Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 377

— Что за чтиво? — майор Гордеев, только что возвратившийся с доклада командиру батальона, довольно улыбался.

— «Три мушкетёра», — старший лейтенант оторвался от увлекательного действа и, закрыв книгу, показал командиру её красочную обложку.

— А, вижу, — со знанием дела протянул ротный и, начав скидывать надоевшие берцы, кивнул в сторону стоявшего на полу рюкзака. — А Алферов где?

— Да пошёл своих оболтусов успокоить, — ответил Кузнецов и пояснил, — расшумелись…

— А твои?

— Мои спят, — старлей, внезапно осознав, что ему очень хочется закрыть глаза, отложил произведение Дюма в сторону.

— Отбой? — заваливаясь на своё место, уточнил Гордеев. Олег кивнул и, одним рывком очутившись на верхней полке, последовал примеру старшего по званию.

Они не слышали, как появился, мурлыкающий про себя песенку, Сергей, как он долго что-то искал у себя в рюкзаке, а когда нашёл, только взглянул и сунул обратно, а затем лёг и долго лежал с открытыми глазами, размышляя о чём-то ведомом только одному ему…

Чечня утопала в свежей весенней зелени. В солнечном свете листочки деревьев казались покрытыми тончайшим слоем лака, а трава, пробившись сквозь нагревшуюся солнцем землю, была подобна ярко окрашенным шёлковым нитям. Совсем недавно прошёл небольшой дождь, и его прохладная свежесть всё ещё чувствовалась в нет-нет, да и налетающем южном ветре. Рассаженные на чистку оружия бойцы, сперва было вознамерившиеся малость позагорать и по пояс раздевшиеся, посидев некоторое время и поёжившись всё от того же ветерка, вынуждены были вновь надеть тельники и облачиться в хэбешные куртки.

Оружие, доставшееся его группе, новым не было, но, несмотря на обгоревшее местами воронение, выглядело вполне прилично.

Кузнецов доверил свой автомат закончившему чистку винтовки Баринову и отправился в секретку получать карту местности. Впрочем, с картой можно было и повременить, но Олег предпочитал запасаться всем сразу и под завязку. Через пять минут он вернулся, сел на коврик и, разложив на коленях вожделенный лист «бумаги», принялся его рассматривать.

— А здесь мы в прошлом году трёх чехов в плен взяли! — из-за спины Кузнецова показалась физия улыбающегося Маркитанова, и его грязный, в смазке, палец, ткнул в означенную точку на карте, оставляя на ней большое масляное пятно.

— Димарик! — взвыл оскорблённый в лучших чувствах старлей. — Иди отсюда, пока я тебя чем-нибудь не прибил!

— Карта же ламинированная! — Не понимая, за что на него сердятся, непритворно обиделся Димарик и, уже уходя, буркнул: — Долго вытереть, что ли?!

Кузнецов тяжело вздохнул, но больше ничего говорить не стал.

— Товарищ лейтенант, посмотреть можно? — Олег увидел, что, видимо, вдохновлённые Маркитановым, к карте подтянулось сразу несколько бойцов группы.

— А ну, сели все обратно на свои места! — рявкнул на них Кузнецов. — Ещё будет время, насмотритесь. Я вас ещё её на память учить заставлю. Будете мне схемки рисовать. Картографы, блин! — он замолчал и, потянувшись к возившемуся с затвором Краснову, стянул у него маленький кусочек подшивы, предназначенный для чистки оружия и, аккуратно вытерев оставленное на карте пятно, вернул обратно.

— А я что говорил? — старший лейтенант опять не заметил, каким образом Димарик оказался за его спиной, а вроде бы уходил на другой конец чистившей оружие группы. Или померещилось, а он всё так же и стоял? Кузнецов в очередной раз вздохнул, бороться с подобной простотой у него не было сил.

«Чёрт с ним, — решил Олег, — пусть покажет что хочет, может тогда, наконец, отстанет».

— И как вы их взяли? — не от любопытства, а скорее что бы начать разговор спросил Кузнецов. Если бы он знал, на какое время затянутся рассказы боевого командира первого отделения…

После обеда получали вещевое имущество: свитера, горки, рейдовые рюкзаки. Маскхалатов, как и ожидалось, не было. Впрочем, они и шли не по вещевой, а по инженерной службе. Почти всё имущество, доставшееся бойцам, оказалось видавшим виды и требовало если не штопки, то усиленной стирки уж точно. Офицерам и прапорщикам повезло больше: получаемые ими вещи были первой категории. И единственное, что нуждалось в игле и крепких нитках — это плохо прошитые рюкзаки рейдовые или по привычному эРеРки. Это чудо мысли военных «конструкторов» не выдерживало предлагаемой разведчиками загрузки.

До самого отбоя стирали, шили, подгоняли разгрузки и обмундирование. Утром продолжили начатое, и только уже ближе к вечеру старший лейтенант Кузнецов понял, что имущественная эпопея закончена.

А на проходившем в тот же день совещании комбат объявил, что на следующей неделе на три группы придёт боевое распоряжение. Оставалось только гадать, кто останется в ПВД. Олег почему-то (видимо потому, что его группа четвёртая) думал, что его, но он ошибался…

Глава 2

Первый боевой выход

Группа Кузнецова уходила в ночь. Но несмотря и даже, возможно, именно поэтому (вечер так и дышал теплом, а две предыдущие ночи температура не опускалась ниже плюс 17 градусов) теплых вещей много не брали. Свитеры, плащ-палатки, перчатки и на всякий случай запасные носки, кое-кто взял тельняшки и зимние подштанники. А чего было много набирать, если уходили на три дня? Всего-то что протрястись, сбросить лишний жирок, познакомиться с местными условиями. Кроме Димарика, в четвёртой группе побывавших в Чечне не было. От первого выхода особого результата не ждали. Свежей информации о районе не было никакой, а старьем, которым последнее время пыталась пичкать отряд Ханкала, можно было смело растапливать печку.

— Людей проверил? — майор Борисов на первое Б/З шёл вместе с четвёртой группой и сейчас придирчиво оглядывал выстроившихся на передней линейке бойцов.

— Так точно! — отвечая на заданный вопрос, Кузнецов невольно перебирал в уме, всё ли действительно он предусмотрел и не забыл ли в суете сборов чего-нибудь нужного и важного. Нет, вроде бы всё было взято. Миноискатель, кошка у рядового Киселёва, мины получили, провода и подрывные машинки выдал, бинокль взял, карта в разгрузке. Точно, всё на месте. Не считая рядового Осипова, заболевшего на второй день по прибытию в ПВД, все бойцы в строю.

— «Лиану» взял? — Павел Петрович наклонился, придирчиво осматривая свежие нитки на рейдовом рюкзаке Баринова. Осмотрев, покачал головой и в ожидании ответа покосился на раздосадованного этим вопросом Кузнецова.

— Никак нет, товарищ майор. Кончились.

— Как это кончились? — брови Борисова удивлённо поползли вверх.

— Не знаю, товарищ майор, на складе нет.

— Ладно, разберусь, — задумчиво протянул он. И тут же бодро: — Ничего, бдительнее будут, а то на техническое чудо пронадеются и ханды кряк…

Этот строевой смотр практически ничем не отличался от десятков других строевых смотров, виденных Кузнецовым прежде — ещё в мирной жизни. Разве что снаряжение было несколько другим, да начальники служб хоть и казались более дотошными, но не изводили командиров групп мелкими придирками, выискивая лишь реальные, а не мнимые недостатки. Наконец всё было проверено, и убывающие, взвалив на плечи тяжелые рюкзаки, потянулись к стоявшим за воротами бронированным «Уралам».

— Ни пуха! — остающийся в ПВД Иволгин шлепнул уходящего Кузнецова по плечу.

— К чёрту! — Олег улыбнулся и вдруг почувствовал, как в душе начала разрастаться противная, щекочущая боль ожидания, совсем было потерявшаяся в хлопотах предбоевой суеты.

Иволгин хотел сказать что-то ещё, но был вынужден отскочить в сторону, уступая дорогу идущему чуть левее (сокращавшему расстояние!!!) Димарику, степенно (враскоряку), шагающему по шуршащей под ногами гальке и мотавшему из стороны в сторону стволом своего пулемёта.

— Димарик… — Виктор чертыхнулся. Услышавший это Кузнецов хмыкнул, а Маркитанов не обратил на брошенную в его адрес фразу ни малейшего внимания. Он шёл на очередное в своей жизни боевое задание и распирающая внутри гордость, словно поднимая над землей, помогала ему не замечать ни тяжести нагруженного снаряжения, ни остающихся в ПВД офицеров.