Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ) - Шарапов Валерий - Страница 531

Обыск жилища и оформление протоколов, похоже, доверили меньшим братьям из полиции. Стражи порядка еще не уезжали. У фонтана стояли две машины без опознавательных знаков – упомянутый микроавтобус и темно-серый легковой «Опель»-универсал. Майнер завершил беседу с человеком в штатском. Они пожали друг другу руки, седоволосый что-то бросил «человеку из позднего палеолита». Тот кивнул и направился к «Опелю», сел за руль. Клаус забрался на заднее сиденье. «Опель» начал движение задним ходом, развернулся и покатил к выезду на дорогу. Включился левый поворот. У выезда водитель остановился, стал ждать, когда освободится проезжая часть.

– Я пошла, – встрепенулась Марта. – Рассчитайся за пиво и тоже выходи. От заведения поверни направо, иди по тротуару, никуда не сворачивай…

– Минуточку, – опешил Михаил. – Обсудить ничего не хочешь?

Но она уже умчалась. Завсегдатаи пивной удивленно смотрели ей вслед. Поворот был неожиданный, что она задумала? Выбора Марта не оставила, инициатива принадлежала ей. И персоналу пивнушки ничто не мешало позвонить в полицию. Михаил сунул под кружку несколько мелких купюр и заспешил к выходу. Выбрался из заведения, повернул направо. Прошел метров семьдесят до следующего здания, достал сигареты, закурил. Прохожих на этой стороне дороги практически не было. У кромки тротуара стояли машины. Он сделал несколько затяжек, двинулся дальше. Заскрипели тормоза, и в двух шагах остановился подержанный красноватый «Фиат», подозрительно смахивающий на продукцию тольяттинского автозавода. Окно справа было открыто.

– Быстро садись, – перегнувшись через коробку передач, прошипела Марта, – и не задавай вопросов, ради бога, просто садись.

Вопросы вертелись на кончике языка. Выбросив окурок, Михаил забрался на переднее сиденье. Это было что-то новенькое. Идет на поводу у сумасбродной немки? Губы Марты были сжаты, скулы побелели от напряжения. Хрустнул рычаг передач, «Фиат» отъехал от тротуара, влился в поток машин.

– Ты увлеклась, Марта, – проворчал Михаил. – Хочешь, чтобы к шпионажу нам еще добавили срок за угон? Ладно, вопрос риторический. Как тебе это удалось?

– В школе не пропускала уроки, – фыркнула молодая женщина. – У этих машин не очень надежные замки, выламываются перочинным ножом. Потом их уже не закрыть, но это не важно. Перемкнула провода, что непонятного? – Она покосилась на витки проводов, торчащие из раскуроченной панели, чертыхнулась, пошла на обгон вяло ползущего желтого фургона.

– Владелец сообщит в полицию, – сказал Кольцов, – и у каждого сотрудника будет номер и приметы этой машины.

– Знаю. Поэтому работаем быстро, а потом бросим это корыто.

– Майнер уже далеко, как ты рассчитываешь его догнать? – Михаил вытянул шею, сместился влево, едва не уложив подбородок на плечо женщины.

– Веди себя прилично, – фыркнула Марта. – Этот квартал довольно протяженный, мы их догоним, если не свернут во двор.

И ведь догнали! Марта обошла пыхтящий грузовик, вырвалась на пустой участок дороги, где ничто не мешало прибавить скорость. Кольцов вцепился в ручку над головой – казалось, уже взлетали. Отпрянул пешеход, собравшийся было перейти дорогу. «Ступай к черту, идиот», – бормотала Марта, переходя на последнюю передачу. Едва не пролетели мимо серого «универсала»! Тот стоял на левой полосе, чтобы повернуть влево, пропускал встречные машины. Марта затормозила, отчего идущая следом «Хонда» чуть не смяла их машине зад. Ругнулся испуганный водитель, повертел пальцем у виска. «Фиат» пристроился к «Опелю», и возникло сильное желание сползти на пол. Но пассажир на заднем сиденье «Опеля» не оборачивался – он ничего не заметил. Дрожали пальцы на руле. Михаил с растущим недоумением поглядывал на спутницу. Марта вела себя странно, чересчур эмоционально для сотрудника спецслужбы. В этом деле просматривалось что-то личное. Возможно, он ошибался. На встречной полосе образовалось «окно». Водитель «Опеля» повернул, въехал на узкую, засаженную кленами улицу. Марта не успела – встречный «Мерседес» летел, как по гоночному треку. Какой же немец не любит быстрой езды? Маневрировать у него под носом было полным самоубийством – хорошо, что она это понимала. «Комета» промчалась мимо, Марта выжала газ – и идущему навстречу пикапу пришлось притормозить. «Универсал» далеко не ушел, его нагнали в следующем квартале. Михаил расслабился – дальше ехали размеренно.

– Не хочешь объясниться, Марта? Его везут в одну из штаб-квартир или на другой секретный объект – что мы с этим сделаем?

– Не знаю, – выдавила Марта. – Пока не разобралась. Извини, что втянула тебя в это дерьмо, но… не брошу же я тебя?

Действительно. Смешинка в рот попала. Назревал логичный вопрос: она точно немка? Не заходил ли в гости к ее маме какой-нибудь боец из советского гарнизона в Берлине? Серый «универсал» пересек границу административного округа Темпельхоф, проехал мимо крытого стадиона. Он двигался на юг, к границам анклава. Южнее Темпельхофа была лишь Берлинская стена. Потянулись неказистые здания, они пересекли грохочущее шоссе, по которому шли крупнотоннажные грузовики. Справа возникла железная дорога – на запасных путях стояли грузовые вагоны. «Опель» свернул на свободную от транспорта улочку, застроенную невысокими домами.

– В этом районе транспортный узел, – объяснила Марта. – Склады, перевалочные пункты. Грузы в Западный Берлин идут из ФРГ железнодорожным и автомобильным транспортом по специальным веткам. Соглашения об этом подписаны еще в конце сороковых годов. Ветки обособлены, вне юрисдикции властей ГДР. В этот район все и свозится, отсюда и распределяется. Справа сортировочная железнодорожная станция – конечная, как понимаешь…

«Опель» въехал на обширную площадку перед вытянутым одноэтажным строением в форме буквы «Г». В глубине пустыря стояли несколько крупнотоннажных грузовиков, на стоянке перед зданием – вереница легковушек. Живых существ в округе практически не было, только у грузовиков возились люди, что-то перетаскивали. Машина с Майнером въехала на стоянку перед зданием, заняла свободное место. Марта подалась в сторону, поставила «Фиат» на пригорке, откуда просматривались все окрестности.

– Это гостиница? – Михаил удивленно вертел головой.

– Это мотель, – объяснила спутница. – Место приюта усталых водителей грузовиков, железнодорожников и тому подобных. Да, это гостиница – переночевал, едешь дальше. Можешь остаться на несколько суток – хозяевам без разницы, если платишь. Из каждого номера отдельный выход на улицу.

Распахнулась пассажирская дверь «Опеля», пружинисто выбрался Клаус, что-то бросил водителю, обогнул капот, достал из багажника спортивную сумку. Забросил ее на плечо и зашагал вдоль здания. Водитель с характерной внешностью «человека из позднего палеолита» остался в машине.

– И что это значит? – озадачился Кольцов.

– Пошел снимать номер, – объяснила Марта. – Делаем вывод – его настоящий дом не в Западном Берлине, а в ФРГ. А начальству он еще нужен. Боюсь, водитель останется при нем. По крайней мере, до ночи.

– От кого его охранять? – не понял Кольцов.

Марта хищно засмеялась. Вопрос был неуместен. Текли минуты, в окружающем пространстве ничего не менялось. Вернулся Клаус. Он шел размашисто, что-то беззаботно насвистывал. Следом семенил работник заведения – паренек лет восемнадцати. Он открыл дверь под навесом, впустил постояльца и вошел сам. Жилище находилось в десяти шагах от припаркованного «Опеля», нужды переставлять машину не было. Снова потянулись минуты ожидания. Служитель вышел, отправился в свою каморку. Клаус остался внутри. Но вскоре возник, несколько минут разговаривал с водителем. Потом отправился обратно – отдыхать. «Питекантроп» вышел на воздух, покурил, проверил носком ботинка накачку шин, посмотрел на часы. Перспектива ничего не делать не окрыляла. Из номера по соседству вышла молодая особа с сумкой, открыла дверцу зеленого «жука» фирмы «Фольксваген». Машинка была смешная, несложная, но очень популярная – особенно у прекрасной половины человечества. Молодая женщина с опаской покосилась на мужчину, села за руль и стала выезжать со стоянки. Других развлечений не было. Охранник вздохнул и сел в машину. Объявился парнишка, он толкал перед собой закрытую тележку.