Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 181

Набирая скорость, машина удалялась.

Он еще мог прицелиться и полоснуть по двум красным огонькам, обозначавшим габариты автомобиля. Наверняка достал бы.

Но, во-первых, в подсознании пульсировала мысль: а вдруг в машине свои? Вдруг кто-то из штабных офицеров отправился в корпус, а он просто об этом не знает?.

Во-вторых, слева послышались торопливые шаги. К нему со всех ног бежал начальник караула.

— В чем дело?! — испуганно крикнул он. — Что случилось?

— Да вон, — взволнованно ответил боец, — с дальнего края стоянки машина выехала.

— Какая машина? Ты что несешь? Куда выехала?

— Да почем я знаю? Я пытался остановить: кричал, палил в воздух. А его и след простыл. Может, кто из наших?

— Да какие, к черту, наши! — рычал лейтенант.

— Бог его знает… Я же говорил, там железяками лязгают, а вы не верили!.

Доставая на ходу пистолет, начкар побежал вдоль стоявшего транспорта. Сердце стучало и рвалось из груди, когда он достиг дальнего края и обнаружил пропажу «Хорьха».

— Как же так?. — Лейтенант закрутился на месте, озираясь по сторонам, все еще надеясь обнаружить исчезнувшего «немца». — Кто на нем мог уехать? Он же весь разбитый!

Когда начкар, подсвечивая себе фонарем, ползал на четвереньках по тому месту, где стоял немецкий автомобиль, подошли комендант с начальником штаба дивизии.

— Ну что, лейтенант, докладывай о своих успехах, — вздохнул начштаба.

— Товарищ подполковник, только что со стоянки неизвестными лицами похищен автомобиль «Хорьх», — доложил тот.

— Ты знаешь, что он был весь раскурочен? Что у него не заводился мотор?

— Так точно.

— Выходит, всю ночь кто-то работал и кряхтел у тебя под носом на стоянке, давал ему ремонт. Так?

Лейтенант молчал.

— Под утро этот неизвестный привел автомашину в порядок, спокойно уселся за руль, прогрел мотор и уехал. Так, что ли?

Вместо ответа лейтенант вздохнул.

— Десять суток ареста, — отчеканил начальник штаба.

— Может, в контрразведку его сразу? — поддел комендант. — А оттуда прямиком в штрафбат?

— Мы подумаем, как для нашей страны и Красной Армии будет лучше. А пока — под арест.

— Понял, — кивнул комендант. И повернулся к поникшему лейтенанту:

— Сдать оружие!.

Глава десятая

Москва Июль 1945 года

Следующий день у сотрудников оперативно-разыскной группы Старцева сложился суматошным. Тяжелее других пришлось Ивану и Александру. Если все остальные после вечернего совещания отправились с Петровки по домам, то эти двое плюхнулись в «эмку» и, невзирая на позднее время, снова покатили на северную окраину столицы…

Участкового инспектора, в чьем ведении находился Красностуденческий проезд, отыскали не сразу. Вначале пришлось ехать в РОМ, где побеседовали с дежурным офицером милиции. У него разжились данными о расследовании угона «Хорьха» (оно ни на сантиметр не сдвинулось с места), а также адресом участкового. Из РОМа поехали по указанному адресу.

Как и предполагалось, участковый досматривал пятый сон, ибо дело шло к середине ночи. Сыщики разбудили его долгим, настойчивым стуком в дверь на втором этаже деревянного барака.

Дверь открыл нескладный мужичок в длинных семейных трусах и хромовых сапогах на босу ногу. Посмотрев одним глазом в развернутое удостоверение, он кивнул, накинул на плечи китель с погонами старшего лейтенанта милиции и повел гостей длинным темным коридором на общую кухню. Там деловито запалил керогаз, поставил чайник. Напившись из-под крана, закурил. Тряхнув наголо стриженной головой, обернулся к терпеливо ожидавшим муровцам.

— Извиняйте, мужики, я трое суток не спавши — плохо соображаю. Как на фронте, ей-богу… Спрашивайте, чего хотели?.

Старцев с Васильковым в двух словах обрисовали свой интерес.

— Угнанный «Хорьх»? — прищурился участковый. И закашлялся от доброй затяжки:

— Не-е-е… кх-кх-кх… гиблое дело. Я участок как свои пять пальцев… кх-кх. Каждый день обхожу, а иной раз и по второму кругу. Кх… Ей-богу, мужики. Если бы имелась какая зацепка, сам бы давно раскрутил.

— То есть вообще мертво? — пытал Старцев.

— Вообще. Это не местные. С другого района или вовсе не московские. Сто процентов. У нас тут машин в частном пользовании наперечет. Я всех владельцев знаю, каждому могу дать подробную характеристику.

— Гаражи, мастерские, — напомнил Васильков. — Туда не могли загнать, чтобы разобрать на запчасти?

Участковый выключил керогаз и подхватил закипевший чайник.

— Таких мастерских в нашем частном секторе отродясь не бывало. В сарай какой спрятать — это запросто, отрицать не стану, — боднул он лбом тяжелый прокуренный воздух. — И разобрать могли — умельцев хватает. Но запчасти требуется где-то сбывать, а тут опять неувязочка, потому как нет поблизости подходящих толкучек. Так, мелкие базары с картошечкой-огурчиками да с варежками-платочками. А запчасти везти куда-то придется…

Говорил он хорошо, складно, убедительно. Так умели говорить только мастера своего дела. Невооруженным глазом было видно, что этот участковый инспектор — на своем месте, что работает он «на полную катушку» и готов отвечать за каждое свое слово.

Лейтенант предложил чаю. Сыщики не отказались. Посидели у его скромного стола, застеленного старой клетчатой клеенкой, поговорили. Парень и вправду выглядел уставшим и до крайности изможденным.

— Трудно, брат? — спросил Старцев.

— По всякому, — немного помолчав, признался участковый. — Покуда война шла, народ крепился, сам себя ограничивал, держал в узде. А как фашиста победили, так и расслабился. Будто шлея под хвост попала: пьет, буянит, безобразничает. Каждый день то стрельба, то поножовщина, то драки до полусмерти. И все, как говорится, на пустом месте, гнутой полушки не стоит…

На еженедельно проводимых совещаниях комиссар Урусов докладывал об общей криминальной обстановке в Москве, в Московской области и в целом по стране. Хорошего в этой статистике, увы, было мало. Если с главной бедой — организованными и хорошо вооруженными бандами — правоохранительные органы справлялись, и их количество заметно поубавилось, то с преступностью на бытовом уровне дела обстояли худо.

— Ладно, старлей, отдыхай. Извини, что подняли в поздний час, — прощался через несколько минут Старцев.

— Да нешто я не понимаю, — провожал поздних гостей участковый. — Работа у нас такая…

Утром, не заезжая в Управление, капитан Бойко со старшим лейтенантом Баранцом отправились в Московский городской военный комиссариат. Именно там они решили добыть первичную информацию об инвалиде войны Федоре Хлынове, а также разузнать, как он получил и доставил в столицу автомобиль «Хорьх».

Другая пара сыщиков, Егоров и Горшеня, забежали в Управление лишь затем, чтобы взять в гараже автомобиль и доехать до Красностуденческого проезда. Там им надлежало встретиться с Хлыновым и, не торопясь, обстоятельно поговорить о его возвращении с фронта и о первых месяцах мирной жизни в Москве.

Старцев с Васильковым намеревались появиться в рабочем кабинете Управления на час позже положенного. Этот час Иван решил прибавить к отдыху, чтобы хоть немного выспаться и потом, в течение дня, не клевать носом. Однако благое намерение не сбылось. Телефон в общем коридоре коммунальной квартиры, где Старцев занимал комнату, затрезвонил даже раньше, чем майор обычно просыпался.

— Иван Харитонович, вас к аппарату! — крикнула через дверь одна из соседок.

Быстро натянув брюки и застегивая на ходу ремень, сыщик выскочил из комнаты.

— Слушаю, майор Старцев, — подхватил он висевшую на проводе трубку.

— Доброе утро, Харитоныч. Дежурный по Управлению капитан Скобцев.

— Здорово, Николай. Чем обрадуешь?

— Убийство в Михалковском тупике. Я доложил обстоятельства комиссару Урусову, он сразу приказал перезвонить тебе.

— Мне?. — сонным голосом переспросил Иван.