если ты помнишь, — сухо сказал он. — Формально это не мой дом. Жена Анджело переделала его, когда они только купили его.

Я бросила жесткий взгляд в его сторону при упоминании его босса.

— Я же сказал тебе, это не будет проблемой. Он живет на втором этаже и пользуется внешним входом. Ты просто останешься здесь, и никогда не узнаешь, что он там. Он даже не придет на свадьбу.

— Он не придет? — Я была ошеломлена. Как босс мог не посетить такое важное событие, как стратегический союз его семьи с ее прошлым врагом?

— У него дела за пределами штата. К тому же, он не очень сентиментальный тип.

Это мягко сказано. Что ж, я бы приняла эту новость как подарок. Присутствие Анджело Сартори не будет незамеченным.

— Осмотрись, — сказал Маттео. — Комната теперь и твоя тоже. Я пойду прослежу, чтобы эти идиоты расставили вещи по местам. — Он закрыл костяшками пальцев дверь и исчез.

Облегченно вздохнув, я сделала глубокий очищающий вдох и прошла в ванную комнату. Оформленная в том же монохроматическом стиле, она могла бы украсить обложку самого элитного журнала по дизайну жилья. Пристроенные к ней гардеробные, каждая из которых была такой же большой, как моя спальня на Манхэттене. Я прошла вдоль рядов одежды Маттео, аккуратно развешанной по группам, и заглянула в верхние ящики встроенного комода. Нижние майки, носки и тренировочные шорты - ничего особо интересного.

Вернувшись в главную спальню, я посмотрела на проем, ведущий в остальную часть комнаты, и подошла к прикроватной тумбочке с будильником. Кровать была застелена, поэтому трудно было сказать, на какой стороне он спит, но я полагала, что будильник - хороший индикатор.

Еще раз осмотрев проём, я потянулась к блестящей серебряной ручке и открыла ящик. Салфетки, несколько случайных таблеток от кашля, ручка с блокнотом, в котором были неразборчивые каракули, и небольшая стопка сложенных канцелярских бумаг. Любопытствуя, я взяла верхнюю бумажку и открыла ее, обнаружив аккуратный женский почерк.

Маттео,

Я знаю, что эти несколько месяцев были бурными, но они были одними из лучших в моей жизни. Ты заставляешь солнце светить ярче каждый день, когда мы вместе, и я боюсь, что жизнь без тебя будет черной, как безлунная ночь. Мне будет не хватать встречи с тобой на этой неделе, когда ты будешь в городе, но то, что я смогу провести с тобой выходные во время нашего путешествия, сделает это терпимым.

С любовью,

Лаура

Это была любовная записка. Мое сердце сжалось и защемило при виде романтической переписки между Маттео и другой женщиной.

Я быстро сложила записку и взяла остальную пачку, пролистав ее, обнаружила, что все они были аналогичным образом написаны. Я не хотела, чтобы меня поймали на подсматривании, поэтому у меня не было времени читать их все, но беглый просмотр показал, что на них нет дат. Я положила любовные письма обратно в его ящик и закрыла его, желая сделать то же самое со своим сердцем - надежно закрыть его в запечатанной коробке и постараться забыть о его существовании.

К сожалению, мое сердце не было достаточно защищено, когда речь шла о Маттео, и то, что я обнаружила, не могло быть незамеченным или забытым. Почему письма до сих пор лежат у него в тумбочке? Был ли он влюблен в эту женщину?

Укол раскаленной до бела ревности пронзил мою грудь.

Были ли у него с ней отношения? Он говорил, что у него больше никого нет, но, возможно, он просто пытался успокоить меня ради нашего союза. Мой отец не разрешил мне исследовать Маттео, поэтому я даже не знала, был ли он женат раньше. Мне вдруг показалось, что я ничего не знаю о человеке, за которого скоро выйду замуж.

Мои щиты опустились, когда я познакомилась с его личностью, но мои знания были лишь поверхностными. Я ничего не знала о его прошлом. О его самых темных грехах или самых сокровенных желаниях. Ничего, что могло бы послужить основой для доверия.

У меня сжалось горло, когда я вышла из спальни и направилась обратно на кухню, где оставила свою сумочку. Я ненавидела то, что увиденные записки повлияли на меня. Я ненавидела себя за то, что не смогла защитить себя лучше. Но еще хуже я ненавидела себя за то, что сбежала, потому что это было похоже на слабость.

Написав быструю записку, объясняющую, что мне нужно вернуться в город, я выскочила из дома и исчезла.

11

МАРИЯ

Позже вечером Маттео написал сообщение, что будет в городе, и предложил мне остаться у него. Я вежливо отказалась, придумав оправдание для себя, и он не стал настаивать на этом.

Когда у меня появилось время подумать, я поняла, что интуиция подсказывала мне, что Маттео не лжет. Если он сказал мне, что больше никого нет, значит, так оно и было. Но я не могла избавиться от зловещего темного облака, которое обрушивалось на мое настроение каждый раз, когда стопка записок всплывала в памяти. Это было похоже на ту чертову игру Whac-A-Mole. Каждый раз, когда я отгоняла образ элегантного женского письма, всплывал другой вопрос или мысль, возвращая мое сознание к теме. Я не могла убежать от этого, как бы сильно я не пыталась.

Когда наступила пятница, спрятаться было уже невозможно. Маттео устраивал репетиционный ужин, который они с мамой решили провести в городе для удобства всех приглашенных. На внешнем уровне вечер прошел прекрасно. Я была приветлива с гостями, ласкова с Маттео и следила за тем, чтобы на моих губах всегда играла улыбка.

Дважды я замечала, что Маттео изучает меня. Я не сомневалась, что он знал, что что-то случилось, но, скорее всего, не мог понять, было ли это общее нервное напряжение из-за свадьбы или что-то более существенное. Мне хотелось, чтобы он понял это и дал мне знать, потому что я сама была в растерянности.

Я тонула в эмоциях и была слишком сосредоточена на дыхании, чтобы что-то сказать. Впервые в жизни я стояла на пороге того, чтобы меня назвали скромницей. Я потягивала вино, вежливо отвечала на вопросы, обращенные ко мне, и отчаянно старалась, чтобы меня не стошнило.

Когда пришло время заканчивать вечер, я прижалась к маме, используя ее как буфер между мной и Маттео. Я договорилась остаться с родителями на эту ночь, используя в качестве предлога прическу и макияж для свадьбы. Мама оплатила услуги команды стилистов, которые должны были приехать к ним домой и подготовить нас к знаменательному дню. Я могла бы поехать туда утром, но я не хотела оставаться в своей квартире одна.