"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Майерс Александр - Страница 822

— Чем же?

— Обычно, когда сюда приходят первокурсники, то, увидев меня, забывают зачем пришли, и все, как один предлагают мне прогуляться с ними под луной. А этот сказал, что, я конечно, красивая женщина, и все такое, но ему больше хочется попасть в кузню, чем провести время со мной. Представляете, он сказал мне «и все такое», будто я сама должна додумать себе комплементы! Магистр, меня только что променяли на наковальню!

— И вы решили доказать ему, что гораздо лучше нее?

— Нет, что вы… мальчишки меня не интересуют, мне нравятся более зрелые мужчины, которые уже остепенились и понимают толк в удовольствии.

— Ну-ну, все вы так говорите, — улыбнулся магистр и скрылся за дверью кабинета.

Я улыбнулся и поторопился на следующее занятие.

— Слушай, Дзин, я сегодня не смогу все оставшиеся полдня провести в библиотеке. Без обид? — повинился я перед напарником.

— Да, какие обиды. У каждого свои дела. А чем займешься, если не секрет?

— Я тут кузню забронировал.

— Мессир Викентий посоветовал?

— Ага.

— Держись его. Он один из немногих, кто относится к универсалам с должным уважением. Знает, что из вас отличные артефакторы получаются.

— А что, артефактор — это прямо-таки уважаемая профессия?

— Ни один маг или даже архимаг не откажется от хорошего артефакта. Нет дураков, что откажутся от заемной силы, которая способна спасти им жизнь. Стихийники действительно способны на большие свершения при помощи магии десятого ранга, но что если тебе противостоит архимаг не меньшей силы, но противоположной стихии? В этом случае используется хитрость, смекалка и…

— Высокоранговые артефакты, — закончил за него я.

— Все верно. И если ты уж решил заняться артефакторикой всерьез, то рекомендую тебе еще уделять больше внимания магическому конструированию. Ведь конструкторы создают заклинания не только для того, чтобы их формировать лично. Можно ведь использовать эти заклинания и для создания артефактов.

— Спасибо. Я бы сам не сразу до этого додумался.

— Всегда пожалуйста.

— Слушай, я тут на закрытый полигон записался. Хочу отблагодарить тебя и потратить время на нем для тренировок с тобой. Мне тут сказали, что все огневики очень вспыльчивы и нетерпеливы. Подумав, что тебе жутко хочется уже приступить к практике, я решил, что с моей стороны будет честно, если я часть свое времени на закрытом полигоне стану тратить на наши совместные тренировки, в знак благодарности, так сказать.

— А вот за это спасибо. Я и сам хотел тебе это предложить, но не решался. Все-таки твое время, и у тебя на него могут быть свои планы.

— Вот и отлично, значит договорились. Но это еще не все. Сегодня я хочу почитать книги о магии Жизни.

— Зачем? Ты никогда не сможешь ее использовать. Даже самые сильные архимаги-целители так и не научились использовать эту магию.

— А ты сам подумай. Зачем преподавателям хранить книги о магии Жизни в высшей библиотеке? Ведь ни один студиозус никогда не сможет использовать эту магию!

— И зачем?

— А затем, что в этих книга могут иметься техники или какие-нибудь подсказки, или методы, которые можно перенести на обычную магию. Стихийную, например.

— А ведь точно! Как я сам до этого не додумался?! Я с тобой. Сегодня начинаем читать книги по магии Жизни!

Фух, нашел-таки, как подобраться к моей прелести! И ведь мотив абсолютно достоверный с учетом того, что не я один теперь возьмусь за их чтение.

И вот одна из вожделенных книг оказывается у меня в руках, и я жадно впиваюсь в черно-белые страницы текста и иллюстраций. Я оказался прав: тут нашлось то, что поможет Дзину и таким, как он, обрести дополнительную возможность стать сильнее. Этими техниками можно еще немного увеличить концентрацию и даже сократить время формирования заклинания. И Дзин находился в ошеломительном восторге, он с таким упоением читал эту книгу, что мне пришлось тоже делать столь же увлеченный вид, хоть в душе я и был разочарован. Но я не отчаивался. Эту книгу я прочитаю за пару дней, а потом перейду к следующей. Начало ведь уже положено, а значит, я реально могу наткнуться на полезную информацию.

Заходя в кузню, я испытал эйфорию. Уголь в горне уже распалили, на отдельном столе лежали различные слитки и заготовки. Инструмент аккуратно разложен, бочка и ведро с водой стоят в стороне, разные порошки и горшочки с чем-то незнакомым расставлены в ровные ряды на полках. Я втянул носом воздух и зажмурился от удовольствия. Сколько же времени я не стоял у наковальни? Давно, очень давно я не держал в руке кузнечного молота.

Я надел кожаный передник, взял клещами маленький слиток железа и закинул его в горн. Я решил начать с малого. Помнится, Конор, сын Гериндорфа, рассказывал мне, что если долго не берешь в руки кузнечный молот, то стоит начинать с чего-нибудь простого. Заготовку ты явно испортишь, но руки вспомнят. Да и применять новые техники ковки лучше всего на чем-нибудь простом. Вот и решил я выковать себе походную ложку, пусть будет.

Как и говорил мой наставник, заготовку я испортил в хлам. Молот то соскальзывал, то я им умудрялся зарядить по клещам, то бил сильнее чем надо, то слабее, то угол не тот… в общем, кроме как «изделие рукожопа» то, что у меня получилось, назвать было нельзя. Но Конор оказался прав: к концу издевательств над металлом, руки, все же начали вспоминать. Я взял следующую заготовку. Хорошо, что она уже нагрелась. Как только сделал несколько первых ударов по первому слитку, сразу понял: нужно греть второй — первый пойдет на выброс. Так и вышло. Второй уже получился куда лучше, но ложкой это было сложно назвать. В дело пошел третий.

Четвертый маленький слиток помог моему телу вспомнить то, что я когда-то умел. И перед тем, как браться за пятый, я вспомнил слова Гламитона о том, что когда-нибудь я смогу медитировать не только на тренировках с мечом и в бою, но и занимаясь любимым делом. Я тогда еще представил в качестве любимого дела соитие с Лией, а вот сейчас, кажется, понял, что имел в виду будущий король севера. Что ж, надо попробовать.

Я закрыл глаза и сосредоточился. Мое сознание, как во время медитации с мечом растворилось, но уже не в окружающем меня пространстве, а в кузне. Она стала для меня единым организмом. Моим организмом, словно я только что обратился к Оплоту Жизни. Я четко понимал насколько горяча моя заготовка, что сейчас лежала на наковальне, насколько распален горн, где и что лежит. Мне даже в голову пришло осознание того, что за порошок находится в каждой баночке.

Я глубоко вдохнул, и молот сам собой опустился на заготовку. С этого момента я не ковал, я лепил. Я делал все настолько плавно и настолько соизмерял прилагаемую силу, что мне казалось, будто сейчас я не кузнец, а скульптор. Я обратился к знаниям, которые получил и от Конора, и от Гериндорфа. Я начал применять их, но в какой-то момент мне показалось, что их методика слишком груба и попытался смягчить ее, сгладить, ведь раскаленный металл тоже любит бережное отношение. Это когда его закалишь, тогда он ответит тебе стойкостью и твердостью, а здесь, в кузне, когда ты его нагрел, он открывает перед тобой свою душу. И не стоит его наказывать за это, наоборот, нужно понять его и подружиться, ты можешь сделать из него то, что ты хочешь видеть, он тебе это позволит, но делать это нужно правильно и нежно…

Глава 18

Я пришел в себя только когда услышал шипение воды в бочке. В душе покоилась безмятежность, и казалось, будто ничто и никто не сможет вывести меня из себя. И если бы я сейчас увидел, как Эль и Лика тут совокупляются с тем хаоситом, я бы, наверное, только хмыкнул и пошел по своим делам. И почему я о них вспомнил?

Я посмотрел на то, что у меня получилось. Ложкой это назвать можно было только с очень большой натяжкой, но я чувствовал, что металл отзывался. Он был благодарен мне и отдавал каким-то домашним теплом, что ли. Да, мне предстоит еще многому научиться, но я точно знал, что я на верном пути, ведь в этой ложке ко мне с благодарностью тянулся сам Эратион. Именно связь с ним помогла мне почувствовать металл, именно благодаря ему я сейчас спокоен.