Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 1144

Полковник укоризненно покачал головой:

— Нет, Андрей, ты все же еще никак не отойдешь от смерти Ковалевой и сильно утрируешь ситуацию. Но это пройдет. Как выйдешь к объекту, так и пройдет. Тебе не до событий в Москве будет.

Москвитин согласился, но как-то с иронией:

— Это уж точно! А насчет утрирования фактов — конечно, я все утрирую. И более чем странное убийство Анастасии, и выводы следствия под диктовку Оболенского, и слежку за собой в Москве.

Полковник удивленно посмотрел на Москвитина.

— Слежку? О какой слежке ты говоришь, Андрей?

Майор поведал командиру отряда о «Форде», который стоял во дворе дома Ковалевой ночью, когда Андрей скрытно проник к Анастасии, и который позже пасся уже возле его дома, а утром сопровождал Москвитина по пути на службу.

— Странное совпадение, тебе не кажется, Игорь?

— Ты уверен, что это была одна и та же иномарка?

— И даже одни и те же пассажиры в ней. Когда я заметил их у своего дома, то в квартиру не пошел, выйдя из здания с тыловой стороны. И провел ночь в квартире товарища. Появился только утром, зайдя к своей тачке так, что наблюдатели могли прекрасно меня разглядеть. Видел бы ты их изумленные рожи! Так что, полковник, ничего я не утрирую. Замутил мутняк нам уважаемый Петр Константинович! И для чего это он сделал, думаю, мы совсем скоро узнаем.

Полковник прошелся по кабинету:

— Считаешь, что в горах отряд может ждать засада?

— Нет, вряд ли. Спецназ, тем более целый отряд, не так легко заманить в засаду. Разведка определит признаки ловушки, да и «Гарпун» не мотострелковая рота и даже не батальон. Чтобы разбить отряд, надо иметь таких же профи, как у нас. А таковых у Джуры нет. К тому же ущелье Хатулам не то место, где можно рассчитывать на уничтожение отряда спецназа. Даже большими силами. Ведь в часе форсированного марша от Матли десантный полк стоит. А десантники — ребята тоже не промах. Воевать умеют! Нет, засады не будет, а вот подлянка какая выплыть может свободно. И такая подлянка, что окажется разрушительней любой засады.

Карцев спросил:

— И в чем она может выразиться, ты хоть предположить можешь?

— Пока нет. Возможно, позже, на месте, прокачаю обстановку. Сейчас не смогу.

— Ясно. Ты давай подбери себе ребят, чтобы командиры групп не нервничали, не зная, кого именно ты увезешь у них. А то без этого они полноценно готовить оставшиеся силы не могут.

Москвитин кивнул:

— Хорошо, сейчас же займусь этим. Но десяти человек мне не надо, справлюсь под прикрытием трех боевых двоек. Этого будет достаточно. Ну и плюс Захаров.

— Захаров?

— Да. Понравился мне парень. Ловкий черт и бесстрашный, а главное — спокойный, воспринимающий службу как обычную работу. К тому же он кофе прекрасный варит. А заодно в состоянии и спину мне надежно прикрыть. Верю я ему!

Полковник согласился:

— И правильно делаешь. Гоша феномен в своем роде, прирожденный воин и следопыт. — Давай. Как подберешь группу, зайди, договоримся о порядке связи, у нас тут позывные изменились, я тебе доведу новые.

Майор повернулся, чтобы выйти из палатки, но вдруг заверещал аппарат спутниковой связи, по которому мог звонить либо генерал Оболенский, либо его заместитель полковник Жирнов. Андрей спросил:

— Я остаюсь?

Полковник разрешающе кивнул головой, включил трубку:

— Карцев, слушаю.

— Оболенский. Доброе утро, полковник.

— Доброе, товарищ генерал.

— Свежие разведданные получил?

— Так точно!

— С порядком обработки ущелья определился?

— Конечно. Группы начали подготовку к операции.

— Это хорошо. Будь там аккуратней, Игорь Иванович. Задача перед отрядом серьезная поставлена.

Полковник спросил:

— А когда нас просто прогуляться в горы отправляли?

— Это верно. Москвитин далеко от тебя?

— Вместе с личным составом отряда. А что, он нужен вам?

— Да нет! Просто передай ему, что просьбу его я выполнил. Он поймет.

— Передам.

— После занятия отрядом рубежей действия план обработки объекта мне на утверждение. Без моего приказа никаких движений в ущелье! Ясно?

Карцев отключил аппарат, взглянул на Андрея:

— Слышал разговор?

— Слышал, Игорь Иванович!

— А о выполнении какой просьбы, если не секрет, Оболенский просил сообщить тебе?

— Да какой секрет? Я просил его лично возложить от меня венок на могилы Ковалевой с дочерью. Вот он и возложил. Видно, только что похороны прошли. Может, с кладбища и звонил ваш руководитель. Пошел я. Только… — Москвитин ненадолго задумался, — только, Игорь, когда будешь докладывать ему план действий отряда в Хатуламе, обо мне ничего не говори генералу.

— Как это так? Тобой он наверняка поинтересуется в первую очередь!

— Ну, скажи, что, сославшись на него, Оболенского, я готовился к выходу автономно, не раскрывая своего замысла. С этим и ушел в горы. Вызывать меня на связь он не сможет, а ты потом поведаешь мне о его реакции на мою самодеятельность. Добро?

Полковник согласился:

— Добро! Только что это тебе даст? Не понимаю.

— Я и сам пока не понимаю. И все же сделай, пожалуйста, как прошу.

— Иди с богом. Сделаю, не сомневайся.

— В тебе, Игорь, я никогда не сомневался.

Майор вышел из палатки и, отобрав шесть бойцов — по три человека из каждой группы — плюс прапорщика Захарова из отделения обеспечения, собрал свою новоиспеченную боевую группу для объяснения задачи, которую той предстояло выполнить в ауле Матли.

Генерал Оболенский действительно звонил полковнику Карцеву с кладбища, где только что закончилось погребение Анастасии Ковалевой и ее дочери. Отгремел салют автоматных выстрелов, и человек, приготовивший к смерти тех, над гробами которых только что произнес пафосную речь, прошел на соседнюю аллею, откуда связался с командиром отряда спецназа. По окончании разговора с Карцевым Оболенский вызвал другого абонента, чеченского террориста Адама Дахашева, против которого минуту назад нацеливал полковника.

— Джура? Это Оболенский.

— Я слушаю тебя.

— У вас в ущелье все готово к приему спецназа?

— Я выведу отряды в назначенное время.

— Хорошо. Что с Матли?

— О, там все в порядке. Готовы встретить твоего непобедимого Москита.

— Ты только учти, Джура, он человек опытный, осторожный и в то же время решительный. Способный на многое.

— Я это учел, уважаемый.

— Ну и хорошо! Отбой. Свяжемся перед началом игры.

Оболенский отключил аппарат, вернулся к траурной процессии. Вскоре покинул кладбище, направившись в офис.

Глава 6

На место, обозначенное разведчиками, двумя «вертушками» вылетела основная боевая группировка отряда «Гарпун».

Высадился спецназ на лугу, около небольшой рощи в непосредственной близости от лесного массива, тянущегося до Армакского перевала. Штурмовые подразделения после уточнения задачи начали автономные марши к своим целям, установив связь с разведывательными дозорами. Москвитин же построил свою группу из семи человек. Группа состояла из трех боевых двоек, которыми командовали старшие лейтенанты Зайцев, Андреев и Жгут. И прапорщика Захарова.

Инструктаж Москвитина был короток:

— Внимание, совершаем марш к селению Матли, следуя строго в юго-восточном направлении. Впереди я с Захаровым, следом остальные «двойки» на дистанции визуальной видимости. Особо не растягиваться, но и не сближаться без необходимости. Перемещаться, как говорится, след в след и смотреть под ноги. Предупреждаю! Получивших случайную травму придется оставлять на месте до возвращения группы после выполнения боевой задачи. Никаких санитарных бортов не будет, так что максимум внимания. Режим движения форсированный. Нас у Матли передовой дозор не ждет, а следовательно, до занятия позиций действия придется проводить разведывательные мероприятия. У меня все! Вопросы?

Вопросов у офицеров спецназа не было, и группа Москвитина начала марш протяженностью почти в двадцать километров. В первые же минуты Андрей в полной мере оценил: как здорово, что он выбрал прапорщика Захарова. Лишь взглянув на карту Москвитина, тот, по сути, и повел группу. И вел ее сибиряк по лесу, как по московскому проспекту. Уверенно, быстро и, главное, каким-то, наверное, природным чутьем обходя опасные участки — глубокие ямы, трудно проходимый кустарник, выдерживая в точности заданное направление. Андрей не мешал ему, отойдя на второй план. Захаров с первым этапом операции, а именно с выдвижением группы к объекту, справлялся лучше майора, и Москвитин на время все доверил молодому прапорщику, не видя в том никакого ущемления собственного достоинства старшего офицера. Главное — дело, все остальное ерунда! В бою о субординации не думают, не до нее! Лишь бы уцелеть и победить. Всем, от рядового до генерала! Может, кроме маскировки, еще и поэтому с боевой формы убраны знаки различия!