"Фантастика 2025-65". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Владыкин Александр - Страница 1194

Слегка напрягла только лёгкая падкость Омелии на насилие, в момент страсти я расслышал что-то невнятное, вроде «ударь меня, грубее, сделай больно», и в этом роде. Некоторое время после лежали молча, она водила пальцами у меня по лицу, как будто мы любовники уже целую вечность.

— Ты студент… Я переспала со студентом, надо же. Зачем ты туда плывёшь?

— Прекрасный новый мир, допустим.

— О! Это так мило! Да ты романтик! Но от кого ты бежишь?

Да уж. Романтик из меня — как из слона балерина. Ну, пришлось обнять и немного приоткрыться.

— Предпочитаю не употреблять слово «бегу». Как там, «отступил для перегруппировки и накопления сил»? Уезжаю подальше от Сухого Закона. И от одного очень могущественного семейного клана.

— Значит — ты тоже бежишь от себя. Как и я… Уже десять лет на теплоходах. Скажи, а эта женщина рядом с тобой? Она твоя любовница? Невеста?

— Она друг и компаньон, скажем так.

— Не доверяй ей, — покачала Омелия головой. — Она не та, за кого себя выдаёт. Я хорошо разбираюсь в людях, студент Александр.

Я усмехнулся про себя — какой страшный секрет раскрыт, а то я и сам не догадывался. Но проблема в том, что мой опыт и интуиция говорили, что Ангелине я могу доверять. Так что всё это походило скорее на внезапную ревность Омелии.

Либо на что-то другое. Посмотрим.

Но я промолчал, перевёл тему, спросил про то, как она стала актрисой, получил какую-то невнятную и полную метафор историю про то, что её дед был обедневшим землевладельцем в европейских колониях, который открыл свой цирк, затем отец прокутил всё наследство и умер в муках от ужасной болезни, а дочери остались лишь цирковые навыки и несколько верных слуг в придачу.

Вот такой вот странный диалог вышел. И всё это время где-то на задворках разума меня не покидала мысль, что Враг в Шляпе, возможно, сидит где-нибудь за стенкой. Или в шкафу. И ждёт.

— Про выпить… — чуть спустя вспомнила она, потянулась к тумбочке и вытянула крохотный, миллилитров в тридцать бутылёк. — У меня есть на этот случай… Это индийское пиво.

— Если в качестве допинга — то уже не требуется…

Второй заход оказался несколько лучше, чем первый. Потом я дождался, пока она уснёт — ну, или сделает вид, что уснёт — и поднялся с кровати.

Уже хотел идти в номер, но прислушался. Музыка с какой-то электронной шарманки продолжала играть, но к ней прибавилось ещё странное шебуршание из угла каюты.

Осторожно приблизившись, я открыл шторку, скрывающую гардеробный отсек. И вздрогнул — потому что из темноты на меня смотрела пара глаз.

Но там был не Враг в Шляпе. Там стояла клетка — та самая, которую Омелия несла при посадке. А в ней сидел он.

Тот, в котором я сразу увидел друга.

Это был зверёк сантиметров тридцать в длину, и ещё столько же — пушистый хвост. Полосатый, бело-чёрно-красный, с каким-то сиреневым отливом. По форме головы, строению тела и прочему он был чем-то средним между крупной крысой, белкой и лемуром. Он привстал на задних лапах, схватился передними — вполне себе хватательными — за прутья клетки, вперил в меня взгляд и не то чирикнул, не то скрипнул:

— И-е!

«Помоги», — понял я.

Не, это совсем не то, что можно было подумать. Вовсе не бителепатия, или что-то в этом роде. Хоть я и сразу смекнул, что зверь непростой — всё можно было прочитать по выражению «морды лица». Клетка была очень тесной, пахло откровенно не очень, да и в целом зверёк выглядел отощавшим. И несчастным.

— Привет, — тихо сказал я. — Сохраняй спокойствие. Мы ещё увидимся.

Зверь как будто бы кивнул мне и свернулся калачиком на дней клетки. Омелия заворочалась, и я вышел в коридор.

Дверь в мой одиночный номер была открыта. Я приоткрыл дверь. В темноте номера был едва различимый силуэт. Со шляпой на фоне иллюминатора.

— Вот мы и встретились, Александр, — прозвучал низкий мужской голос.

Человек поднялся.

Мне следовало действовать максимально быстро. И тихо. Нельзя было шуметь. Рывок. Толчок на кровать. Заткнуть рукой рот. Ударить по болевым точкам. Вывернуть и выбить свободной рукой пистолет, упёршийся в ребро за секунду до выстрела. Накинуть скомканную простынь на лицо, зажать, задушить, свернуть шею, держать, держать, держать…

Всё было выполнено почти инстинктивно. И всё закончилось спустя минут пять. Затем ещё минут десять я приходил в себя и думал, что делать. И о том, что всё как-то слишком легко закончилось.

И о том, что следовало бы спросить, кто он, один он на корабле, или нет. «Хорошая мысля приходит опосля». Впрочем, я не питал иллюзий, что подосланные киллеры Болотниковых не выдали бы своего напарника, если таковой имеется. В общем, не нашёл ничего лучшего, чем затолкать труп незнакомца под кровать, подойти и тихо разбудить Рустама.

— У меня есть одна маленькая проблема.

Рустам выполнил всё молча и тихо. Рустам надел свою поварскую форму, мы завернули тело в простыню, молча пронесли его во второй класс, на кухню шашлычной.

— Дальше я сам, — хмуро сообщил он.

Как он избавился от тела, я не спрашивать не стал. На удивление, уснул я быстро. Качка на Балтике была минимальной, к тому же, свежий воздух из приоткрытого крошечного иллюминатора, к тому же приятное чувство завершённого дела и выполненного долга — красота! Теперь врагов в этом мире у меня стало на одного меньше.

Снов не видел — закрыл глаза и тут же открыл от бесцеремонного толчка в бок.

Надо мной стояла Ангелина, в одной майке и трусах, жующая какой-то снек. Зрелище было весьма экстравагантным, к тому же, разглядеть можно было многое, но она явно ходила в таком наряде, просто потому что так было проще.

— Вставай, завтрак проспишь.

Рустам уже нарядился в свой поварской наряд, буркнул мне тихо, когда я проходил мимо:

— Скажи ей, Александр Петрович, то есть, Платонович, чтобы так не ходила. Негоже. Неприлично как-то.

— Не нравится? — усмехнулся я. — Но ты прав, нам внутри команды надо сохранять деловые отношения. Ангелина Владимировна! Поступило пожелание ходить в более пристойном виде!

Ангелина фыркнула, но платье всё-таки напялила. Я же обнаружил, что Рустам успел купить мне несколько комплектов оружия, приличных размеров нож, не то кухонный, не то охотничий — на первый раз сойдёт.

Чемодан я оставил в сейфе в своей каюте, переложив одну пачку банкнот в сейф Рустама. Так мне показалось надёжнее. Отправились в столовую, пройдя по балкону палубы. Мы плыли где-то мимо Прибалтики в сопровождении двух небольших катеров, ощетинившихся пушками. Выглядело весьма серьёзно.

— Курляндия — земли Болотниковых, — поёжилась Ангелина. — Скорей бы проплыть уже.

— Чего они тебе сделали? — спросил я тихо.

— Ну… убить хотят, если очень коротко.

— В розыске?

— В неофициальном.

— Ясно. Кого пришила?

— Тебе… полный список назвать?

Лицо у неё в этот момент было… пожалуй страшное. Я пока решил больше сам на эту тему не выходить — ибо мало ли чего. Как и решил не спрашивать — за что. Видимо, было за что, память подсказала, что Болотниковы позволяют себе весьма всякое. Ни в чем себе, практически не отказывают.

— Ладно, проехали. Не хотел, если что.

— Ага. — Она кивнула, расслабилась, а потом вдруг наклонилась к плечу и принюхалась. — Хм, когда успел? Это ты с рыженькой той?

— Чего с рыженькой? А… ничего себе у тебя нюх! Нет, не с ней.

— А с кем? С кем-то из её девиц?

— Не. Они молодые слишком.

— А тебе постарше нравится? С официанткой? Я видела вчера такую красивую официантку.

— С прислугой? Нет, ну ты чего.

— Ой, да ладно! Ничего такого. Так с кем?

Меня это уже начало раздражать.

— Любопытной Варваре знаешь что сделали?

— Я не Варвара, я Ангелина! Мне не оторвут. Так чего?

Она не унималась, всё допытывалась, так и прошагали всю дорогу до столовой. За столиком к нам подсели доктор с его сестрой — на этот раз они были во всё той же старой одежде, только сестра обзавелась рубашкой — явно бОльшей по размеру и подаренной кем-то сердобольным.