Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 300

И с этим фактом Иван согласился:

— Верно. Только никакого сейфа в ее кузове уже и в помине не было…

В «Бакалею» на улице Пушечная тоже стояла очередь. Правда, людей в ней толкалось раза в четыре меньше, да и те, как оказалось, нацелились в рыбный отдел, где в этот день продавали селедку и мороженую треску.

— Мамаша, будьте добреньки, — настойчиво продвигался к входу Старцев.

— Куда ж вы, сынки, без очереди-то? — Женщина не торопилась их пропускать.

— Нам, мамаша, ваша селедка без надобности. Нам бы только табачку прикупить.

— За папиросами, что ли? Тогда проходите…

У прилавка скинулись и попросили продавщицу отоварить на всю сумму. Средних лет женщина в белом халате окинула оценивающим взглядом молодых мужчин, шустро посчитала деньги и негромко объявила:

— «Южные» вчера подвезли. Будете брать?

Папиросы «Южные» ленинградской табачной фабрики имени Клары Цеткин были получше «Беломора», но и стоили подороже.

Переглянувшись с товарищами, Егоров кивнул:

— На все.

Продавщица перекинула туда-сюда несколько костяшек на счетах. Затем выудила откуда-то и положила на прилавок двенадцать запечатанных папиросных пачек.

— Спасибо! Вы сегодня неотразимы, — торопливо рассовывал папиросы по карманам Егоров.

— Да я и вчера так же выглядела, — растянула она в улыбке густо накрашенные губы.

Продавщица была не прочь поболтать с красавцем Егоровым, да Старцев легонько стукнул его тростью по ноге.

Пришлось поворотиться к выходу…

— Ей бы штраф влепить, а ты с ней любезничаешь! — ворчал Иван, спускаясь по каменному крыльцу.

— За что же ее штрафовать-то?!

— За то, что товар прячет под прилавком! Почему «Южных» нет на витрине?

Надрывая одну из добытых пачек, Василий хохотнул:

— Эк ты хватил! Да она с продажи этих «Южных» ни копейки не поимела. Просто понравились мы ей, вот и продала.

— Так нарушает ведь правила торговли!

— К каждому работнику, Ваня, милиционера не приставишь. Поэтому относись к жизни проще. Держи. И наслаждайся…

Он угостил товарищей папиросами и принялся хлопать по карманам в поисках спичек. Остановившись на углу Пушечной и Неглинной, сыщики решили спокойно перекурить.

— А ты, пострел, здесь откуда? — подивился Старцев возникшему из-под земли Косте Киму.

Сыщики едва успели покурить и взять обратный курс на Петровку. И тут нá тебе — нос к носу столкнулись со взмыленным Костей.

— Из Управления, Иван Харитонович… — задыхался тот от быстрого бега.

— Что случилось? Меня опять вызывает комиссар?

— Нет, про комиссара не знаю… — уперев руки в коленки, согнулся лейтенант. Так, видать, проще было отдышаться.

— Да говори же ты наконец!

Костя выпалил:

— Мы обнаружили еще факты по незакрытому делу!

— Да ну! И чего ж вы накопали?

— Пойдемте. Расскажу по дороге…

«Если накопаете что-то серьезное — немедленно докладывай», — приказал Урусов на прощание.

Руководствуясь этим приказом, Старцев отправился под вечер в начальственный кабинет. Третий раз за сегодняшний рабочий день.

— Что у тебя, Иван Харитонович? — вскинул бровь комиссар и отложил в сторону ручку.

Старцев прошел по ковровой дорожке; не доходя трех шагов до большого письменного стола, остановился.

— Товарищ комиссар, нашли кое-что интересное по Барону. Как вы просили — пришел с докладом.

— Интересно. Присаживайся.

Присев, Старцев приступил к рассказу о проделанной работе. И начал он со встречи Егорова с пожилым вором Александром Изотенко.

— Шура-крестьянин проболтался о сейфе с ювелиркой?! — оживился Урусов. — Вот это номер! Меня в 1941-м в Москве не было, но об этом громком грабеже с убийством двух сотрудников госбезопасности я наслышан. Помню, тогда по всем областям и республикам разошелся циркуляр с ориентировками на пропавшие золотые изделия из Мосторга. Насколько я помню, их следы не найдены до сих пор.

— По всему выходит, Александр Михайлович, что полуторку с тем сейфом увела банда Барона.

— Вот это поворот! Очень интересно! Ну, а что по сейфу, Иван Харитонович? Остался от него хотя бы затертый след?

— Час назад молодежь из моей группы отыскала одно упоминание о большом стальном сейфе. Предвижу ваше возражение, что сейфов в Москве великое множество. Но этот сейф находился там, где его не должно было быть — в заброшенном пятиэтажном доме по Безбожному переулку.

— Это… рядом с Аптекарским огородом?

— Так точно. К сожалению, упоминается только сейф, об инвентарном номере — ни слова. Однако это дает основание предположить, что бандиты привезли и припрятали украденный сейф именно в этом доме.

— Что за дом? Почему они выбрали его?

— Дом пострадал от бомбежки и осенью 1941-го пустовал. Вероятно, поэтому Барон использовал его как временное укрытие…

Выслушивая ответы подчиненного, Урусов делал пометки карандашом в рабочем блокноте. Он не жаловался на свою память, но так было надежнее.

На столе затрезвонил черный телефонный аппарат.

— Да, слушаю, — поднял трубку комиссар. После короткой паузы поспешил свернуть беседу: — Согласен, Федор Тимофеевич, так получится быстрее. Приступай. И… да, я сейчас занят крайне важным делом. Забеги через полчаса с бумагами — вместе посмотрим…

Положив трубку, он кивнул:

— Извини, Иван Харитонович. На чем мы остановились?.. На доме в Безбожном переулке. Кто, когда и каким образом обнаружил там украденный сейф?

— Сейф обнаружили строители. Бригада специалистов во главе с инженером Головинским прибыла в Безбожный переулок 20 октября 1941 года для обследования дома перед началом его ремонта.

— 20 октября, — повторил Урусов. — Через четыре дня после его пропажи с грузовика. С инженером встречались?

— Не успели.

— Надо обязательно встретиться и переговорить о той истории. Кстати, почему ты решил, что это именно тот сейф — из Мосторга? А вдруг его оставил кто-то из бывших жильцов?

— Дело в том, Александр Михайлович, что в заброшенном пятиэтажном доме остался еще один жирный след банды Барона. — Комиссар внимательно посмотрел на подчиненного. — Во дворе перед домом строители обнаружили большую лужу крови, а в подвале лежали два свежих трупа. Через несколько часов они были опознаны вызванными оперативниками. Первым оказался Лева Креминский тридцати лет. Второй — Ибрагим Джуварлы, тридцати трех лет. Оба в последние годы были ближайшими подручными Барона.

— Какие мысли по этому поводу?

— Нападение конкурирующей банды ради отъема богатой добычи мы отмели сразу по двум причинам. Первая: обнаруженный в квартире на третьем этаже сейф был заперт, следовательно, до ювелирных украшений злоумышленники не добрались. Вторая: Барон странным образом уцелел.

— По первой причине не соглашусь. Если сейф вскрывали грубым инструментом, тогда закрыть не смогли бы. Если орудовали ключом или отмычками, то могли и закрыть, чтоб протянуть время и запутать расследование. А по второй причине вы правы, Иван Харитонович, конкуренты достали бы Барона из-под земли, а он дожил до 1945 года.

— Именно поэтому, товарищ комиссар, мы считаем, что с подельниками расправился сам Барон, чтоб стать единоличным владельцем содержимого сейфа.

Урусов был доволен расторопностью своих подчиненных. Всего за несколько часов им удалось прилично продвинуться в нераскрытом уголовном деле. Однако вопросов оставалось еще превеликое множество.

— Кстати, а что с сейфом? — встрепенулся он. — Его, разумеется, обчистили. И где он теперь?

— С сейфом, товарищ комиссар, беда. Во время визита строителей он был целехонек, дверца заперта. Но когда сотрудники ближайшего РОМа вернулись на грузовом автомобиле, его в квартире не оказалось. Исчез.

— Ну и дела! Это ж надо быть такими растяпами! — недовольно хмыкнул Урусов. И, поглядев на часы, подытожил: — Запутанная история. В общем, так, Иван Харитонович. Настоятельно советую встретиться с инженером Головинским и отыскать тех сотрудников милиции, которые занимались сейфом после его обнаружения в Безбожном. Возможно, эти люди помогут понять, что к чему.