Выгодная позиция (ЛП) - Каффери Ребекка Дж. - Страница 67

Он напрягается, и я сжимаю его руку.

«Ты уверен?»

«Более чем. Так что ты думаешь? Ты хочешь переехать ко мне?»

«Да, с удовольствием. То есть переехать. Я не уверен насчет коз и кур, но один шаг за раз, верно?»

Наверное, мне стоит написать своему агенту и сказать Андерсу, что я тоже уезжаю». Наверное, стоило сделать это, когда я принял решение, но я действительно хочу пройти гонку сегодня так, чтобы никто не узнал, чтобы люди не делали из этого большого дела. Я и так на себя достаточно давил, чтобы делать из этого большой финал.

«Они не знают?

Я качаю головой. «Пока что я рассказал только Элизе, и это было связано с тем, что я хотел переехать в коттедж. Он стоит на одной земле с маминым домом и домом

Элизы, хотя Элиза еще не переехала туда и, как мне кажется, не собирается».

Я думал, что после смерти мамы она захочет вернуться в дом, который они с

Грантом начали строить, потому что с маминым домом связано слишком много плохих воспоминаний. Но она выглядит такой довольной, как будто дом держит ее рядом с мамой, хотя ее уже нет.

«Черт возьми, автогонки скоро станут совсем другим миром», - говорит он, прежде чем положить голову мне на плечи.

Не думаю, что это будет так, я всего лишь одна маленькая движущаяся часть. Но приятно, что я хотя бы немного легенда в глазах моего парня. Это очень важно.

Он ждет у офиса Андерса, пока я вхожу, а мои агенты включают громкую связь, чтобы я сообщил им обоим. Наверное, я выбрал самое подходящее время, потому что мы так близко к началу гонки, и ни у кого из них нет шанса допросить меня о том, что это правильное решение, или убедить меня остаться.

Более того, они оба, кажется, ожидали этого, так что я приму это как победу, поскольку выйду из офиса целым и невредимым.

«Шаг за шагом. Значит, мы должны, наверное, пойти и выиграть?» говорю я.

«Абсолютно», - отвечает Харпер, когда мы одеваемся и направляемся к своим машинам.

В кои-то веки Элиза, Грант и дети здесь. Я хотел, чтобы они были здесь, чтобы увидеть меня. Мне пришлось сказать Элизе, что это моя последняя гонка в жизни, чтобы убедить ее приехать, и я знаю, что она будет волноваться за меня, но без нее все будет не так. Кэсси сделала табличку и яростно размахивает ею, улюлюкая и крича в секции для друзей и родственников. Я целую племянницу и машу Элизе; это все, что мне нужно, чтобы почувствовать себя готовым к последнему рывку.

________

На протяжении большей части гонки кажется, что все может закончиться по-любому. Я лидирую, потом Йоррис лидирует, потом снова я. Йоррис явно решил, что он тоже будет лидировать, и когда Коул подтверждает, что осталось десять кругов, я все еще не могу найти способ обойти Йорриса. Он максимально увеличивает скорость на каждой прямой, а когда мы добираемся до поворота, он занимает такое центральное положение на трассе, что я не могу его обойти. Это агрессивная езда, и я чувствую, как сильно он хочет получить мой титул.

Пока мы не приезжаем на предпоследний круг. У меня уже нет шансов, и мы оба это знаем. И тут, возможно, из-за масштаба события, а может, он на долю секунды теряет концентрацию, но на крутом повороте он притягивается к краю так близко,

что рядом с ним появляется разрыв. Это тот момент, которого я ждал.

Пришло время быть смелым. В последний раз. Пришло время рискнуть всем.

«Коул, я иду на это. Если это не окупится, тогда...»

«Иди, Киан. Иди! Иди сейчас же!»

В одно мгновение я выскакиваю из-за спины Йорриса и проношусь мимо него, совершая ловкий маневр, который вытесняет из моей головы все остальные мысли.

Это огромный риск, потому что он может зацепить меня, когда я буду разворачиваться, но он этого не делает.

«Да, Киан, да! Вот так!» кричит Коул мне в ухо.

И я сделал это. Я взял инициативу в свои руки. Мне нужно продержаться еще один круг, и тогда я сделаю это.

«Держи себя в руках, Уокер. Держи нервы, парень».

Я думаю обо всех людях, которые болеют за меня и желают мне этой победы.

Мама, Элиза, Кэсси. Харпер. Мне так повезло. Как мне так повезло?

Время начинает замедляться, и я представляю себе потрескивающий огонь в камине, Харпер рядом со мной на диване, коттедж, украшенный к Рождеству.

Может быть, кошка.

Сейчас не время для лишних размышлений. Последний рывок, а потом я могу фантазировать сколько угодно.

Коул кричит мне в ухо: «Давай, давай, давай! Блядь, да! Давай!»

Теперь я вижу ее, финишную черту, итог всех моих амбиций.

«Харпер у тебя в заднице, чувак!»

«Что?!»

«У Харпера P2. Вперед, вперед!»

Коул сходит с ума, потому что Харпер прямо за мной, и я думаю, что этот наглый придурок будет просто обязан обойти меня на финише. Но я не доставлю ему такого удовольствия. Мне нужна чистая победа, чтобы он никогда не смог заявить, что отдал ее мне, и когда я пересеку финишную черту в P1, я буду знать, что сделал это.

Я сделал это.

Мой последний чемпионат мира.

Моя последняя гонка.

Я кричу в микрофон, потому что знаю, что Харпер тоже сделал свою работу, а это значит, что мы получили и чемпионат конструкторов. Это самый невероятный кайф, который я когда-либо испытывал. Чистая и абсолютная радость охватывает меня, когда я заезжаю на свое место и позволяю техникам помочь мне.

Как только мы оба выходим из машин, мы с Харпером бежим навстречу друг другу, и он прыгает на меня так, что я обнимаю его, приподнимая над землей.

«Мы сделали это», - шепчет он мне на ухо. В его глазах стоят слезы.

«Мы сделали это», - повторяю я, прежде чем опустить его на землю, чтобы нас могли обнять с поздравлениями все члены команды Хендерсома.

Мы только что показали лучший результат за всю историю команды, поэтому, конечно, все кричат, плачут, обнимаются и вообще сходят с ума. Они все собираются получить самую большую премию в своей жизни.

Не успели мы оглянуться, как оказались на подиуме, и я знаю, что ничто и никогда не сравнится с этим чувством. С Харпером рядом со мной я всегда чувствую себя на вершиной мира, и этот подиум только доказывает это.

Я не могу придумать лучшего способа уйти.

Глава тридцать – два

Харпер

Стоять на вершине подиума с парнем, в которого я так сильно влюблен, было самым невероятным опытом. Буквально раз в жизни, с тех пор как он объявил о своем уходе.

Мне нравится видеть, как он празднует со своей семьей и вовлекает детей во все происходящее. Я знаю, что во многих интервью речь шла о смерти его мамы, и он трогательно рассказывал о том, как это повлияло на него во время сезона. Он также говорил о жертвах своей сестры, которая ухаживала за их мамой, чтобы он мог осуществить свою мечту, и я знаю, что это много значит для Элизы.

Мы придерживаемся сдержанного подхода к нашим отношениям с прессой. Дело не в том, что мы пытаемся что-то скрыть, и не в том, что мы боимся предрассудков в мире автогонок. Просто то, как я жил раньше, выкладывая в социальные сети каждый перепихон и поход в бар, отчаянно ища подтверждения и одобрения у незнакомцев, - это не то, что я хочу сделать с той драгоценной связью, которую мы с Кианом разделяем.

Это личное, но не тайное.

Оно принадлежит нам и только нам.

На вечеринке в Хендерсоме празднование проходит в другой атмосфере. Здесь нас не выставляют напоказ. Здесь мы не «рабочие короли», поэтому можем быть как парой, так и членами команды. Вся команда и приглашенные члены семьи, гости и друзья получают возможность встретиться, поделиться историями и положить пресловутую глазурь на торт этого сезона.

Первым к нам подходит Элайджа, который приехал со своей семьей.

Элайджа обнимает Киана, как будто он солдат, вернувшийся с войны, но это прекрасное воссоединение, и я могу сказать, как они счастливы снова быть вместе.

Мне жаль, что Элайджа не смог стать частью этого невероятного сезона, но я также знаю, что никогда бы не влюбился в своего кумира, великого Киана Уокера, если бы не несчастный случай с Элайджей.