Великий обман Бенедикта Блэкмура (ЛП) - Тейт Гайя - Страница 66

Бенедикт и Перси. Лилибет заняла место напротив них, а Беатрис и Виктор сели

рядом с Перси и Бенедиктом. Комната была наполнена восхитительным ароматом

свежего кофе и теплой выпечки.

Завтрак был необычайно веселым, и впервые за год семья казалась искренне

счастливой. Бенедикт смотрел на деда, стараясь запечатлеть этот момент в памяти.

Дед Генри вовсе не выглядел больным, и от осознания этого у Бенедикта стало еще

тяжелее на сердце.

Перси развлекал Виктора и Беатрис сплетнями с бала, но Бенедикт был занят

другими мыслями, ковыряясь в еде.

Внезапно дедушка Генри прочистил горло, привлекая всеобщее внимание. «Мне

нужно кое-что сказать», - начал он, его голос стал неожиданно серьезным. Семья

замолчала, все взгляды устремились на него. «Я очень рад видеть, что мои внуки», -

он протянул руку, накрыв ладони Бенедикта и Перси своей, - «наконец-то

счастливы. И что вы снова ладите друг с другом». Он тепло улыбнулся. «Это долгое

время расстраивало меня, но теперь я доволен».

Бенедикт улыбнулся в ответ и почувствовал, как Виктор ободряюще сжал его руку

под столом.

«И поэтому», - продолжил дедушка Генри, - «я думаю, пришло время сделать

несколько важных объявлений».

«Объявлений?» спросил Бенедикт, вскинув бровь.

«Да». Дед Генри оглядел стол, затем прочистил горло. «Я не умираю».

В комнате воцарилась тишина, тяжелая и густая от потрясения. Никто не двигался, все в недоумении смотрели на деда Генри. Наконец Бенедикт повторил: «Ты не

умираешь?»

«Нет», - подтвердил дедушка Генри, едва заметная улыбка дрогнула на его губах.

«Но ты сказал...» начал Перси.

«Доктор Харрод...» - пробормотала Лилибет.

«Я солгал», - признал дедушка Генри, его глаза заблестели. «И заставил доктора

Харрода хранить мой секрет. Я просто хотел, чтобы мои внуки помирились. И

нашли любовь».

По столу прокатилась волна облегчения и потрясения. Бенедикт разрывался между

гневом на обман, ликующим облегчением и смехом над нелепостью ситуации.

«Я абсолютно здоров», - продолжал дедушка Генри, пока никто не успел

вмешаться, - «и отправлюсь в годовое кругосветное путешествие. Вместе с

Марией». Он повернулся, чтобы посмотреть на главу персонала, как всегда, тихо

стоящего в углу комнаты.

«Марией?» Лилибет запнулась, когда Перси бросил на Бенедикта знающий взгляд.

«Наша Мария?»

«Да».

Лилибет хлопнула себя по лбу, совершенно сбитая с толку. «Я не понимаю».

«Мы с Марией влюблены друг в друга», - объяснил дедушка Генри. «Мы любим

друг друга уже некоторое время. И я думаю, что нам пора пожениться». Лилибет

выглядела так, словно могла упасть в обморок, но Беатрис погладила ее по спине, пытаясь успокоить.

«Бенедикт», - сказал дед Генри, обращаясь к старшему внуку, - «поскольку ты

выполнил свою часть сделки и нашел любовь», - он многозначительно посмотрел на

Виктора, - «ты унаследуешь поместье Блэкмур после меня. А пока я буду

отсутствовать в своем путешествии, ты будешь здесь за главного».

«Спасибо... дедушка», - сказал Бенедикт, взглянув на Перси, который улыбнулся в

ответ. Судя по выражению его лица, Перси уже знал об этом решении.

«Тем временем Персиваль и дорогая Беатрис переедут в поместье Корнсайд, где, я

уверен, им будет более чем комфортно», - добавил дедушка Генри.

«Спасибо, дедушка, - кивнул Перси, улыбаясь Беатрис.

«Думаю, это может быть оно», - задумчиво произнес дедушка Генри, а затем

взглянул на Лилибет. «С тобой все в порядке, дорогая?»

«Я в порядке», - пробормотала она, обмахивая себя салфеткой. «Самое главное, что

ты здоров, отец. Остальное я переживу».

«Вот это дух», - сказал дедушка Генри, широко улыбаясь.

А потом разговоры за столом продолжились как ни в чем не бывало - обо всем и ни

о чем.

После завтрака Бенедикт и Виктор отправились прогуляться по саду, греясь на

солнце после, казалось бы, долгой зимы. Снег растаял, и по дорожкам струилась

вода, поблескивая в солнечных лучах.

«Твои слуги ищут», - сказал Виктор, бросив взгляд через плечо на усадьбу позади

них.

Проследив за его взглядом, Бенедикт увидел горничных и лакеев, стоявших у окон

комнаты. Должно быть, они прибирались после завтрака и заметили Бенедикта и

Виктора на улице. Как только Бенедикт повернулся, некоторые из горничных, хихикая, отступили от окон.

«Пусть их», - сказал Бенедикт, протягивая Виктору руку.

Виктор криво улыбнулся и сжал его пальцы. «Возможно, вы слишком безрассудны, мистер Блэкмур. Однажды они будут работать на вас, а не на вашего деда».

«Ну...» Бенедикт улыбнулся, наклонившись к нему так близко, что от близости с

ним у Виктора перехватило дыхание. «Тогда им лучше привыкнуть к этому».

И он прижался к губам Виктора, почувствовав приглушенное хихиканье на своих

губах.

КОНЕЦ.