На память милой Стефе - Трауб Маша - Страница 13

– Нет, только хрустальная. Я все время боялся, что она упадет мне на ногу и я вообще без ноги останусь, настолько она была здоровенная, тяжелая и страшная, – рассмеялся я.

– Хрусталь? – не поняла бабуля. – Это что-то ценное, да?

– У нас считалось, что да, очень ценное, – кивнул я. – Все мечтали иметь хрустальные вазы, хрустальные люстры и хрустальные бокалы. Еще сахарницы. В вазы никогда не ставили цветы, а из бокалов никто не пил. Все стояло в шкафу. Сахарница тоже. Про люстру сказать не могу – у нас такой не было. Интересно, откуда у мамы нашего хозяина птица из муранского стекла?

– Подарок поклонника, возможно? – хитро улыбнулась бабуля. – Вот, а этот медальон, он из эмали. Смотри, какая роспись.

– Он тоже ценный? – уточнил я.

– Нет, если только его не подарил поклонник, – ответила, смеясь, бабуля. – А я думаю, что именно так. Это итальянская эмаль. Вряд ли в России делали подобные медальоны. И вот еще эта цепочка с подвеской. Звезда Давида. Точно золото, причем высшей пробы.

– А почему оно не желтое, а белое? Разве золото не должно быть желтым? – удивился я.

– Золото бывает и желтым, и красным, и белым. Эта цепочка из белого золота, и точно подарок, – ответила бабуля.

– Почему вы так уверены? – спросил я.

– Мне почти такую же подарил муж, когда мы еще были женихом и невестой, – ответила бабуля и показала висевшую на шее цепочку со звездой Давида.

– Хорошо, значит, у матушки нашего хозяина был поклонник, предположительно итальянец. И именно от него она получила птичку, цепочку и подвеску, – начал рассуждать я.

– И сумочку тоже. Такие были в моде, когда я была молода, – подтвердила Элена-старшая.

– Интересно, а наш хозяин знает о поклоннике своей матери. Точнее, хотел бы он об этом узнать? Лея, что вы думаете? – спросил я.

– Вот уж не знаю, – пожала плечами Лея. – Думаю, не стоит ему сообщать о догадках нашей дорогой бабули. Пока, во всяком случае. Постарайся написать как-то корректно, что ли.

– Да, напиши, что он был не любовником, а поклонником! – посоветовала бабуля.

– Бабуля! Ну от тебя я не ожидала! – ахнула Лея.

– Что? Саул уже взрослый мальчик! Или он не знает разницу между любовником и поклонником? – удивилась, подхихикивая, бабуля.

Лея закатила глаза.

– У меня в молодости было много и тех, и других, – мечтательно заметила бабуля, что заставило Элену и Лею выпучить глаза. – До того, как я встретила вашего дедушку, конечно же! – добавила она. – Саул, что там еще интересного? – она явно попыталась перевести разговор на другую тему.

– Флакон духов.

– О, это очень дорогие духи! – воскликнула бабуля, рассматривая флакон. – Интересно, они уже выветрились? Можно я попробую?

Не дожидаясь разрешения, бабуля пшикнула на запястье. На балконе тут же повис ядреный запах.

– Кажется, не выветрились, а наоборот, – поморщилась она. – Или у этих духов всегда был такой запах? Но во времена моей молодости об этом аромате мечтали не мы, а наши мамы. Нам он был не по возрасту, как тогда считалось. Да и стоил флакон очень дорого. Что еще раз доказывает – у мамы хозяина этой квартиры был очень щедрый поклонник.

– Думаю, хозяина это порадует, – хмыкнул я. – Спасибо вам огромное за помощь. Без вас я бы точно не справился. Извините, что пришлось сюда ехать, – сказал я бабуле.

– Дорогой, мне так приятно быть нужной не только из-за лазаньи! Какая радость, что тебе пригодились мои воспоминания, – ответила бабуля. – Если что-то еще найдешь, обращайся. Они меня привезут! – бабуля показала на Элену и Жана.

Я сел писать отчет. Решил перечислить все, что нашел, а уже потом изложить свои мысли.

С перечислением вышло быстро, но с мыслями застрял. Писать ли хозяину, что у его матушки, возможно, был поклонник, или прислушаться к совету Леи и пока не огорошивать человека подобной новостью? Описывать сумочку или сообщать о том, что найденные духи пахли так, что, если он меня выселит, новые жильцы могут жаловаться на запах и будут иметь на это полное право. В конце концов я решил последовать совету Эммы Альбертовны, которую в последние дни вспоминал так часто, что она должна была мне уже привидением являться и требовать, чтобы я оставил ее дух в покое. Так вот Эмма Альбертовна говорила, что, если мы не знаем, о чем писать, например в сочинении по книге, надо писать о чувствах. «Мне это интереснее читать, чем ваши неумелые попытки пересказать содержание. Или вы думаете, что я его не помню?» – подняв одну бровь, говорила моя учительница французского.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.