Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 776

…Сержант Павел Забродский, командир отделения. В ходе боя чтобы обеспечить вынос раненых вызвал огонь противника на себя, чем проявил личное мужество и отвагу. На протяжении всего боя, будучи контуженным, отражал все попытки противника овладеть удобным подъёмом, кроме того, уничтожил снайпера и два пулемётных расчёта боевиков. Представлен к медали «За отвагу».

…Сержант Александр Силин, зам. командира взвода, в ходе боя уничтожил пулемётный расчёт и гранатомётчика противника. Представлен к медали «За отвагу».

…Старший сержант Александр Почтарёв, в ходе боя уничтожил снайпера противника, чем дал возможность продвижения разведгруппы. Там же им было уничтожено около 6 боевиков. Представлен к медали «За отвагу».

…Рядовой Сергей Елиусидов, разведчик-пулемётчик, уничтожил две огневых точки противника, чем предотвратил его наступление. Был тяжело ранен, но держал позицию. Представлен к ордену Мужества.

…Старший лейтенант Вячеслав Тепляков, и. о. командира разведроты. В ночь с 12 на 13 февраля его разведгруппе была поставлена задача разведать и овладеть высотой 799,0, а также разведать дорогу для подхода техники. Благодаря умелому руководству, высота была взята и целые сутки удерживалась под шквальным огнём боевиков до подхода основных сил.

…Старшина Александр Родионов, командир отделения, находясь на опасном направлении в ходе боя уничтожил два пулемётных расчёта и гранатомётчика. Примерно в 20:30 12 февраля получил сквозное ранение в грудную клетку. После оказания первой медицинской помощи вернулся на боевую позицию и ещё в течение часа вёл бой. После чего потерял сознание от потери крови. Эвакуировать его не было возможности: разведгруппа была в окружении. В 11:20 13 февраля старшина Родионов скончался на боевых позициях. Своим личным мужеством и примером старшина Родионов поднял боевой дух подразделения. Представлен к ордену Мужества посмертно.

Елена Чиж, начальник медслужбы батальона:

— Тогда на помощь нашим пошли шесть БМП с десантом. По рации сообщили в батальон, что на высоте — трое «трехсотых». Они были ранены вечером, но идти к ним на помощь на ночь глядя — почти на смерть. Утром комбат говорит мне: «Собирайся, поехали».

Стоял туман, дорога была ужасная. Ехали вдоль поля. Слышу — какие-то пехотинцы кричат: «А что это вы тут ползаете? Мы же здесь всё заминировали». Развернулись, пошли по ручью. Заметила с брони разорванные спортивные штаны на обочине, фантики от «Сникерсов». Командир заметил прыгающий сугроб, это был, наверное, разведчик боевиков, и закричал: «С машин!». Все врассыпную, сразу залегли.

Первая БМП залезла на высоту, а другие никак, скользят, сползают. Пришлось идти пешком. У меня разгрузка весила 25 килограммов, плюс автомат со спаркой магазинов и сумка с медикаментами. Тяжело, сколько могла — шла сама, потом шла и держалась за ремень бойца. На высотке было трое раненых. Тяжело раненого пацана звали Саша. Лежал он на плащ-палатке в снегу. Открыла рану — входящее пулевое в живот. Он был в сознании, но заторможенный. Надо везти, но с горы спускаться на БМП, это два-три часа. Он был нетранспортабельный. С нами был авианаводчик, мы ему: «Давай вертушку сюда!». Но погода нелётная, пасмурно, и вертолёту не сесть, мы были в лесу. Поднять тяжело раненого на тросах в зависший над землей вертолёт — это только в боевиках показывают, фантастика.

Сделала раненому укол промедола, взяла его за руку: «Саша, мама Лена пришла…». На меня все смотрят, но я не Бог, я ничего не могла сделать, он 14 часов лежал. Я знала, что он умрёт. Он открыл глаза, такие серые глаза, смотрит в небо и говорит: «Я надеюсь, это не голос ангела с небес…». Эту фразу я не забуду никогда. — «Нет-нет, это я с тобой…». Закрыла ему глаза, и всё. Ничего не могла сделать!

Ещё двое раненых — у одного проникающее ранение в поясничную область. Второй, пожилой контрактник — ему пулей снесло челюсть.

10. Десант на Альпийскую

К этому времени боевые действия в Чечне всё ещё шли на нескольких направлениях. Противник упорно оборонял Грозный. Подразделения российских воздушно-десантных войск занимали несколько высот южнее Шатоя, препятствуя передвижению отрядов боевиков по Аргунскому ущелью, но это направление требовалось прикрыть более надёжно. Гора Альпийская имела важное оперативно-тактическое значение: тот, кто её контролировал, имел возможность держать под огнём обширные участки окружающей местности, особенно горные дороги и тропы.

Александр Куклев, начальник разведки 3-й мотострелковой дивизии:

— В целях завершения разгрома бандформирований Гелаева, которые вольготно чувствовали себя в Шатойском районе, командованием ОГВ на Северном Кавказе было принято решение силами частей и подразделений ВДВ выдавить их из долины на равнинную местность, окружить частями Западной группировки и уничтожить.

Для обеспечения этой задачи 752-й мотострелковый полк выдвигался на Харсеной, войсковая и специальная разведка занимала господствующие высоты, обрамляющие долину, части ВДВ при поддержке артиллерии и авиации осуществляли зачистку Шатойского района. В результате предпринятых мер обозначенный район был очищен от НВФ, районный центр Шатой и другие населенные пункты были взяты под контроль федеральных сил. Остатки банды Гелаева пошли на север и были заблокированы частями Западной группировки генерала Шаманова в селе Комсомольское.

Разведывательный отряд, которым я командовал, выполнял задачи в период с 17 февраля по 2 марта. В составе отряда было до пяти разведывательных взводов 84-го орб, миномётный взвод, расчёт ПТРК (противотанковый ракетный комплекс — авт.) «Фагот», снайпера с 12, 7 мм винтовкой, отделение сапёров, авианаводчики фронтовой и армейской авиации, группа спецназа от 664-го отряда спецназа. По составу отряда можно судить о важности задачи.

Владимир Самокруткин, командир батальона, подполковник:

— Южная сторона Альпийской смотрела на Грузию, а северная — в Чечню. С северной части горы можно было хорошо обстреливать из миномётов Аргунское ущелье. Это был первый случай переброски разведгрупп батальона в тыл противника на вертолётах.

На горе высотой более трех тысяч метров — вечный снег, крутые обрывы. Солдаты в снегу вырубали себе большие кирпичи и из них строили укрытия. «Духи» их ежедневно обстреливали из миномётов и стрелкового оружия, но наши не ушли, задачу выполнили достойно и без потерь. Долго там был начальник разведки дивизии.

Сергей Шанин:

— На гору Альпийскую нашу группу в количестве двенадцати человек во главе с командиром роты капитаном Гагариным забросили вертолётом. Задачу поставили так: взять высоту, чтобы поддержать действовавшие в этом районе подразделения десантников, и отрезать отход «духов» к грузинской границе. Реально мы действовали как штурмовая группа, а не войсковая разведка. Время операции нам не определили — по обстановке.

На подлёте к горе нас обстреляли с земли, вертолёт был прошит пулемётными очередями, но, к счастью, не задымил и серьёзных повреждений не получил. Обошлось без потерь, но садиться под огнём было рискованно, и командир вертолёта приказал: «Прыгать!». Десантировались в полете, с небольшой высоты, по-боевому, под огнём с земли. Никто не знал, что на Альпийской будут «духи», по данным авиации, их там не было. Видимо, незадолго до нашего прилёта вышла их туда одна боевая группа.