Великий обман Бенедикта Блэкмура (ЛП) - Тейт Гайя - Страница 33

равно не собираюсь спать. Не хочу упустить кучера».

«Ты когда-нибудь расслабляешься?» Виктор фыркнул, и огонь в камине вспыхнул, ненадолго осветив всю комнату.

«Не в таком месте, как это», - вздохнул Бенедикт, похлопывая по покрывалу. «Здесь

сыро».

«Конечно, сыро, ты видел, какая погода на улице?» Виктор встал с пола, вытирая

пыль с рук. «Скоро потеплеет, так что постарайся расслабиться». Он снял пальто и

начал раздеваться, переодеваясь в охотничью одежду.

«Что ты делаешь?» спросил Бенедикт, его сердце заметно колотилось.

«А что, похоже, я делаю?» бесстрастно ответил Виктор, складывая брюки и кладя

их на комод.

Бенедикт предпочел не отвечать и сел на стул у комода, скрестив одну ногу с

другой.

«Ты не ляжешь в постель в этих грязных брюках», - предупредил Виктор, который

теперь был только в трусах, забираясь под одеяло.

«Я и не собирался», - ответил Бенедикт, подавляя зевок. Кресло было крайне

неудобным; его деревянное сиденье было таким маленьким, что он едва не сполз с

него. Он подумал, не удастся ли ему подремать там несколько часов.

Виктор резко сел и уставился на него через всю комнату. «В чем твоя проблема?»

«У меня нет никаких проблем».

«Ты боишься спать в одной постели?»

«Конечно, нет». Бенедикт не собирался признавать истинную причину - он не

доверял тому, как его тело отреагирует на близость с Виктором, тем более что оно

уже предало его за последние двадцать четыре часа.

«Тогда не будь идиотом», - проворчал Виктор и снова рухнул на подушки.

Около четверти часа Бенедикт просто сидел и слушал, как потрескивает огонь в

тихой комнате.

Постепенно в комнате становилось все теплее, и Бенедикт начал дремать, едва не

сползая с кресла. Может, не так уж плохо было бы поспать, подумал он. Им

придется придумать убедительную историю, чтобы объяснить исчезновение Лаки, но усталость затуманила его разум, сделав его неспособным придумать что-либо

хоть немного правдоподобное.

Он снял пальто и повесил его на комод, затем снял рубашку и брюки и повесил их

сушиться на спинку стула.

Виктор молча лежал в постели лицом к стене, и трудно было сказать, спит он или

нет. Надев лишь трусы и нижнюю рубашку, Бенедикт откинул угол покрывала и

проскользнул под него, прохлада простыни коснулась его кожи.

Виктор повернулся и посмотрел на него через плечо, недоверчиво покачивая

головой. Значит, он не спал.

«Что?» сказал Бенедикт, скрестив руки на груди. Он уже чувствовал знакомый

земляной запах Виктора, и от этого у него кружилась голова.

«Расслабься. Я не собираюсь тебя осквернять», - сказал Виктор с ухмылкой.

«Я не...» - раздраженно пробурчал Бенедикт, с трудом подбирая слова.

Виктор лишь закатил глаза и отвернулся к стене. После нескольких мгновений

напряженной тишины тепло комнаты стало окутывать Бенедикта, и он

почувствовал, что снова погружается в дремоту.

***

Он не знал, сколько времени прошло, когда внезапно проснулся. В комнате было

удушливо тепло, а ночная одежда Бенедикта влажно прилипла к телу. Костер

догорел до угольков, но на улице все еще было темно.

Что-то разбудило его, но он не мог определить, что именно. Может быть, звук? Или

это был сон? Бенедикт сел, напрягая слух. После нескольких напряженных минут

тишины он снова услышал звук - отчетливый мужской крик, доносившийся из

соседней комнаты.

Сердце Бенедикта заколотилось в груди. Неужели там кого-то грабят? Или, что еще

хуже, убили? Он замер, раздумывая, разбудить ли Виктора, позвать трактирщика

или забаррикадировать дверь комодом.

Виктор крепко спал рядом с ним. Бенедикт осторожно разбудил его, не сводя глаз с

двери.

«Хм? Что такое?» пробормотал Виктор, моргая открытыми глазами.

«Я что-то слышал», - прошептал Бенедикт, пытаясь скрыть панику, охватившую его

грудь. «Кто-то кричал».

Виктор нахмурился, протирая глаза, и сел прямо. «Что? Где?»

«В соседней комнате».

Они сидели неподвижно, напрягая слух в тяжелой тишине. Несколько долгих

секунд единственным звуком было их собственное неровное дыхание.

«Может, это был сон», - сказал Виктор, его голос был едва слышен.

«Нет, я уже проснулся, когда услышал это», - настоятельно прошептал Бенедикт в

ответ. «Ш-ш-ш».

Они снова замолчали, прислушиваясь к любому шуму из соседней комнаты.

И тут это случилось снова, разорвав ночную тишину. Бенедикт вдруг понял, что это

был не крик, а скорее стон, который повторился, а вскоре к нему присоединился

еще один мужской стон. Они были хриплыми и похотливыми, и быстро стало ясно, что это не крики боли, а скорее звуки огромного удовольствия.

Бенедикт почувствовал, как его лицо покраснело от смущения, когда Виктор

посмотрел на него с ухмылкой, хорошо видимой в полумраке комнаты.

«Ах ты, милое, невинное дитя», - усмехнулся Виктор, откидываясь на подушки.

«Заткнись», - пробормотал Бенедикт, хотя Виктор продолжал тихонько смеяться

рядом с ним.

«Оказывается, в этом хваленом великосветском образовании есть пробел», - сказал

Виктор с ухмылкой. «Возможно, тебе стоит подучиться, если ты планируешь

произвести на свет наследников».

«Заткнись», - резко повторил Бенедикт, его щеки пылали.

Низкий, звенящий голос Виктора, казалось, отразился от тишины комнаты, вызвав

дрожь по позвоночнику Бенедикта. Сердце заколотилось в груди, и по телу

разлился жар. Не раздумывая ни секунды, он стремительно наклонился над

Виктором, оперся на локти и сжал запястья Виктора над головой. Дыхание Виктора

участилось, самоуверенная улыбка исчезла, глаза расширились, и на лице

мелькнуло удивление.

Нависнув над Виктором, Бенедикт ощутил внезапное изменение атмосферы.

Долгое, тягучее мгновение никто из них не двигался.

«Заткнись», - повторил Бенедикт, едва слышно прошептав. Он почувствовал, как

пульс Виктора участился в его руках. Он опустился еще ниже, ощутив под собой

упругое мускулистое тело Виктора.

Виктор вызывающе вильнул бедрами, пытаясь сбросить Бенедикта. Простое

соприкосновение их тел разожгло в Бенедикте огонь. По его венам разлился

обжигающий жар, излучаемый каждой точкой соприкосновения их тел. Он

наклонился ближе, их лица оказались на расстоянии дюйма друг от друга, дыхание

смешалось. Виктор посмотрел ему в глаза.

«Поцелуй меня», - прошептал он. Казалось, мир остановился вокруг этих жарких

слов, воздух между ними стал густым и расплавленным. В течение одного

мучительного мгновения Бенедикт оставался неподвижным, его тело трепетало от