Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 1037

– Олег, вам чаю или кофе? – улыбаясь очаровательной улыбкой, спросила Юлечка.

– Наверно, кофе, а то засыпаю на ходу, – ответил Олег.

Герасимов плюхнулся в мягкое кожаное кресло, взял трубку телефона, положил перед собой листок с телефонными номерами, задумался и положил трубку на место. Достав из пачки сигарету, закурил. В этот момент в кабинет зашла Юлечка в короткой юбочке, подчеркивающей красивые ноги.

– Ваш кофе, Олег, – проговорила она.

– Спасибо, Юлечка, – поблагодарил Олег.

Он докурил сигарету, снова взял трубку и набрал номер телефона.

– Алло, – произнес тихий женский голос.

– Здравствуйте. Извините, мне нужна Шахова Людмила Терентьевна, – волнуясь, сказал Олег.

– Я вас слушаю, – ответил женский голос.

– Скажите, пожалуйста, как можно связаться с Сергеем, вашим сыном?

– А кто вы? – встревоженно спросил женский голос.

– Вы только не волнуйтесь. Меня зовут Олег, я звоню вам из Ростова-на-Дону. Меня интересует один вопрос: где сейчас Сергей?

– Почему я должна отвечать на ваши вопросы? Я не знаю, кто вы, – женщина на противоположном конце провода тоже заметно волновалась.

– Прошу вас поверить мне: я друг и ничего плохого не сделаю, – ответил Олег.

– Хорошо, я верю вам. Сережа до сих пор числится в списках пропавших без вести на территории Чечни, – сказала женщина и заплакала.

Олег сделал минутную паузу. Через какое-то время женщина успокоилась, и он продолжил:

– Скажите, пожалуйста, он проходил военную службу по призыву?

– Да, он был призван тринадцатого января 1995 года и уже весной после учебки находился на территории Чечни. Будь она проклята! – воскликнула женщина и снова заплакала.

– Успокойтесь, Людмила Терентьевна, у меня, возможно, есть хорошие новости о Сергее, – сказал Олег.

– Где он? Что с ним? Он жив? Когда я его увижу? – забросала вопросами женщина.

– Пока я вам могу ответить лишь на один вопрос – да, он жив. Для подтверждения мне нужно связаться с вами каким-либо способом, чтобы вы могли опознать его по фотографии. Как это сделать лучше, я не знаю.

– Я могу приехать, куда вы скажете, – голос женщины заметно дрожал.

– Приезжать не надо, встречу вам с ним мы пока организовать не сможем. Скажите, есть ли у вас адрес электронной почты, на который мы могли бы скинуть фотографию Сергея? – спросил Олег.

– Конечно, у нас на работе есть электронная почта, записывайте адрес, – поспешно сказала Шахова и продиктовала буквы.

– Хорошо, в течение тридцати минут я скину на вашу почту фотографию и сразу же вам перезвоню, – пообещал Олег.

– Буду ждать вашего звонка. Но позвоните, пожалуйста, по другому телефону, по рабочему, – и Людмила Терентьевна продиктовала номер.

Олег отправил по электронной почте фотографии Зверя и перезвонил женщине.

– Да, да, слушаю вас, – радостным голосом ответила Людмила Терентьевна.

– Вы получили фото?

– Получила, это действительно Сережа! Скажите, он точно жив?

– Все хорошо! Он жив, здоров. Чувствует себя хорошо, и мы делаем все возможное, чтобы вы быстрее встретились. Скажите, пожалуйста, вы знаете номер части, в которой он служил, и где она дислоцируется?

– Номер части 64 514 – отдельный танковый батальон, находится в городе Владикавказе, район Хольцман. Командир части подполковник Багаджиев Яков Алексанович. Скажите, когда я увижу сына?

– Обещаю вам, что очень скоро. Главное, что он жив. Мы вам позвоним на днях. До свидания.

– До свидания!

Олег еще долгое время сидел, обдумывая полученную информацию. Ну что же, картина вырисовывается. Все сходится, Зверь говорил, что, со слов чеченцев Вахи и Ахмеда, его вытащили из подорванного танка. За этими мыслями его и застал Барбос, вернувшийся с судебного заседания.

– Ну что, Олежка, какие новости? Связался с матерью Зверя?

Олег пересказал ему телефонный разговор.

– Вадим, меня терзает один вопрос. Допустим, мы признаем в суде, что Якуев есть не кто иной, как Шахов Сергей Вячеславович, и что он незаконно осужден под другой фамилией по статье 205 УК РФ за терроризм. Но что делать со статьей 105 УК РФ – убийством? Ведь его нашли на теле боевика, которому он нанес 135 колото-резаных ран, – и Герасимов вопросительно посмотрел на Барбусова.

– В таком случае вырисовываются отличные перспективы. Ты понимаешь, Олег, он служил в Вооруженных силах Российской Федерации и выполнял свой армейский долг. Теперь необходимо пересматривать дело по вновь открывшимся обстоятельствам. Обвинение в терроризме мы уберем однозначно в связи с непричастностью, а что касается обвинения в убийстве, так в этом случае в действиях Зверя отсутствует состав преступления, так как он находился на территории Чечни и был участником контртеррористической операции… Ладно, не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Необходимо срочно связаться с командованием части, сделать официальные запросы, получить ответы, пригласить мать Зверя, вызвать на суд в качестве свидетелей сослуживцев и командиров Зверя – и я думаю, что мы победим, – с задором проговорил Барбос.

А в это время в «двойке»

Зверя действительно перевели в отряд Фени. Смотрящий разместил его на соседней койке, чтобы тот был всегда на глазах.

Конфликт с чеченской диаспорой назревал. Если бы Феня не предпринял этот ход по переводу Зверя в его отряд, то скорее всего чеченцы уже давно попытались бы поквитаться с ним. Каждый день Феня наблюдал за парнем, отмечая про себя, что не ошибся. В нем был стержень, который невозможно было сломать, ему неведомо было чувство страха. Да, интересно было бы посмотреть на этого жигана, когда он был еще при памяти, то есть до контузии. У смотрящего на Зверя были особые планы. Он решил дать ему поддержку в конфликте с чеченцами, чтобы укрепить свое положение в зоне. Чеченцы были неподконтрольны, и поэтому ход со Зверем был выверенным. Уже не раз до Фени доходили слухи о том, что «чехи» пытались дернуть Зверя на разговор. Чутье не подводило старого волка, и кровь он чувствовал шестым чувством. И вот в один из вечеров перед смотрящим возник делегат от чеченцев. Маленький крепыш по кличке Муха стоял перед Феней и перебирал четки.

– Ты мне сразу скажи, с чем пожаловал, с миром или как? – обратился к нему Феня.

– Меня братья направили к тебе, Феня, чтобы Зверя к ответу подвести. Отдай его нам. Ты же знаешь, мы в твои дела не лезем, и ты в наши не лезь, – выдал с ходу Муха.

Феня внимательно посмотрел на молодого чеченца и на минуту задумался. От этого взгляда Муху передернуло, холодный пот потек по его спине.

– Вот сколько вас, первоходков, у меня на веку было… Все вы торопитесь куда-то, да невдомек вам, что тише едешь – шире морда, – произнес низким, ничего хорошего не предвещающим голосом Феня.

– Не понял…

– А ты в следующий раз с переводчиком ко мне приходи, чтобы я тебе здесь не разжевывал и по спине не стучал, чтобы провалилось. Ты думаешь, для чего меня здесь смотрящим поставили? Да для того, чтобы я к ответу любого мог подвести и рассудить по справедливости, прав человек или нет, по понятиям; а ты являешься ко мне и просишь жигана вам на растерзание отдать. Не по понятиям это.

– Мы уважаем твои понятия, Феня, но и ты пойми нас. У нас свои обычаи, и в случае, если кто-то из нохчей нарушает наш обычай, мы вправе спросить с него как с понимающего. Отдай его нам или… – и Муха, поняв, что сказал лишнее, замолчал.

– Или что? – подхватил брошенный вызов Феня. – Или что, я еще раз тебя спрашиваю? Ты сюда пришел мне ультиматумы выдвигать? – зло глядя на Муху, сквозь зубы процедил смотрящий.

– Ребята сказали, что если ты его нам не отдашь, то мы его сами возьмем и порежем на куски, – произнес Муха.

– Какие такие ребята тебе сказали? – по-детски удивился смотрящий, подыгрывая Мухе.

– Наши ребята, нохчи, – ответил Муха.

– Ну так вот, Муха, передай своим ребятам-нохчам, что Зверя я вам не отдам, жиганец он правильный. Ну, а если все же вы дотянетесь до него, то пеняйте сами на себя, – сказал, как отрезал, Феня.