Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 844

Затем полк вернулся на равнинную часть Чечни. Пару дней находились около города Гудермеса. Четырнадцатого мая вернулись в базовый лагерь.

Из дневника Алексея Горшкова:

10.04.2000 г.

Снова ранен, опять контузия. Попали под огонь артиллерии (арткорректировщики – чтоб им пусто было). Но может быть, это и «чехи», кто их знает…

12.04.2000 г.

Врачи настаивают на неотложной госпитализации. Поставили диагноз «баратравма на фоне контузии». Сегодня оформили все документы и вертушкой отправили в госпиталь. Похоже, война для меня уже закончилась…

13.04.2000 г.

Снова в госпитале в Моздоке. Сегодня готовят к эвакуации. Правда, еще не знаю куда. Все зависит от того, куда будет борт. К вечеру стало известно, что борт летит на Рязань, но я в состав команды не вхожу, и меня оставляют здесь, в Моздоке, по всей видимости, до следующей эвакуации.

15.04.2000 г.

Чувствую себя, как разбитое корыто: проспал без малого двое суток. Будят меня только лишь для приема пищи, сразу делают никотинку, «В1», ставят капельницу, заталкивают какие-то таблетки. И снова проваливаюсь в глубокий сон. Такое ощущение, что слабость во всем теле, а организм не в состоянии бороться с усталостью.

17.04.2000 г.

Самолетом эвакуировали в Ставрополь, в военный госпиталь (в/ч 55482).

18.04.2000 г.

Врачи находят мою контузию изрядной. Проводят полное обследование. Сразу же сказали, что ничего не прошло, пока были в Моздокском госпитале. Лежать еще как минимум месяц, до второй половины мая. Домой не пишу и не звоню, чтобы не расстраивать никого, тем более что еще заикаюсь немного время от времени. Но доктора говорят, что пройдет скоро…

20.04.2000 г.

Курс лечения пройдет еще 21 день, т. е. выписка будет не ранее 12 или 13 мая (это если все будет нормально). Назначили физиопроцедуры, лечебный массаж спины. Уже сделали повторное исследование головного мозга, снова ЭКГ, снова что-то колдовал окулист. Третий день ставят капельницы (одну утром и одну вечером), колют никотинку, «В1», «В6», димедрол плюс анальгин и еще какую-то дрянь. Мне ничего не говорят, но чувствую, что простой контузией тут не пахнет… Сам же чувствую себя удовлетворительно, правда, гудит башка и давит в виски.

Сегодня утром из соседней палаты увезли на эвакуацию солдата-срочника из 506-го полка – того самого, что мы пытались выбить у «чехов» из окружения на пл. Минутка в Грозном в январе. У этого парня осколок перебил какой-то нерв на руке, и теперь она у него висит плетью. Когда он уходил, то мне стало не по себе: пробей мы для них коридор двумя днями раньше, и он был бы сейчас здоров. А так, скорее всего, будет инвалидом. Он уже три месяца по госпиталям – ничего врачи сделать не могут. Вот теперь везут в Москву в госпиталь Бурденко. Война опять напоминает о себе, даже здесь, в тылу.

24.04.2000 г.

Скоро Пасха. Очень хотелось бы попасть домой, надо отцу на могиле убрать и ограду хорошую поставить, а то до войны не успел… Но все же придется перенести это мероприятие на более позднее время, как из госпиталя вернусь домой…

Очень скучаю по детям и, особенно, по своей малышке-доченьке. Скорей бы их увидеть…

Сегодня сообщили по ящику, что в Сержень-Юрте разбили по дороге в ущелье целую колонну 5-го полка: 13 «двухсотых», 6 «трехсотых», 4 единицы техники сожжено. Наши бились два часа, в ходе боя взяли в плен 11 духов. Да этих уродов мочить надо, все они сволочи, всех под корень, а не в плен!!! Весь госпиталь жужжал, как развороченный улей, обсуждали это и солдаты, и офицеры, и медсестры. Бойцы рвутся досрочно на выписку, назад, на фронт, мстить этим гадам.

26.04.2000 г.

Сегодня снова разбили колонну в Аргунском ущелье, опять в Волчьих воротах… Весь день не покидало плохое предчувствие, на душе неспокойно. Едва дождался вечерних новостей – оказалось, что на этот раз разбили наш 245-й полк…

27.04.2000 г.

Спал сегодня плохо, во сне видел свой взвод, ротного, говорил с ними… Проснулся в три часа ночи в холодном поту и до утра не смыкал глаз. Дурное знамение… Когда пришел мой доктор, сразу стал просить его о выписке досрочно. Он обещал поспособствовать…

29.04.2000 г.

Лечащий врач согласен на мою выписку. Теперь нужно дождаться решения «директора кукушатника» (зав. отделения неврологии госпиталя). Не нахожу места, очень хочется скорее вернуться назад в роту, в окопы, в родной блиндаж.

01.05.2000 г.

Стало известно, что выписку отложили на послепраздничные дни. Сегодня пошел на самоволку. Прогулялся по городу, потаращился на людей – эх, чудно: дома целехонькие, окна со стеклами и даже асфальт есть.

03.05.2000 г.

Ура! Выпускают на волю! Всех, кого выписали, отправили на эвакопункт.

04.05.2000 г.

Нас автобусом со «сбродного» пункта повезли в г. Моздок. Тут у меня и вышел косяк. Я чин по чину доложил в штабе ОГВК о прибытии из госпиталя и спросил, не могу ли я сегодня вылететь «бортом» на Урус-Мартан? Подполковник, принимавший офицеров, полистал мои сопроводительные документы, посмотрел на меня и попросил пройтись туда-сюда. Когда я спросил, для чего это, подполковник сказал: «У тебя, парень, четыре ранения, из них две контузии, и поэтому не хрена тебе делать на фронте. Отвоевал свое, ты, старлей, дуй домой и лечись, как написано в документах – 60 суток отпуска за ранения. Я упрашивал, как мог, но подполковник был неумолим. Направил на аэродром на «шприце», в тыл лететь.

На ВПП я решил сигануть не направо, где стоял «шприц», а налево, в капониры, где готовились к вылету «стрекозы» и «вертушки». Но вот на полпути к ним меня догнал «уазик» и знакомый подполковник с матюгами приказал мне сесть в машину. Меня подвели прямо к трапу «шприца» и передали какому-то майору. Одним словом, путь назад в окопы мне был заказан.

05.05.2000 г.

«Санитар» (он же «шприц») приземлился в аэропорту г. Ростов-на-Дону. Денег у меня не было, и здесь я никого не знал. Поэтому сразу же добрался до ж/д вокзала и обратился в комендатуру. Мне помогли добраться поездом до Москвы.

08.05.2000 г.

Вот и выезжаю из Москвы домой… Даже и не знаю – то ли радоваться, то ли нет…

10.05.2000 г.

Я дома. Явился в штаб дивизии и доложил о прибытии и о том, что хочу вернуться в полк к своим, в окопы. Но начальник ОК дивизии п-к Смоляков ответил, что, мол, ничего не знаю, раз написано 60 суток отпуска за ранение – так вот иди и гуляй. А заодно и очередной отпуск дали за этот год. В общем, как я понял, раньше сентября на Кавказ меня не отпустят. Это меня очень огорчило и расстроило. Тогда бы, в Моздоке, еще б чуть-чуть и я успел бы на борт, а так… Один черт – все равно уеду назад на фронт…

Алексей Горшков, командир взвода 3-й мотострелковой роты, гвардии старший лейтенант:

– В Москве пришел на пост ГАИ, и там меня посадили на какой-то «КамАЗ». На нем и приехал в часть. Пришел в строевую часть оформлять отпускные, майор мне: «Иди сюда, – сейф открывает, – тут по твою душу документики пришли…» – и достает красную коробочку и удостоверение – орден Мужества. Представление на орден писал Сергей Сергеевич Юдин.

После отпуска хотел ехать в полк. «Зачем? Он скоро весь сюда вернется!»

Документы

Боевое донесение.

КНП 2-го мсб 1,5 км юго-восточнее н. п. Урус-Мартан (74427)

20.00. 25.04.2000 г.

ВМГ № 2 2-го мсб в составе: …получила боевое распоряжение о совершении марша по маршруту:

КП 2-го мотострелкового батальона – н. п. Мартан-Чу – Гойское – Алхазурово – южная окраина н. п. Дуба-Юрт с задачей блокировать Аргунское ущелье от Дуба-Юрт до н. п. Шатой для обеспечения безопасного движения по Аргунскому ущелью.

В 6.00 ВМГ № 2 начала движение по указанному маршруту. Боевой порядок следующий…