Серия "Афган. Чечня. Локальные войны". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Беляев Эдуард Всеволодович - Страница 780

«До Афгана мечтал вступить в партию, но говорил себе, что не достоин, заслужить надо. Верил в коммунистическую партию, в революцию, верил, что живем мы в самой лучшей стране в мире. А недавно предложили в кандидаты в члены КПСС, рекомендации только надо было собрать, и через полгода, по боевой характеристике, приняли бы. Я отказался. Не верю. Никому не верю! Тем более, что в партии заправляют в основном такие типы, как Немилов и Богданов.»

…а мне всегда мешали какие-то обстоятельства… то на боевые

отправляют, то в госпиталь попадешь… однажды чуть не в приказном

порядке секретарь пытался заставить, благо шел сбор на

операцию… открутился… а заочно вступить… можно было и заочно…

только совесть не позволяла… еще верил тогда, по честному, по-

настоящему…

«Прочел „Архипелаг“ А.С. Неужели он писал про мою страну? Почему же я никогда не знал об этом? Почему все молчали? Столько изломов! Столько страданий! Столько метаний пережил народ русский за этот век!

…за все века…

Как же над людьми измывались!

…и тут выстояли…

Испытание за испытанием! Войны, лагеря, тюрьмы. Каких же сил стоило вынести такое!

…а что, вдруг за этим кроется некий неразгаданный замысел?.. счастье

всегда вперемежку со страданиями… от крайности – в крайность… и в том

обрести особую силу… чтоб вечно пылала порывами высокими русская душа…

и смирению училась… чтоб обрели мы силу в незавершенности… чтоб

нескончаемые испытания помогли уцелеть… и спастись… душу русскую

помогли спасти…

Читал урывками, тайком от всех. Карманное издание на тончайшей бумаге. Такие томики забрасывают в Афганистан с Запада в качестве антисоветской пропаганды.

…мы всегда пренебрегали благополучием… мы, да даже в коммунизме! видели

не способ устроиться поуютней на земле, а что-то недостижимо далекое и

светлое – для детей, для внуков, для последующих поколений! счастье – не для

тебя одного, а для всех разом! жить ведь мечтали не в избытке – в достатке!

Человеку русскому так мало ведь надо для счастья: краюху хлеба, крышу над

головой, да тепло, да понимание…

Уничтожили как-то банду. Помимо оружия и боеприпасов они тащили целый мешок антисоветской литературы. Все томики собрал особист, пересчитал, составил акт и уничтожил. А через неделю я застукал бойца, который оставил себе один экземпляр».

…и я себе один томик сохранил…

«Кто же решил ввести войска в Афганистан и зачем?..»

…а что здесь непонятного? кремлевские старцы, на иконостасе в

каждой ленкомнате красуются – партайгеноссе Брежнев, дорогой

и любимый Леонид Ильич, а кроме него – Андропов, КГБ был в

курсе всей ситуации, Суслов, он идеологией заправлял, Громыко,

обеспечивал дипломатическое прикрытие, и у министра обороны,

товарища Устинова руки, чесались…

«Никогда нам не узнать».

…да уж, это за семью печатями навечно скрыто… никогда не

признаются…

«Сегодня мылся в бане. Вышел в раздевалку, а там Немилов, подлец, вытащил из формы мой дневник и роется в нем, бегает своими свинячьими глазками по страницам, пытается что-то отыскать. Как же хотелось разбить ему морду! Но я сдержался. С замполитом лучше не связываться. Этот хмырь всегда выкрутится. Что он искал в моем дневнике – не знаю, и сколько успел прочитать – не знаю. Но наверняка заложил бы особисту, если б дочитал. У меня с ним отношения не сложились. И не только у меня. Кто ж тебя уважать станет, если ты от боевых отлыниваешь, солдат учишь стучать друг на друга, доносить, выделяешь лишь тех, кто боевой листок тебе пишет, да на комсомольских собраниях выступает? Зачем солдату эти комсомольские собрания? Солдату отдохнуть от нарядов и войны надо, а не глотку драть, да передовицы из „Правды“ заучивать!»

…замполит вовремя заменился, а то бы мы его точно на боевых

грохнули…

Почуял Немилов, что пора сваливать. И не с пустыми руками уехал. Шарагин закипел, как радиатор, когда узнал про наградной, перехватил у штаба Моргульцева:

– Ты подписывал ему на орден?

– Отстань!

– Подписал?

– Отвяжись!

– Подписал!

Моргульцев насупился, подтвердил:

– Подписал… Хер с ним!

«Бог наделил человека свободой выбора: идти следом за Творцом, либо искать самому путь к спасению и… неминуемо загубить себя. Плененные заманчивыми целями и обещаниями скорого счастья, мы отпали от Бога! Соблазнились мнимой свободой, купились на новую идею, провозгласившую украденные у христиан же лозунги добра и справедливости. Извечно русская готовность пострадать за правду воодушевила нас. Погнались за призраком и сотворили зло. Отвернулись от Бога, чтобы обрести свободу и счастье, а, по сути, сделались рабами собственных заблуждений и той системы, которую воспевали. Как Адам и Ева, вкусив от плода добра и зла, отреклись мы от Бога. Стихия зла поработила нас.

Грехопадение повторилось. Мы поддались уговорам Змия, возомнили, что в силах обойтись без Бога. Раз живем без царя, – так переживем и без Бога. Решили искать новую правду. А правда все время ускользала от нас, правда-то обернулась кривдой. Быть может, изначально что-то и было искреннего в намерениях тех, кто купился идеями коммунизма, или мы теперь все выдумали, все напридумывали?

…конечно было!.. мы же верили в эту правду… и сегодня верим!..

Нет, все-таки то была не правда. И беспокоится теперь нужно не о том, чтобы выправить положение, подремонтировать имеющееся, а в том, чтобы вернуться вновь к Богу!

Александр Блок в поэме «Двенадцать» сумел разглядеть под революционным знаменем Христа. И вот я подумал: а ведь Христос по-прежнему искренне и нежно любит нашу страну, прощает нам и воинствующий атеизм, и то, что мы десятилетиями оскверняли и рушили храмы. Он – всегда с нами, Он не покидал нас! Россия – это его детище, Россия – величайшая из мыслей Творца, Он задумал Россию ради особой миссии, цель которой – помочь миру спастись. Если он так заботится о России, как об этом пишут русские писатели и философы, то становится ясно, откуда взялись все мучения и страдания, выпавшие на нашу долю. Нельзя представить, что Христос поведет любимую страну по иному пути, чем прошел сам. Россию хотят распять. А, может быть, давно уже распяли? Сколько терзали ее, сколько надругались над ней! И после мучительной смерти, возможно, Россия возродится… Верит Христос в Россию и радуется, что путь, по которому мы идем, столь тернист. И посылает нам новые испытания! И чем больше испытаний, тем лучше! Выходит, только через страдания мы пробьемся к счастью, к лучшей жизни. Выходит, путь России – это путь Христа».

«Пришло письмо от Чистякова. Капитана получил, ребенка второго ждет. Пишет, что рвется в Афган. Странно. Многие из отпуска бегут раньше времени обратно. Олег признался, что испытывал нечто подобное. Рассказывал, что они ездили на море, что Настя ракушки собирала. Если он безумно любит их, то почему в отпуске, на море постоянно думал об Афгане? Он так счастлив был, когда вернулся обратно в полк. Неужели настолько сильно манит война? Как можно думать об Афганистане, когда ты дома, когда рядом с тобой любимые люди?!»

…можно, в том-то и дело, что Афган никого не отпускает…

«Кто-то нас будет все же судить. Не знаю только, кто. Я никогда не думал об этом раньше, а в последние месяцы почему-то стал задумываться.

Бог он, конечно, есть. И спорим мы, атеисты и верующие, вовсе не об этом, а о том, какой он на самом деле Бог, что считать Богом.

Когда убийство, любое убийство человека человеком, можно оправдать высокой идеей, приказом сверху – не задумываешься, а когда цели нет, или же цель рушится вместе с идеалами, а стрелять приходится, стреляешь как бы в себя самого».

«Бог есть, он – олицетворение добра в целом, добра в масштабах вселенной, добра как противопоставления злу, силе почти равной, необходимой, видимо, для равновесия… Разве не так?»