Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 270

Блатной обалдел от такой наглости, но поделать ничего не мог – пленник на него попросту не обращал внимания, а главарь был озабочен сейчас только разгадкой кода.

– Э-этими цифрами за-занимался п-подполковник Т-туманов, – с трудом выговорил майор.

– Спроси, сможет он вспомнить, что они означают?

– П-попытаюсь, – ответил Васильков, когда Лаврушка проорал очередной вопрос. – Т-только мне бы п-пирамидону. Г-голова сильно б-болит.

– Лаврушка, займись, – приказал пожилой.

Взбешенный юнец крикнул в приоткрытую дверь:

– Валька! Неукладов, Маркс твою Энгельс! А ну, быстро сюда!

Из коридора в комнату ввалился нескладный розовощекий парень с перевязанной рукой.

«Ага, этот тоже вынюхивал обстановку в Глотовом переулке, а потом ехал со мной в кузове «полуторки», – припомнил эту запоминающуюся внешность Васильков. – С ним был еще третий молокосос, похожий на отощавшего кролика…»

Глава двенадцатая

Польша, Мазовецкое воеводство, город Зволень – западный берег Вислы; август 1944 года

Перед тем как пересечь линию фронта и начать поиски пропавшего майора-связиста, Васильков привычно исполнил четыре пункта обязательной подготовки. Во-первых, запросил в оперативном отделе штаба дивизии самые свежие данные о расположении вражеских войск. Во-вторых, около получаса поработал с картой, отметив на ней наиболее опасные районы, а также основной и запасной маршруты движения группы. В-третьих, тщательно подготовился к операции: почистил оружие; осмотрел одежду, обувь, снаряжение. На короткие выходы никаких вещмешков разведчики с собой не брали – ходили налегке. Но в этот раз топали в немецкий тыл на неопределенное время. Поэтому Сашка дополнил всем необходимым походный вещмешок. И в-четвертых, построив личный состав, проверил готовность к выходу каждого бойца.

По данным авиаразведки, отступивший от Вислы немецкий пехотный корпус обустраивал позиции немного восточнее польского городка Зволень. Городок располагался на широкой равнине и был окружен сельхозугодьями, небольшими перелесками и неглубокими оврагами.

«Искать нашего майора следует в штабе корпуса. А сам штаб наверняка расквартирован в городишке, – размышлял Васильков. – Что поделаешь, любит штабная немчура комфортное проживание в городских квартирах. Этим себя и губит…»

Разведгруппа удачно, под разрывы авиационных бомб, перемахнула линию фронта и исчезла в лесистых овражках. По дну многочисленных расщелин протекала речушка, впадавшая в Вислу. Начало же она брала где-то севернее городка Зволень. Как раз туда Васильков и вел своих ребят.

Шли давно отработанным порядком: впереди пара лидеров, за ней, приотстав на полсотни шагов, основная группа. Замыкающим – глазастый старшина Петренко.

Через пару часов остановились отдышаться, перемотать портянки. В следующий раз пришлось тормознуть, когда лидеры дали отмашку, услышав тарахтение мотоцикла.

Группа прекратила движение, затаилась.

Осторожно поднявшись по склону овражка к придорожным кустам, Александр увидел двух фрицев в касках и полевой форме, копавшихся в моторе мотоцикла. Рядовой и фельдфебель с планшеткой через плечо. Обычно такие исполняли обязанности связных при штабах дивизий и корпусов.

Ротный почесал за ухом. Если бы группа пришла сюда ради «поиска», то фельдфебеля захомутали бы без раздумий. И, счастливые, помчались бы обратно. В его планшетке, как пить дать, лежало что-то важное – письменный приказ или оформленная по всем штабным правилам карта. Но разведчики имели совсем другое задание и шли в польский Зволень. Не резон рисковать без нужды.

«А вдруг это чучело в каске знает про майора Сорокина? – засомневался Васильков. – Я веду группу в Зволень, руководствуясь интуицией и логикой. Никаких фактов, свидетельствующих, что майор там, нет, на деле Сорокин может оказаться совсем в другом месте. Значит, лучше подстраховаться, взять «языка», допросить и дальше действовать наверняка».

Коротко посовещавшись, разведчики распределились в кустах и по команде ротного одновременно выскочили на дорогу.

Рядового прикончили ударом ножа, а фельдфебель оказался прытким. Закричав с перепугу, он кинулся прочь от дороги. Пришлось шумнуть – старшина дважды пальнул из пистолета ему по ногам.

– Быстро, быстро! Мотоцикл и труп в овраг! – подгонял бойцов Васильков. – Раненого на руки и – за мной!..

Устранив следы нападения, разведчики отошли на безопасное расстояние и устроили привал для допроса. Дальше тащить с собой раненого фельдфебеля смысла не было.

Тот оказался не немцем, а румыном. Отношение к ним у советских солдат было скверным. Если с немецкими пленными могли поделиться табачком и хлебом, то на румын и мадьяр такая щедрость не распространялась.

Фельдфебель подвывал от боли, но, понимая, что его жизнь висит на волоске, старательно отвечал на вопросы. К превеликой радости Василькова, он сообщил, что знает о советском майоре, захваченном подразделением немецкой разведки на восточном берегу Вислы. Майора-связиста доставили в штаб корпуса (именно оттуда фельдфебель ехал с приказом в пехотную дивизию) и содержали под охраной в бывшем кабинете дантиста по соседству со штабом.

Разузнав точное расположение штаба корпуса, Васильков прицепил к ремню немецкую планшетку, кивнул старшине и велел разведчикам продолжить марш-бросок.

Старшина нагнал группу через пару минут. Вытирая лезвие ножа сорванным листом лопуха, он занял привычное место замыкающего…

Двадцать километров по лесистой пойме узкой извилистой речки разведчики преодолели в общей сложности за шесть часов.

– «Зволень», – глядя в бинокль, прочитал Васильков дорожный указатель. – Прибыли, товарищи. Можно сказать, по расписанию. Отдыхаем до наступления темноты. В двадцать три ноль-ноль идем в город…

Немецкие штабисты облюбовали для себя старинное здание трехэтажного отеля, расположенного на пересечении двух центральных улиц.

Разведгруппа подобралась к нему с северо-востока по короткому и тихому проулку, берущему начало у католического храма.

К одиннадцати вечера польский Зволень погрузился в жуткую темень. Электричества не было даже в центре маленького городка, для освещения бывшего отеля немцы использовали генератор, монотонно гудевший в кузове грузового автомобиля.

Обосновавшись на пустыре через дорогу, разведчики принялись наблюдать за объектом и довольно быстро нашли рядом со штабом нечто похожее на кабинет дантиста с сохранившейся над дверью вывеской. Несколько окон в штабе светились слабым желтоватым светом. Видно, кто-то из штабных продолжал работать, или в этих комнатах устраивались на ночлег высшие чины.

Изредка по улице проезжали мотоциклисты и бронеавтомобили. До прихода фрицев в этот сонный городишко он засыпал не позже десяти вечера. А с размещением немецкого корпуса жизнь здесь, похоже, продолжалась и ночью.

У входа в штаб стояло несколько легковых и грузовых автомобилей, рядом с которыми прогуливался часовой. Кроме него, по центру города курсировали вооруженные патрули. Меры предосторожности, предпринятые командованием корпуса, излишними не казались – линия фронта проходила всего в двенадцати-пятнадцати километрах к востоку от Зволеня.

– Могу шумнуть в сторонке, командир, – шепотом предложил старшина Петренко.

– Чтобы отвлечь патрульных?

– Точно. А вы угомоните часового и освободите нашего майора.

«Заманчиво. Если быстро управиться, должно получиться, – оценивал шансы Васильков. – Тут всего делов-то: завалить часового, сбить с двери замок, вытащить Сорокина и отойти с ним к костелу. А что? Идеальная схема! Все будут довольны».

– Возьми с собой кого-нибудь из ребят и действуй, – приказал он. – Обеспечь нам три минуты на все про все. Встречаемся у костела.

– Понял…

Через несколько минут в соседнем квартале, метрах в двухстах от штаба, бабахнула граната. Следом протрещала очередь.