Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 386

— «Пусть спят», — решил он и продолжил несение службы.

Раздавшиеся за спиной шаги привлекли его внимание и заставили отложить бинокль в сторону.

— Чь, — окликнул он идущего и на всякий случай развернул ствол в его сторону. Это было маловероятно, но вдруг какой «дьявол» проник за пределы боевого охранения?

— Свои, — донесся приглушенный шепот проверяющего посты командира. И уже подходя: — Как у тебя тут?

— Тихо, — таким же мертвящим шепотом ответил Димарик и поставил оружие на место. — Вот только сова кружила…

И тут же, как бы в подтверждение его слов, откуда-то из темноты переплетающихся ветвей скользнула бесшумная тень, спикировав вниз, схватила что-то у самой земли и, быстро взмахивая крыльями, свечой поднялась вверх.

— «Промахнулась?» — с надеждой подумал Димарик, но раздавшийся над самой головой писк свидетельствовал об обратном. Сержант вздохнул и предпочёл об этом больше не думать.

— Командир, завтра поиск?

— Планировался, а там могут и переиграть. Есть информация о передвижении большой группы вооруженных лиц, двигающихся в нашем направлении. В общем, утром видно будет, — Олег, до этого присевший рядом с Маркитановым на корточки, поднялся и неслышно поспешил дальше. Сова прилетала ещё несколько раз, но так больше ничего не углядев, бесследно растворилась в ночном звёздно-лунном небе.

А на утро мышь пришла снова, тем самым не сказанно обрадовав уже было распрощавшегося с ней Маркитанова. Приготовленный для плутовки кусок галеты был съеден в течение пары минут. Покушав, мышка умылась и, встав на все четыре лапки, вытянула вперед шейку и стала дергать мордочкой, словно маленький поросенок, просящий чего-нибудь съестного. Димарик улыбнулся и медленно, боясь напугать, протянул вперёд руку с зажатым в пальцах целым квадратиком хлебного лакомства, но коснувшись кистью земли, выпускать из пальцев его так и не стал, ожидая реакции серого недоразумения. Та, не слишком спеша, отбежала на несколько сантиметров назад и остановилась. Хлебный запах достиг её ноздрей. Нерешительно потопталась на одном месте, затем, развернувшись, резко пробежала вперед, выхватила галету из пальцев ещё больше развеселившегося Маркитанова и скрылась. Сержант так и не смог понять, куда ускользнула эта бестия. Квадрат хлебца был слишком велик, чтобы мышка так запросто проскользнула с ним в норку. Но искать место её исчезновения он не стал, тем более что объявили о двадцати минутной готовности к началу движения.

Сегодня они шли строго на север, бойцы выстроились в линию и начали движение. Пропускавший мимо себя головной дозор, Димарик дружески шлепнул по плечу проходившего мимо Киселёва, улыбнулся рядовому Баринову, вызвав ответную улыбку, в шутку погрозил кулаком в сторону шедшего третьим в тройке Щукина, пропустил вперёд себя Есина, отпустил его метров на восемь, бросил два квадратика галет в корневища кустарника и, пожелав мышке приятного аппетита, шагнул следом.

Сержант Маркитанов шел, чувствуя, как нога ступает в мягкую, насыщенную влагой почву. Иногда ботинок проваливался в травяной подстил буквально по щиколотку, но, тем не менее, открытой воды нигде не было видно. Не было ни ручейка, ни зеркального отблеска озера, зато повсюду торчал вылезший из-под земли тростник. Его тонкие прямые стебли тянулись вверх, словно пытались подняться над вершинами окружающих деревьев. Собственно, деревья в этой лощине росли не так часто, как обычно, да и толщина их стволов была гораздо меньше. Кустарники отступили, и теперь окружающее пространство просматривалось на многие десятки, а иногда и сотни метров. Но это длилось недолго. Вскоре ровная низина перешла в едва заметный подъем, и почва под ногами вновь стала твёрдой, деревья скучились, а в тех местах, где их почему-то оказалось немного, в изобилии разросся орешник.

— Чи, — окликнул Кузнецов впереди идущего Краснова и знаками отдал приказ: головняку сместиться влево и уйти под защиту густых зарослей орешника.

Теперь они шли гораздо медленнее. Мало того, что сам кустарник, переплетаясь меж собой ветвями, заставлял заметно снижать темп, так ещё и значительно возросла вероятность внезапной встречи с противником. Тем более что стали попадаться зримые следы его пребывания. Повсюду валялась старая и никому уже не нужная полиэтиленовая плёнка, стаканчики из-под сухого картофеля быстрого приготовления, полностью выдавленные тюбики высококалорийного майонеза. В одном месте лежала порванная и выброшенная за ненадобностью армейская разгрузка старого образца. Но все следы были давними и никакой ценной информации не несли. Было понятно, что чехи изредка садились в этих местах, кушали и уходили по своим делам дальше. Пытаться отжать их здесь — это всё равно, что бить палкой в большое озеро в надежде выловить рыбу. Можно было тыкать всю жизнь, но так и не увидеть вожделенной ухи, а можно первым же ударом оглушить большую щуку или целое стадо рыбёшек поменьше. Олег не собирался полагаться на случай, и потому шел дальше, твердо рассчитывая не сегодня так завтра отыскать вражескую базу или, по крайней мере, обнаружить схрон или, правильнее, тайник с большим количеством оружия. Но схрона нигде не было, базы тем более. Густые кусты орешника стали редеть и вскоре закончились, потянулся скучный в своей однообразности лес. На небо наползла небольшая туча, но к радости Кузнецова так и не разродившись дождем, потянулась дальше, а спрятавшееся было в её космах солнце выглянуло вновь и заиграло своими бликами на поверхности шевелившихся от дуновения ветерка листьях.

— Олег! — Кузнецов повернулся и увидел сзади нагоняющего его Атясова. — Олег, — повторил тот и показал рукой: «сажай группу».

— Чи, — и тут же один в один повторил движение, сделанное заместителем командира роты — «садимся». Оглянувшийся на оклик Краснов кивнул, и сигнал пошел дальше.

— Я смотрю, ты планируешь перевалить через хребет?

Кузнецов согласно кивнул и капитан продолжил:

— Здесь не подняться, слишком отвесные стены.

Он сел, достал из разгрузки карту, развернул её и, дождавшись, когда командир группы усядется рядом, ткнул в точку на карте.

— Видишь ручей? Он подмыл глину, и здесь ещё метров четыреста тянется обрыв метров по пятнадцать. Но чуть дальше есть небольшой, относительно пологий, а потому вполне подходящий каменистый участок. Там и поднимемся. Только предупреди бойцов, возможно минирование. Мы там в позапрошлом году с полдесятка замыкателей сняли.

— Понял, предупрежу, — заверили Олег и взглянул на часы. До выхода на связь оставалось десять минут, поднимать группу не имело смысла.

— Старших троек ко мне! — приказал старший лейтенант, а Атясов, пристроившись поудобнее около небольшого бугорка, блаженно закрыл глаза. При наличии командиров групп он мог себе позволить иногда немного расслабиться…

Подходящий участок оказался обмылком огромной, древней, всё еще каким-то образом сохранившейся скалы, почти отвесно уходящей вверх и тянувшейся до самой верхотуры хребта. Увы, похоже, подняться по ней было не многим легче, чем взлететь.

— Чи, — Олег махнул рукой, останавливая группу и приказывая ей рассредоточиться. Меж тем основательно проинструктированный головной дозор неспешно двинулся вперёд. Сперва они, значительно увеличив дистанцию, спустились в глубоко пролегающее речное русло и, начав идти по нему, почти тотчас наткнулись на частично занесенные камнями и скрытые небольшим слоем воды гусеницы от БМП, чуть дальше валялась искорёженная взрывом башня. Куда делась сама машина, оставалось только догадываться. Затем, преодолев эту мелководную речную преграду, подобрались к основанию скалы и начали медленный подъем. Первым стал вкарабкиваться наверх рядовой Киселёв Сергей Иванович, внештатный сапер подразделения и кандидат в мастера спорта по спортивному ориентированию. Щукин и Баринов пока оставались внизу под прикрытием каменного уступа.