Кодекс Императора (СИ) - Молотов Виктор - Страница 14

— Но ходят слухи, что в следующем году не будет хватать бюджета на… здания.

— И это нормально. Империи свойственно подстраиваться под нынешние нужды. Сегодня здания строят, а завтра мы перекидываем бюджет на более необходимые цели. Кстати, вы можете и поинтереснее вопросы задавать.

Тут я уже не выдержал и поспешил вмешаться, пока брат не создал плохое впечатление о всей нашей семье:

— Федор, что может быть важнее, чем приюты, школы, сады и льготное жилье для ветеранов?

— Это одна из приоритетных отраслей, — сухо отвечает он.

— Но вопрос был именно об этом.

Брат побледнел и косо посмотрел на меня.

— Я не в курсе подобного сокращения.

Я всегда досконально изучал предоставленные мне отчеты. И хорошо помнил, что в них упоминалось сокращение именно на подобные постройки.

— Может министр экономики нам объяснит сложившуюся ситуацию? Как раз он сегодня присутствует, — киваю на тучного мужчину в дорогом костюме, который сидел в третьем ряду.

Половина камер повернулась к графу Рожкову. Он поднялся и спокойно ответил:

— Дамы и господа, все просто, недавно на совете был подписан указ о распределении бюджета на следующий год.

— Почему этот указ был принят и почему я не участвовал в его подписании? — брат начинал злиться, но хорошо скрывал это на публике.

— Вы не единственный, кто не участвовал.

— Раз не единственный, может вы объясните свой поступок? Кто из нас подписал этот документ? — прямо спросил я.

Никто не сознавался, но я и без того знал, что его подписал Гриша. Иногда можно узнать очень многое, если просто читать предоставляемые отчеты.

Была у министра экономики дурная привычка. Он любил приносить на подпись огромную стопку документов, а самые важные засовывать в середину стопки. Вот Гриша и не заметил, что подписал. Скорее всего, там было так много бумаг со всякой мелочью, что он уже мечтал закончить ставить подписи.

— Для принятия указа нужна подпись только одного наследника. В данном случае подписал Григорий Алексеевич.

Федор покосился на среднего брата, а тот поспешил дать комментарий:

— Произошла ошибка. Мы пересмотрим этот указ.

Этот ответ журналистов удовлетворил, и они перешли к более интересным вопросам:

— Подскажите, удастся империи избежать войны? Обстановка на границах накаляется с каждым днем, — спросил усатый мужчина в очках.

Снова первым вызвался отвечать Фёдор:

— Когда я стану императором, то приложу все возможные усилия, чтобы избежать войны. Но даже если война начнется, то для империи это будет максимально легкая победа.

Боюсь, что легкая победа будет лишь в том случае, если братья сами поедут в Персию, но тогда живым один из них не вернется. Они на это ни за что не пойдут.

Большинство вопросов были простыми, и на них спокойно отвечал кто-то из нас. Журналисты легко перешли с политики на темы о нашей личной жизни.

— Анастасия Алексеевна, а вы уже знаете, кто станет вашей парой? Это же хорошая возможность кому-то стать императором, — спросила рыжеволосая журналистка.

— Пока не знаю. У меня нет времени на любовные дела, — ответила сестра.

— А почему молчит Дмитрий Алексеевич? У него уже есть невеста?

Федор поспешил ответить:

— У Дмитрия тем более нет времени. В скором времени он должен отправиться в Северный Союз, чтобы урегулировать дела с северянами. Наша семья гордится его поступком. Ведь он обещал, что не вернется в столицу, пока не освободит каждого нашего заложника! И несмотря на то, что Дмитрий самый младший из нас, вызвался он самым первым. Мы можем поаплодировать ему за самоотверженность!

В зале раздались громкие аплодисменты.

— Дмитрий Алексеевич, это правда? — обратился ко мне пожилой журналист в сером костюме.

— Конечно, правда, — отвечаю спокойно я. — Разве я могу врать о подобном?

— Вы уверены? Не было бы проще вашим старшим братьям заняться этим вопросом?

— Всё это мелочи. Вы знали про обострение конфликта с Персией? О том, что они готовят вторжение на наши земли?

— Были такие новости.

— Как я мог не поехать на север после того, как Федор и Григорий сообщили нам с сестрой в семейном кругу, что они планируют вдвоем отправиться в Персию? Как наследник и мужчина, смог бы я спокойно спать, зная о поступке моих братьев? Нет. Поэтому я отправлюсь на север с радостью и чистой совестью.

Зал взорвался аплодисментами, после чего вопросы продолжились.

Сразу после конференции оба брата подошли ко мне. Смотрели исподлобья, но я не позволил им заговорить первыми:

— В эту игру можно играть и вдвоем, — усмехаюсь я и выхожу в коридор, где полно людей, туда они за мной не последуют.

На бал, который проводился во дворце после конференции, они тоже не пошли. Первый час я общался со знакомыми людьми, пока меня не выцепила сестра:

— Спасибо, что хоть меня в Персию не отправил, — хихикнула она, держа в руках полный бокал шампанского.

— А ты хочешь? Так еще не поздно записаться! — шутливо спрашиваю я.

— Нет-нет-нет, мне и здесь хорошо.

К нам подошел мужчина в дорогом камзоле и обратился ко мне:

— Дмитрий Алексеевич, можно вас на пару слов?

— Да, — кивнул я, и мы отошли в сторону, подальше от любопытных ушей.

Я узнал в нем барона из захолустья. И пусть по одежде этого не скажешь, но руки выдают в нем опытного бойца.

— У меня достаточно деликатный вопрос…

— Надеюсь вы не достанете кинжал и не станете бросаться на меня с криками: «Смерть законной власти»? — спросил я. — Не станете же?

— Нет, меня устраивает нынешняя власть.

— А вы знаете тех, кого не устраивает? Можем об этом поговорить.

— У меня просьба куда проще, цесаревич.

— В таком случае слушаю вас.

— Меня зовут Звягин Михаил Сергеевич, Ваше Высочество. Я из Белозерского баронства, рядом с нами располагается графство его светлости Чернышова. У него земли куда крупнее моих, и не хотелось бы жаловаться. Но после того, как он повысил в своем графстве налоги, повысился уровень бандитизма.

Барон сжал зубы, но быстро усмирил свою злость и ровным тоном продолжил:

— Это очень повлияло на мои земли. Стало больше банд, появились беглые простолюдины. Не хочу жаловаться, но… Я подавал прошение. В канцелярии мне говорят подождать, а пока я жду, становится только хуже. Люди, работающие на моих землях, уже не могут чувствовать себя в безопасности, это сильно влияет на производительность и мой доход. Моя семья еле сводит концы с концами, поскольку, с момента, когда всё это началось, баронство перестало приносить прибыль, едва на налоги в столицу хватает. Скажу вам честно, не всегда простолюдины доходят до работы, и это случается не по их вине.

Киваю, но пока молчу.

— Не поймите меня неправильно, Дмитрий Алексеевич. Часть моей гвардии, вместе с моим сыном, несет службу у северных границ. У нас попросту не хватает людей для решения проблемы с преступностью.

— Хорошо, я подумаю, что можно сделать.

— Буду премного вам благодарен, цесаревич!

А дело может оказаться интересным. Поспешив узнать больше, я достал смартфон, на котором у меня был специальной допуск на правительственный сайт.

В самом деле, прошение было отправлено несколько месяцев назад. Но почему-то на него не ответили, хотя обычно срок ответа на подобные письма составляет всего две недели.

Потом поискал новости о графе Звягине в интернете, ситуация подтвердилась. Многие семьи простолюдинов на его землях разорились из-за повышения налоговой ставки. Даже успел прочитать, пока не подчистили, что граф Чернышов всех пойманных бандитов выкидывает к соседям.

Эх, столько лет прошло со времен моей первой жизни, а разбойники на дорогах так и не перевелись. И ничем их не перевести: ни железом, ни законом, ни добрым словом.

Время было уже позднее, и я намеревался остаться в покоях этого дворца. Давно здесь не оставался, и мне стало интересно, додумаются ли Вороновы подослать убийц и сюда.